Тугая струна - Вэл Макдермид

— Что ее муж — убийца-маньяк. — Сегодня он что-то не так быстро соображает, подумала Кэрол. Обычно в любом разговоре он словно наперед прочитывал текст.

— Не думаю, чтобы это приходило ей в голову. Иначе она не осталась бы с ним. — Это прозвучало с необычной для Тони определенностью, как правило, он не был склонен делить все на черное и белое.

— Он и вправду ловкач.

— Экстра-класса. Сейчас мы затаимся и подождем сколько понадобится, чтобы вывести его из равновесия. Начнем с сегодняшнего вечера. Я пригласил его жену поужинать.

Кэрол не могла не ощутить мук ревности, но сумела сохранить невозмутимость. С Тони у нее не было недостатка в практике.

— Да что ты? Как тебе удалось?

— Мне кажется, она искренне интересуется судебной психологией, — сказал он. — Будем надеяться, что я сумею выудить из нее какую-нибудь полезную информацию.

— Если это вообще возможно, то у тебя получится. Тони, тут у нас возникли некоторые осложнения. Я говорю о Саймоне, — она вкратце пересказала ему свой разговор с Джоном Брендоном. — Что ты думаешь по этому поводу? Может, стоит попробовать убедить его самому прийти к ним?

— Мое мнение, что пусть лучше сам решает. У тебя-то из-за него проблем не возникнет? Ведь может так случиться, что он опять заявится к тебе домой раньше, чем все это завершится.

— Ну, не думаю, чтобы сейчас это вызвало особые сложности, — задумчиво проговорила Кэрол, — ведь речь идет только о циркуляре. Никто не собирается объявлять его в национальный розыск и печатать в газетах фотографии. По крайней мере в ближайшие дни. Но если все затянется и в начале следующей недели он еще не вернется домой и никак не свяжется ни с родными, ни с друзьями, дело может принять более серьезный оборот, и тогда нам придется убедить его.

— Хочешь сказать, что по собственной инициативе он лапки не сложит и в полицию Лидса не явится?

Кэрол насмешливо фыркнула:

— А ты сам как думаешь?

— Я думаю, что для него слишком много значит то, чем мы занимаемся. А кстати сказать, каковы успехи нашей команды?

Она посвятила его в подробности скорбного путешествия Кэй по кругам ада. Дойдя в своем рассказе до снимка, который та еле сумела вырвать из рук Кении и Дениз Бертон, никак не желавших с ним расставаться, Кэрол услышала, как Тони ахнул.

— Фанатики, — сказал он.

— Что?

— Фанатики. Фаны. Адепты Джеко Вэнса. На сегодняшний день я побывал на трех его встречах с публикой. Так вот, есть несколько чокнутых, которые приходят каждый раз. Трое или четверо. Я их сразу заметил.

— Если ты когда-нибудь вылетишь с работы, то сможешь устроиться соглядатаем в «Контроль над соседом». С тобой передача станет называться «Контроль над психом».

Он рассмеялся:

— Суть в том, что двое фотографировали.

— Неужели свезло?

— Возможно. Вполне возможно. Это очень, очень хорошо. Может быть, так мы получим зацепку. Он очень умный, Кэрол. Умнее всех, кого я когда-либо видел, о ком слышал или даже читал. Так или иначе, а мы должны оказаться умнее, — он говорил тихо, но с чувством и решительно.

— Мы и умнее. Нас же пятеро. А он видит вещи только с одной какой-то точки.

— Ты, как всегда, права. Завтра я тебе позвоню, договорились?

Она чувствовала, как он рвется в бой, как ему не терпится уйти. И его нельзя было винить в этом. Мики Морган была способна бросить достойный вызов его искусству, а Тони принадлежал к людям, которые больше всего на свете любят, когда им бросают вызов. Узнает он от нее что-то новое или только воспользуется этим ужином, чтобы пустить между голубками черную кошку, он справится с этим лучше, чем кто-либо другой из всех, кого знала Кэрол. Но именно сейчас она не могла дать ему так вот уйти.

— Есть еще кое-что… Как насчет моего поджигателя?

— Господи, да, да, конечно. Извини. Вы продвинулись?

Она рассказала о расследовании, проведенном ее людьми, кратко обрисовав личности обоих подозреваемых.

— Я не знаю, стоит ли на этой стадии вызывать их к нам для допроса и стараться получить ордер на обыск, или наоборот, лучше устроить слежку. Мне хотелось обсудить это с тобой.

— Как они тратят деньги?

— Бринкли с женой пускаются во все тяжкие. Новые машины, обустройство дома, кредитные карточки в дорогих магазинах. Уотсон игрок. Добывает деньги всеми доступными способами и тащит их к букмекерам.

Какое-то мгновение Тони молчал. Она представила себе, как он хмурится и проводит пятерней по волосам, а глубоко посаженные глаза глядят в пустоту, пока он обдумывает вопрос.

— Будь я Уотсоном, я бы поставил на Бринкли, — наконец сказал он.

— Почему?

— Если Уотсон и в самом деле азартный игрок, то он верит, что еще одна лотерея, еще один заезд на скачках решат все его проблемы. У него есть вера. Бринкли же ни в чем не убежден. Он думает, что если сумеет удержаться в этой игре, урежет расходы, раздобудет где-нибудь еще денег, то сможет выпутаться из всего этого обычным путем. Так я себе представляю. Но прав я или нет, притаскивать их сейчас на допрос бессмысленно. Поджоги, может быть, и прекратятся, но обвинить в них не удастся никого и никогда. Ордер на обыск получать сейчас тоже бесполезно, судя по тому, что ты рассказывала мне о том, как начинаются пожары. Ты, наверное, хотела бы услышать от меня другой ответ, но слежка — способ, который вернее всякого другого приведет поджигателя на скамью подсудимых. И придется приставить людей к ним обоим — на случай, если я ошибся.

У Кэрол вырвался стон.

— Я заранее знала, что ты это скажешь, — жалобно проговорила она. — Слежка. Любимая работа копов. Кошмар для бюджета.

— Одно утешение: следить нужно только по ночам. И повадился он промышлять довольно часто, так что все это долго не продлится.

— Ты думаешь, так мне легче?

— Больше я ничего не могу предложить.

— Ладно. Ты тут ни при чем. Спасибо за помощь, Тони. Теперь иди, и приятного ужина. Я же отправляюсь домой к своей замороженной пицце и, я надеюсь, к новостям от Саймона и Леона. И, дай Бог, пораньше бы в кровать. Спать… — последнее слово она почти промурлыкала.

Тони рассмеялся:

— Приятного времяпрепровождения.

— О да, — с энтузиазмом подхватила она, — а тебе, Тони, — удачи.

— Поскольку чудес не бывает, удовольствуемся хотя бы этим.

Щелчок трубки, которую опустили на рычаг, окончательно лишил ее возможности рассказать ему еще об одной вещи, которую она в тот день решилась сделать. Кэрол сама не могла до конца понять, что ее заставило так поступить, но некое шестое чувство подсказало ей — это важно. А предыдущий печальный опыт научил, что на подобное шестое чувство следует иногда полагаться даже в ущерб здравому смыслу. Одна мысль не давала ей покоя весь день, пока, отложив все другие дела, она не выкроила минутку и не разослала запрос по всем полицейским участкам страны. Старший инспектор розыскной службы полиции Восточного Йоркшира Кэрол Джордан просила сообщить ей обо всех случаях необъяснимого исчезновения девочек-подростков, имевших место за последнее время.