Ночная Жизнь - Джек Эллис

В шесть часов вечера дежурный офицер постучал по прутьям его камеры. Саймон встал с нар, потянулся и подошел к двери. Офицер открыл дверь, и Саймон вышел.

– Мы выпускаем вас, мистер Бабич.

Саймон прошел за офицером вдоль ряда камер и спустился по узкой лестнице в комнату выписки. Женщина за стойкой подала ему пакет с его вещами. Саймон открыл его и высыпал содержимое на стойку. Бумажник был таким же худым, как утром. Он посмотрел на женщину, выдававшую вещи. Она нахмурилась, и Саймон понял, что она не оценит шутки, поэтому ничего не сказал о стодолларовых купюрах, якобы бывших у него в бумажнике.

– Все? – спросила она.

– Да, спасибо.

– Распишитесь.

Саймон расписался. Когда он обернулся, офицера, сопровождавшего его, уже не было, зато на скамейке у двери сидела Ребекка Ратман. Она встала и улыбнулась. На ней была коричневая кожаная куртка пилотов-бомбардировщиков, так называемый «бомбер», синие джинсы и черные ботинки. В других обстоятельствах Саймон с удовольствием подольше задержал бы на ней взгляд.

– Я позвонила, и мне сказали, что вас выпускают.

– Так я есть.

– Как вы себя чувствуете?

– А как я выгляжу?

– Не очень xopoшo.

– Это случается, когда чувствуешь себя полным дерьмом.

– Вы злитесь?

– Что вы, я просто вне себя от счастья.

– Мне очень жаль, хотя я рада, что вы заявили в полицию. Вам не поверили?

– Да, мне не поверили.

– А вы рассказали им…

– Я рассказал им все. Они подумали, что я под кайфом, что у меня глюки. Они посылали туда машину и, конечно, ничего не нашли. Бездомные каждый день пропадают. Или тебе это неизвестно?

Бекки ничего не ответила, и он прошел мимо нее к дверям. На улице было прохладно, вечернее солнце отбрасывало длинные тени. Саймон сунул руки в карманы.

– У тебя никаких новостей насчет Фила?

– Никаких, но это не значит…

– Черт!

– Саймон, я видела тебя прошлой ночью…

– Я уже сказал тебе, что был трезв.

Ребекка поджала губы и сделала вид, что поправляет шарф.

– И что ты собираешься делать?

– Пойду домой и лягу спать.

Она кивнула:

– Я тут подумала, может, если ты хочешь, мы поищем Фила вместе?

– Я же сказал тебе, что случилось с Филом.

– После твоего звонка утром я перезвонила в полицию и поговорила с сержантом. Он говорил, будто ты рассказал ему, что Фила съели, и осталась только вода.

– Богатое воображение, не правда ли?

– Если мы поищем его, то…

– Захвати губку и ведерко, мы его соберем.

– Перестань психовать.

Саймон присел на ступеньку и улыбнулся проходящим мимо полицейским. Бекки села рядом.

– Если ты не перестанешь так вести себя, то скоро опять окажешься за решеткой.

– Да, и что же мне делать?

– Я об этом думала. Кроме того, чтобы помочь мне поискать Фила, ты мог бы поговорить с Джеком Холденом. Ты знаешь Джека Холдена?

– Нет. Я имею в виду, что не знаком с ним лично. Я знаю о нем из газет и все такое. «Уличный листок», да?

– Да, верно. Он мог бы поместить объявление. Если Фил жив, он обязательно его прочтет. В любом случае, если кто-то нападает на бездомных, Джек может опубликовать предупреждение.

Саймон кивнул:

– Ладно. Где он живет?

– На углу Седьмой и Хеннепин. На вывеске написано: "Квартира Джека".

– Да, я знаю, где это. Так я и сделаю.

Пару секунд она вопросительно смотрела на него, потом кивнула:

– Вот и прекрасно.

– Ты не составишь мне компанию?

– Мне надо в ночлежку.

– А зачем ты пришла сюда?

Она покраснела и отвела взгляд.

– Хотела убедиться, что ты в порядке. Я чувствовала себя виноватой, ведь это я уговорила тебя пойти в полицию.

– Я в порядке.

– Ну и хорошо.

Саймон встал и потер руки.

– Я, пожалуй, пойду.

Она тоже встала и посмотрела на него, не говоря ни слова. Саймон кивнул ей и стал спускаться. Внизу он остановился и повернулся к ней:

– Я мог бы иногда заходить в ночлежку, навещать тебя, так, на всякий случай.

– Заходи, конечно, если хочешь.

– Или мы могли бы сходить куда-нибудь вместе. Ты любишь кино?

– Ну да, конечно. Когда фильм хороший.

– Ну и хорошо. Я позвоню.

Она помахала ему на прощание. Саймон перешел улицу и направился в сторону Николет. В лицо ему дул резкий и холодный ветер. Переходя Николет, он чуть было не попал под автобус. Водитель высунулся из окна и покрутил пальцем у виска:

– Ты что, ослеп?

К вечеру заметно похолодало. Вдруг перед глазами Саймона встала утренняя толпа бродяг. Интересно, подумал он, как они спасаются от холода в течение долгого дня? Когда он наконец добрался до Хеннепин, лицо у него просто окоченело.

Джек жил в угловом помещение на первом этаже многоквартирного дома на углу Седьмой улицы и Хеннепин-авеню. История его жизни широко освещалась не только в местной, но и в межрегиональной прессе. Джек Холден, семидесятилетний пенсионер, выпускал ежедневный листок новостей, бесплатно распространяемый в приютах, на раздачах бесплатного супа, на перекрестках и вообще везде, где только можно. Тридцать лет он проработал репортером в «Стар трибюн» и вышел на пенсию в 1990 году, вскоре после смерти жены. В течение года он путешествовал по стране и вернулся домой скучающий и разочарованный. В июне 1991 он арендовал помещение, где раньше была парикмахерская, перевез туда стол, шкафы, компьютер с лазерным принтером, ксерокс и стал издавать «Уличный листок». Пять дней в неделю он писал, редактировал, копировал и бесплатно распространял свой листок новостей. В каждом выпуске помещалось расписание работы ночлежек, бесплатных кухонь, личные объявления и многое другое. Джек даже предоставлял место для сотни абонентских ящиков, для всех желающих, и тоже совершенно бесплатно.