Исчезнувший оазис - Пол Сассман

— Что ж, зато полюбовались пейзажем, — вздохнула Фрея.

Жар солнца бил в лицо, яростный даже в этот ранний час. Броди забросал костер песком и вместе с Фреей начал сворачивать лагерь, готовясь возвращаться к цивилизации.

— Бензина осталось прилично… — Флин защелкнул сумку-холодильник и пристроил ее сбоку сиденья в кабине дельталета. — Можно полетать вокруг — вдруг я чего не заметил. Голосую за…

Договорить он не успел, потому что Фрея вдруг вскрикнула и схватила его за руку.

— Смотри!

Она показывала на запад, куда-то на склон плато. Флин проследил за ее пальцем, прищурился, пригляделся и через миг увидел то же, что и она: на скальной полосе, метрах в десяти от песчаного подножия, появилось крошечное пятно света, отчетливо заметное на фоне оранжево-желтого камня.

— Что за…

Он шагнул вперед, Фрея — за ним. Оба во все глаза смотрели на сияющий зайчик, пытаясь понять, откуда он взялся.

— Может, на скале что-то блестит? — спросила она. — Отражает свет, как зеркальце?

Флин, прикрыв глаза рукой как козырьком, сосредоточенно морщил лоб, а потом развернулся и вгляделся в изогнутую скалу. Миг молчания, и…

— Обалдеть! Вот это да, черт бы меня побрал!

Фрея попятилась, поравнялась с ним и ахнула: в трех четвертях высоты на скале сиял яркий, точно жидкое золото, кружок. Солнечный свет преломлялся в тусклом кристалле и призрачным лазерным лучом бил в скалистую стену плато.

— Вот оно, Око Хепри, — благоговейно прошептал Флин.

Кристалл словно горел в скале, как язык пламени на черной бумаге. Мало-помалу его сияние блекло, луч исчезал, и вскоре все стало как раньше — только скала и янтарно-желтый, мутный глаз внутри ее.

— Вот черт! — всполошился Флин и бегом припустил к вертикальной стене плато, не отрывая взгляда от едва заметного теперь тающего пятнышка. — Оно, наверное, появляется, когда солнце светит под определенным углом, — крикнул он Фрее через плечо. — Смотри и запоминай! Надо найти это место! Вот о чем говорила надпись! Восходящее солнце показывает что-то на скале!

Каменный серп стоял в четырехстах метрах от стены плато. Они пробежали меньше половины этого расстояния, когда луч совсем погас.

— Вон там! — Флин перешел на шаг и вытянул руку. — Вон там оно было, метрах в десяти, прямо над тем уступом.

Фрея смотрела на грязно-желтый камень, не отводя глаз. Они поспешили к подножию плато, где скалы уходили вертикально вверх, словно стены небоскреба.

— Оно где-то здесь, — сказал Флин. — Что-то вроде отверстия. Видишь?

Над скальным карнизом наверху, в десяти метрах от подножия, еле виднелся почти незаметный прямоугольный проем в полметра высотой и метр шириной. Уж он-то точно был искусственным: природа не могла так ровно и симметрично обточить стенки и чем-то заложить отверстие, чтобы оно не выделялась на окружающем фоне.

Флин втиснул пальцы в узкую щель над головой, подтянулся, затолкал носок ботинка в неглубокий скальный карман и стал елозить по гладкому камню другой ногой в поисках опоры, но потерял равновесие и, чертыхаясь, полетел вниз. После нескольких безрезультатных попыток вскарабкаться на стену, Броди решил выбрать другой маршрут: сместился на несколько метров левее и забрался вдвое выше, но потом зацепки кончились, и он грохнулся к подножию, больно ударившись о каменистую почву. Отплевавшись, археолог в очередной раз направился к скале, однако Фрея мягко отстранила его:

— Позволь-ка мне…

Она обвела стенку глазами, намечая маршрут, завязала волосы в узел, уперла пальцы в ту же щель, ногу — в тот же карман, которые использовал Флин, и полезла выше. Через минуту она поравнялась с отверстием и закрепилась на каменном выступе метром ниже.

