Невиновен - Харлан Кобен

В трейлере витал такой знакомый запах смеси из сухих цветочных лепестков.

Последние десять лет, всякий раз ощущая этот запах, Оливия вспоминала трейлер на окраине Лас-Вегаса. В новом жилище Кимми пахло так же. И Оливии показалось, что время повернуло вспять.

Если бы рядом пролегали железнодорожные пути, эти трейлеры напоминали бы депо. Окна с выбитыми стеклами заколочены деревянными плашками. Старая проржавевшая машина Кимми одиноко маячила в стороне, точно брошенный пес. Подъезд к трейлеру присыпан песком, на котором виднелись темные маслянистые пятна. Но внутри, если не считать запаха, было вполне уютно и чисто. Тщательно подобранные журналы расставлены по полочкам. Обставлено все, как пишут в журналах, просто, но со вкусом. Ничего дорогого, разумеется. Но мелочи – вышитые подушки, маленькие статуэтки – придают теплоту и уют. В общем, настоящий дом.

Кимми достала два бокала и бутылку вина. Они сели на диван, обитый синтетическим бархатом, и Кимми разлила вино по бокалам. Оливия проглотила свою порцию одним махом. Где-то в углу жужжал кондиционер. Кимми поставила свой бокал на столик. Потом подняла руки и бережно взяла лицо Оливии в ладони.

– До сих пор не верится, что ты здесь, – прошептала она.

И тогда Оливия поведала ей свою историю.

Заняло это немало времени. Начала с того момента, когда вдруг ей стало плохо в клубе, она отпросилась и пришла в трейлер раньше обычного. Рассказала, как увидела мертвую Кассандру, как Рэнгор напал на нее. Кимми слушала молча, время от времени принималась плакать, но не перебивала подругу.

Когда же Оливия упомянула о том, что нашла в Интернете объявление о дочери, Кимми вздрогнула и застыла.

– Что такое? – спросила Оливия.

– Я видела ее, – промолвила Кимми.

Сердце у Оливии сжалось.

– Мою дочь?

– Она приходила ко мне домой.

– Когда?

– Два месяца назад.

– Приходила сюда? Но зачем?

– Сказала, что решила разыскать свою биологическую мать. Наверное, просто из любопытства. Дети иногда так делают. Я постаралась как можно деликатнее объяснить ей, что ты умерла, но она заявила, что и так знает. Она намерена найти Клайда и отомстить за тебя.

– Как она могла узнать о Клайде?

– Она сообщила, что сначала отправилась к копу, который вел дело по твоему убийству.

– К Максу Дэрроу?

– Да, пошла к нему. И будто бы он сказал, что это Клайд убил тебя, а где он находится теперь, этот Клайд, никому не известно. – Кимми покачала головой. – Значит, все эти долгие годы сукин сын был мертв?

– Да, – кивнула Оливия.

– Это все равно, что узнать, что сам сатана сдох.

– Как зовут мою дочь? – спросила Оливия.

– Она мне не сказала.

– Выглядела больной?

– Больной? А, подожди, теперь поняла. Из-за объявления в Интернете. Нет, она выглядела вполне здоровой и бодрой. – Кимми улыбнулась. – Она очень хорошенькая. Нет, не красавица. Но вся так и светится обаянием. Как ты. Я подарила ей фотографию. Ту, где мы с тобой вместе. Помнишь?

– Да, да. Конечно, помню.

– До сих пор не верится, что ты здесь, у меня. Точно сон какой-то. Боюсь, что ты растаешь, словно облачко, а я проснусь в этой тараканьей дыре и увижу, что опять одна.

– Я здесь, – прошептала Оливия.

– Ты замужем. Беременна. – Кимми покачала головой, зубы блеснули в ослепительной улыбке. – Просто не верится!

– Кимми, ты знаешь Чарлза Тэлли?

– Ты хочешь сказать – Чэлли? Да. Как же мне не знать сукина сына?! До сих пор работает в клубе.

– Когда ты видела его в последний раз?

– Не помню. Может, неделю назад. – Она нахмурилась. – А почему ты спрашиваешь? И вообще, какое отношение к делу имеет этот выродок?

Оливия молчала.

– Что с тобой, Кэнди?

– Оба мертвы.

– Кто?

– Чарлз Тэлли и Макс Дэрроу. Они имели к этому отношение. Но вот какое именно и почему, я не знаю. Имели отношение к внезапному возникновению моей дочери. Вероятно, сами написали объявление, чтобы выйти на меня. – Оливия помрачнела. Какой-то фрагмент явно выпадал из схемы. – Дэрроу нужны были деньги. Я отдала ему пятьдесят тысяч. И Чарлз Тэлли тоже был замешан.

– Я ничего не понимаю…

– Сегодня вечером я должна была встретиться с каким-то человеком. Мы договорились, что они покажут мне мою дочь. Но ведь теперь и Тэлли, и Дэрроу мертвы. И кто-то очень хочет найти пленку…

Лицо у Кимми вытянулось.

– Пленку?

– Когда Клайд избивал меня, он постоянно спрашивал: «Где пленка?» А сегодня…

– Подожди секунду! – перебила ее Кимми. – Клайд спрашивал тебя о пленке?

– Да.