Где моя сестра? - Дэвид Бальдаччи

Кеттлер кивнул.

– Да, намного, – ответил он. – А самый подходящий и ближайший для нас путь на самом деле представляет собой комбинацию двух тропинок. Они начинаются на северном краю, рядом с Лесной служебной дорогой. Это не просто примитивная тропа, а скорее граница, и идти по ней будет совсем нелегко. Впрочем, она не сравнится с тропой Нанковип. Я прошел по ней дважды, и это было очень сложно. Существенная ее часть находится всего в нескольких дюймах от пропасти глубиной в тысячи футов. Определенно она не для слабаков. И та, по которой мы пойдем, временами ее напоминает.

– А у нас есть необходимое снаряжение? – спросила Пайн.

Сэм указал на свой рюкзак.

– Веревки и карабины. Думаю, нам стоит связаться друг с другом веревками.

Этли посмотрела на Рота.

– А вы умеете это делать? – спросила она.

– Да, со мной все будет в порядке, – ответил тот. – Я ведь говорил, что мне уже доводилось путешествовать по каньону.

– Может быть, – сказал Кеттлер. – Но не по таким тяжелым тропам, по которым мы пойдем.

Они связались веревками и двинулись на восток по тропе, постепенно поднимавшейся вверх. Рот оказался между Пайн и Кеттлером, которые здесь уже ходили.

– Ты как, пока выдерживаешь груз? – спросила Пайн у Кеттлера.

– Да.

– Хорошо, но каждые два часа мы будем меняться.

Они двигались вдоль берега Колорадо, пока не добрались до ручья, впадавшего в реку. Кеттлер отыскал первую пирамиду из камней, связанных между собой проволокой и отмечавших вход на тропу. Они прошли небольшое расстояние, пока не оказались у начала подъема, где ручей падал со значительной высоты. Пайн видела, что Рот с трудом выдерживает выбранную ими скорость и необходимость идти по неровной местности.

Пробежав вперед, она догнала Рота и сказала:

– Ладно, это может быть слишком рискованным, так что поступим разумно.

Этли позвала Кеттлера, и тот быстро к ним присоединился. Несмотря на возражения Рота, они воспользовались веревкой, чтобы помочь ему с подъемом, а также преодолеть часть ручья, вышедшего из берегов. Пайн взялась за его ремень, они вместе перебрались через последнее препятствие, и он, весь мокрый, лег на землю, пытаясь восстановить дыхание.

– Ладно, – сказал Рот. – Очевидно, я переоценил свои альпинистские способности. И мне уже далеко не двадцать лет. Если честно, подъемы, которые мы преодолевали с Беном, дались мне ценой серьезных усилий.

– Не беспокойтесь, мы поможем вам отсюда выбраться, – сказала Пайн.

Через полчаса, когда Рот достаточно отдохнул, она надела на плечи рюкзак с зарядом, и они двинулись дальше. В некоторых местах тропа осыпалась у них под ногами, в других и вовсе отсутствовала.

Пайн заметила, что на лице Рота появилось беспокойство, которое росло по мере того, как тропа становилась круче и извилистее. Она похлопала его по плечу после того, как они прошли особенно сложный участок.

– Вы отлично справляетесь, мистер Рот.

– Меня зовут Давид. Учитывая ситуацию, в которой мы оказались, думаю, нам пора называть друг друга по именам.

– Я Этли, а он – Сэм.

Рот слабо улыбнулся, но тревога не покинула его лицо.

Они шли довольно быстро. Пайн посмотрела на часы и обнаружила, что до рассвета осталось совсем немного.

– Что это за звук? – с беспокойством спросил Рот.

– Водопады, – ответил Кеттлер. – Это шумит река; здесь она поворачивает и сливается с ручьем, который мы пересекли, а потом впадает в Колорадо. Внимательно смотрите под ноги – будет скользко.

Они прошли через широкую долину; затем начались неприятные подъемы и спуски, которые им приходилось преодолевать.

– Сэм, – позвала Пайн, – я думаю, нам пора остановиться и отдохнуть.

Кеттлер оглянулся на Рота, который уже едва держался на ногах.

– Да, ты права, – кивнул он.

Они разбили лагерь, постаравшись максимально спрятаться за скалами. Ядерный заряд прислонили к камню, как можно дальше от края пропасти.

После того как они поели и напились воды, Рот заснул в тонком спальном мешке, который разложил для него Кеттлер. Они находились на северо-западной стороне каньона, и рассвет наступал здесь чуть позже, чем на восточной.

Пайн и Кеттлер сели, прислонившись к скале и держа в руках «М4».

– Ты думаешь, с ним все будет в порядке? – спросил Кеттлер.

– Я не знаю. Он старше нас на пятнадцать или даже двадцать лет и не привык к серьезным нагрузкам. К тому же давно здесь находится. Ты и сам знаешь, что такое длительное пребывание в каньоне отнимает много сил. Однако он сумел донести заряд от одной пещеры до другой. А это настоящий подвиг.

– Верно.

– Если хочешь немного поспать, я могу постоять на посту, – предложила Этли.

Сэм покачал головой.

– Я в порядке.

Они замолчали.

– Значит, от нас зависит судьба мира? – спросил Кеттлер.

– Похоже на то.

– Я определенно на это не подписывался, когда шел работать в парковую службу, – заметил Кеттлер.

– Ну, а я подписывалась, – сказала Пайн.

Он улыбнулся.

– Я рад, что ты здесь, Этли. Если б тут были только мы с Ротом, я сошел бы с ума.

– Нет, ты делал бы то же самое, что и сейчас: постарался довести дело до конца. – Она помолчала. – Но если б здесь не было тебя, я точно сошла бы с ума.

Сэм посмотрел на окружавшие их скалы.

– Тебе известно, что в каньоне существует пять экологических жизненных зон? – спросил он. – Столько же, сколько от Мексики до Канады?

– Ты – настоящий источник информации о Гранд-Кэньон, – заметила Пайн.

– Если я куда-то направляюсь, то стараюсь побольше узнать об этом месте. Так уж я устроен.

– Мы можем попытаться пройти еще немного, пока не начнется жара?

– На этой тропе практически нет тени. И скоро станет очень жарко. Мы с тобой справились бы, но я сомневаюсь, что это по силам Роту. И если мы поднимемся выше, там будет негде укрыться. К тому же дальше тропа становится еще круче.

– А если снова появится вертолет, он нас легко заметит…

– Значит, дальше пойдем ночью? Отсюда мы с Ротом доберемся до верха примерно за шесть часов. До следующего восхода.

Оба посмотрели в темноту.

– У меня такое ощущение, будто мы снова сидим в моем «Джипе», – заметил Кеттлер.

– Вот только пива у нас нет.

Сэм открыл рюкзак и вытащил банку.

– Ты меня разыгрываешь, – удивленно сказала Пайн.