— Пожалуй, мне лучше вернуться к карьере египтолога, — проворчал Флин, глядя наверх. — Что там?

— Примерно то же самое, — крикнула Фрея. — Тут Дыра, забитая тряпьем. Точно не природного происхождения.

— Надписи есть?

Фрея присела на корточки, благо карниз позволял, и рассмотрела стенки каменного проема. Они были совершенно гладкими: никаких иероглифов и вообще — ни щербинки, ни черточки.

— Нет. Сейчас вытащу набивку и посмотрю, что внутри.

— Только берегись гадюк. Они любят такие места, а у нас нет сыворотки.

— Зашибись! — Фрея двумя пальцами потянула ткань — грубую, тусклого охристо-желтого оттенка материю под цвет окружающих скал. Заталкивали ее очень плотно — наверное, чтобы ничто не попало в проем. Фрея ожидала увидеть полуистлевшие лохмотья, но полотно выглядело на удивление свежим и с каждым вытянутым куском казалось недавно сотканным. Фрея решила, что ткань не имеет никакого отношения к Древнему Египту, и поделилась сомнениями с Флином.

— В пустыне текстиль всегда хорошо сохраняется, — возразил тот. — Воздух сухой. Я видел мумию пяти тысячелетней древности в бинтах, которые как будто только что со станка сошли. Еще не закончила?

— Почти.

Фрея извлекала из ниши слой за слоем материю, целую череду длинных полотнищ. Наконец последний тяжелый ком выскочил с сухим «чпок», как затычка из бочки, и ниша опустела. Фрея потыкала ком материи мыском кеда — вдруг в складках спрятались гадюки? — затем уперлась руками в края ниши, повернулась так, чтобы не загородить свет, и заглянула внутрь.

— Нашла что-нибудь? — донесся снизу голос Флина — выжидательный, взволнованный.

Глаза Фреи привыкли к темноте в каменном проеме, и девушка воскликнула: — Да!!!

За радостным воплем последовало молчание.

— Говори же, ради Бога! — не выдержал Броди.

— Похоже на… — она затихла, подыскивая слово, — рукоятку.

— В каком смысле «рукоятку»?

— Ну, рукоятку, рычаг. Как тормоз в кабинке канатной дороги.

— Да не бывал я на канатных дорогах! — Археолог хлопнул себя по бокам от расстройства. — Опиши, что видишь!

Деревянный рычаг располагался у задней стенки ниши, которая на метр с небольшим уходила в скалу. Навершие рычага было обернуто кожей, а сам рычаг торчал вертикально из горизонтальной щели в полу ниши — видимо, его нужно было тянуть на себя до упора. Для чего — Фрея могла только гадать. Зрелище было нелепое и почему-то пугающее, сродни выключателю на поверхности Марса. У Фреи побежали мурашки по коже.

— Ну же!!! — заорал Флин.

Услышав описание, археолог нахмурился, задумчиво пожевал губу, а потом крикнул:

— Тяни!

— Думаешь, стоит? — недоверчиво спросила Фрея. — Может, это не наше дело…

— А зачем еще мы сюда ехали? Давай, тяни!

Фрею охватило предчувствие чего-то… непонятного: толи нависшей угрозы, то ли скорых и необратимых перемен, то ли пересечения некоей границы, которую нельзя пересекать. Но, как сказал Флин, ради этого они проделали долгий путь. К тому же Алекс точно потянула бы рычаг, не колеблясь и скорее всего не дожидаясь приглашения. Фрея еще миг постояла в нерешительности, затем постучала два раза по камню (обычно она так говорила себе «Соберись!» перед особенно трудным маневром) и засунула руку в прохладную глубину ниши, где располагался рычаг, с трудом дотянувшись до него кончиками пальцев. Пришлось втиснуться всем плечом. Кожаная обмотка легла в ладонь, большой палец замкнул кольцо, усиливая хватку. Девушка слегка подвинулась, проверяя крепость дерева, и начала тянуть.