Нечего терять - Ли Чайлд

— Миссис Роджерс уехала, — сказала Воэн.

Ричер кивнул:

— А теперь выясним, когда и как.

Они вернулись в офис. Администратор сидела на стуле за стойкой. Ключ от комнаты номер четыре висел на крючке. Теперь отсутствовало только два ключа. От комнаты Ричера — номер двенадцать, и от комнаты Марии — номер восемь.

Администратор встала со стула и положила руки на стойку. Внимательная, всегда готовая помочь. Ричер посмотрел на телефон и спросил:

— Миссис Роджерс кто-нибудь звонил?

Администратор кивнула:

— В шесть часов, вчера вечером.

— Хорошие новости?

— Она показалась мне счастливой.

— Что было дальше?

— Она выписалась.

— И куда отправилась?

— Вызвала такси, которое отвезло ее в Берлингтон.

— А что находится в Берлингтоне?

— Из Берлингтона ходит автобус в аэропорт Денвера.

— Спасибо за помощь, — сказал Ричер.

— Что-то не так?

— Тут многое зависит от точки зрения.

Ричер проголодался, и ему был нужен кофе, поэтому он повел Воэн в кафе. Там было практически пусто. Слишком поздно для завтрака и рано для ланча. После некоторых колебаний Ричер выбрал кабинку, в которой сидела Люси Андерсен в ту ночь, когда он с ней познакомился. Воэн села напротив, на место Люси. Официантка принесла воду со льдом и столовые приборы. Они заказали кофе.

— Так что же происходит? — спросила Воэн.

— Все эти молодые парни, — начал Ричер. — Что у них общего?

— Я не знаю.

— Они молоды, и они мужчины.

— И?

— Они все из Калифорнии.

— И что с того?

— Единственный белый из них очень сильно загорел.

— И что?

— Я сидел за этим столиком с Люси Андерсен. Она была осторожна и слегка нервничала, но в целом мы совершенно нормально общались. Она попросила меня показать бумажник, чтобы убедиться, что я не следователь. Позднее я сказал, что был полицейским, и она запаниковала. Я сделал вывод, что ее муж скрывается от правосудия. И чем больше она думала, тем сильнее тревожилась. На следующий день она вела себя враждебно.

— Естественно.

— Затем я случайно заметил ее мужа в Диспейре, а позже вернулся туда, чтобы проверить меблированные комнаты, в которых он остановился. Все комнаты пустовали, но там было слишком чисто.

— Это важно?

— Принципиально, — ответил Ричер. — Я снова встретил Люси уже после того, как ее муж перебрался в другое место. Она сказала, что у них есть адвокаты. Она говорила о людях ее положения. Люси вела себя так, словно она является частью какой-то организации. Я сказал, что могу проследить за ней и узнать, где ее муж. А она ответила, что это мне ничего не даст.

К ним подошла официантка и принесла кофе. Две чашки, две ложки и кофейник со свежезаваренным кофе. Она наполнила обе чашки и ушла. Ричер понюхал пар и сделал первый глоток.

— Однако я забыл одну деталь, — продолжил он. — Я не говорил Люси Андерсен, что был полицейским. Я сказал, что был военным полицейским. Вот почему она запаниковала. Именно по этой причине в меблированных комнатах было так чисто. Как в казармах перед проверкой. Прежние привычки остаются надолго. Все парни, проходящие через Хоуп, были солдатами. Люси решила, что я их выслеживаю.

— Дезертиры, — догадалась Воэн.

Ричер кивнул:

— Вот почему у мужа Люси Андерсен был такой загар. Он побывал в Ираке. Но он не хотел туда возвращаться.

— И где он сейчас?

— В Канаде, — ответил Ричер. — Именно по этой причине Люси совершенно не беспокоило, что я последую за ней. Это ничего бы мне не дало. Там у меня не было бы никаких прав. Канада — суверенная страна, и они предоставляют нашим солдатам политическое убежище.

— Грузовик был из Онтарио, — вспомнила Воэн.

Ричер опять кивнул:

— Нечто вроде такси. И сиял вовсе не уран. В секретном отделении сидел муж миссис Роджерс. Мы видели тепло его тела, и оно было таким же, как у водителя. Тот же оттенок зеленого.