За сумеречным порогом - Питер Джеймс

Они остановились у двустворчатых дверей, и сестра, открыв одну половину, пропустила Кэт. Они вошли в небольшую комнатку анестезиологов, выкрашенную белой краской, с полками, заставленными бутылями, пузырьками и коробками с одноразовыми шприцами в стерильных упаковках. Затем через двойные двери прошли в саму операционную.

Кэт моментально ее узнала. Ее окатила волна страха. Она заколебалась, боясь двинуться, и стояла, оглядывая пол в шашечку, стены, выложенные светло-зеленым кафелем, массивную лампу с абажуром, металлический стол под ней, отгороженную ширмой площадку с двумя раковинами и бумажными полотенцами на держателе, электрические розетки, цветные шланги, подвешенные к потолку, двое часов, похожий на робота аппарат для наркоза с молчащими мониторами и темными экранами. Ее взгляд притягивала лампа. Сестра наблюдала за ней.

В голове Кэт прозвучал голос доктора Суайра:

«Когда вы находились под потолком операционной, ваш мозг был полностью отключен. Совершенно невозможно, чтобы в это время вы могли что-то видеть… у вас типичные послеоперационные галлюцинации, вызванные компонентами наркоза… на самом же деле ничего вы видеть не могли. Вы были мертвы».

Кэт потянулась, чтобы коснуться одной из ручек, расположенных по кругу на абажуре лампы, и острая боль пронзила ее желудок. Она поморщилась.

– Я хочу посмотреть, что на этой лампе сверху.

Сестра взглянула на Кэт так, будто сомневалась, в своем ли та уме, но потом резко наклонила лампу – та чуть не перевернулась.

– Тут ничего нет. – Она вопросительно улыбнулась Кэт.

Но Кэт не видела ее. Оцепенев, она молча смотрела на выпуклый кремовый абажур – черным фломастером на нем был нарисован треугольник. Большой, отчетливый треугольник с причудливой извилистой линией внутри. Похожий на дорожный знак.

Кэт вернулась в свою палату совершенно без сил и, прежде чем раздеться и лечь, села в кресло отдохнуть. Вскоре сиделка, которую она видела предыдущим вечером, принесла ей поднос с обедом.

– В клинике есть библиотека? – спросила Кэт.

– Да, в «Крыле Фицхерберт». Но она только для медицинских работников и студентов. Если хотите что-нибудь почитать, в одной из комнат отдыха, в «Блоке королевы Елизаветы», имеется небольшая библиотека.

Сиделка ушла, Кэт посмотрела на еду. Суп с клецками. Тушеная говядина. Мусс. Сердце ее учащенно билось, она чувствовала, как кровь с легким покалыванием циркулирует по ее венам. Треугольник. Она спросила сестру, что это за знак, но та недоуменно пожала плечами – вероятно, это дело рук электриков. Кэт не хотела наседать на нее с вопросами, не хотела привлекать внимание к тому, что ее интересовало. Но теперь она знала наверняка – все, что с ней произошло, не было галлюцинацией. Она действительно находилась там, наверху, вне собственного тела. И она видела, как доктор Суайр поменял пузырьки. Его слова о галлюцинации – ложь.

Кэт пролежала в постели весь день, слишком усталая, чтобы идти куда-то еще. Эдди Бикс и Джоанна Бейнз пришли ее навестить и принесли газету, несколько журналов и шоколад.

Она набрала телефон Доры Ранкорн, услышала автоответчик и оставила сообщение, попросив позвонить ей. Вечером сиделка измерила ей температуру и артериальное давление и сделала инъекцию. Серьезный эконом снова навестил ее, пришел взглянуть на ее швы и мистер Амритсан. Доктор Суайр не появлялся.

На следующее утро после завтрака Кэт встала, оделась, проверила, лежит ли в сумочке ее записная книжка, и отправилась на поиски «Крыла Фицхерберт». Сегодня у нее было больше сил, и она останавливалась реже. Дважды спросив дорогу, она наконец обнаружила библиотеку.

У входа в нее медная пластинка возвещала, что библиотека построена на деньги покойного сэра Томаса Станмора, баронета, и является его посмертным даром. Тут же размещалась небольшая экспозиция археологических находок романского периода и глиняные изделия, которые, если судить по надписи на пластине за стеклом витрины, были обнаружены в земле при закладке фундамента данного крыла в 1928 году. Библиотека оказалась гораздо больше, чем Кэт ожидала, с просторным основным помещением, с винтовыми лестницами по углам и двухэтажной галереей, уставленной книжными полками. В читальном зале стояли дубовые столы и стулья с прямыми спинками, обтянутыми кожей. Здесь занимались студенты, молодые медики в белых халатах, мужчина с бакенбардами, в твидовом костюме, по виду университетский преподаватель, и пожилой мужчина – возможно, консультант на пенсии. Перед ним лежал том «Руководства по анестезии» А.Д. Дейви.

Библиотекарша, женщина лет шестидесяти с тугими седыми кудряшками, сидела за экраном для просмотра микрофиш, окруженная металлическими картотечными ящичками и деревянными ящичками с формулярами.

Кэт всегда нравились библиотеки, и она сразу почувствовала себя тут как дома. Незаметно скрестив пальцы – чтобы обезопасить себя от лишних вопросов, – она подошла к женщине. Та мило ей улыбнулась.

– Я готовлю курсовую под руководством доктора Суайра. Хотелось бы проанализировать его работы, – сказала Кэт.

– Конечно, – ответила библиотекарша. – Вы найдете их внизу, в дальнем углу слева, под разделом «Неврология». Вам нужно что-нибудь определенное?

– Меня интересуют его исследования по эпилепсии.

– О, этой проблеме посвящены все его работы. Вам нужны и его статьи?

– Будьте добры.

– Сейчас принесу.

Кэт прошла мимо книжных полок и увидела название раздела: «Неврология». Сверившись с номерами, она пробежалась взглядом по рядам. И тут же на истрепанном разделителе на второй полке внизу увидела:

«Status epilepticus. Новое в диагностике и лечении. Х.Суайр. Доктор медицины. Член Общества анестезиологов Королевского хирургического колледжа».

Она вытащила книгу.