Все под контролем - Энди Макнаб

— Пойди посмотри, там ли твои мишки, — услышал я свой голос как бы со стороны.

Она повернулась, стремглав бросилась прочь, и я услышал ее топот на лестнице, с которой сняли дорожку.

Я прошел в кабинет, присел на корточки рядом с плинтусом, и мне наконец-то удалось открыть ящичек. Внутри одиноко лежала дискета.

Придвинув кресло к столу, я включил компьютер. Скоро он должен был заработать. Защита в виде пароля отсутствовала — вероятно, намеренно. Случись с ним что-нибудь, Кев хотел, чтобы весь мир узнал, что записано на этой дискете.

Я прошелся по нескольким файлам, но не обнаружил ничего интересного. Затем нашел файл под названием «Флавий» и понял, что угодил в точку. Это было кодовое название гибралтарской операции.

Я стал читать. Кев обнаружил многое из того, о чем говорил Большой Аль, а именно, что связь ВИРА с картелями зародилась, когда первая стала гнать наркотики колумбийцев через Северную Африку в Гибралтар, а затем распределять их по Испании и остальной Европе. ВИРА старалась вовсю, и картели ей хорошо платили.

Через какое-то время ВИРА стала использовать наркоторговлю, чтобы раскрутить часть своих денег — средства, собранные «Норейд» в Штатах. Привлекались крупные суммы; числа, приведенные Кевом, указывали, что «Шин фейн» пускала в оборот более пятисот тысяч фунтов ежегодно.

Эти пожертвования вкладывались в наркотики, которые переправлялись в Европу и по бартеру обменивались на оружие и взрывчатку в странах бывшего Восточного блока. Этот деловой брак поистине был заключен на небесах; у ВИРА были наркотики, у Востока — оружие. Падение СССР и подъем русской мафии пришлись как нельзя более кстати.

Но нельзя было забывать и про работу. Я не мог просто сидеть и читать. В доме кроме меня были еще двое полицейских и подавленная девчушка. Я вынул дискету и положил в карман пиджака.

И снова прорезался этот адский голосок из участка:

— Шестьдесят второй, ведете наблюдение?

Черт!

Я вышел в коридор.

— Рон, пора сказать пару слов.

Рон посмотрел на меня, и я понял, что сейчас он мысленно посылает меня подальше. Выражение лица у него было вызывающее. Я подошел и отодрал ленту, запечатавшую им рты.

— Сам говори, мы не можем, — сказал Рон. — Уж за это ты нас не убьешь.

Диспетчерша взяла на октаву выше:

— Шестьдесят второй!

Очко в пользу Рона.

— Келли, Келли, ты где?

— Сейчас иду, я едва отыскала Рики.

Я попятился от двух своих новых друзей навстречу Келли, которая спускалась по лестнице. Снова надевать маску симпатяги было некогда.

— Одевайся и обувайся — и побыстрее!

Собрав инструменты, я надел кроссовки и проверил, не задохнутся ли Рон и Мелвин насмерть. Оба выглядели вполне довольными собой, но мысль о том, почему они оказались в первых рядах, явно не давала им покоя.

Мы ушли тем же путем, что и пришли. Я покрепче схватил Келли за руку и почти волочил за собой, не спуская недреманного ока с Дженни и Рики. Не хотелось, чтобы соседи услышали вопли из-за потерявшегося мишки.

Когда мы тронулись и свет уличных фонарей проник на заднее сиденье, я смог хорошенько рассмотреть Келли в зеркало заднего вида. Вид у нее был несчастный, глаза — на мокром месте. Что ж, она имела полное право печалиться. Она была достаточно сообразительной, чтобы понимать, что, по всей вероятности, побывала в своем доме в последний раз. Да и дома, по сути, не осталось. Теперь она была такой же, как я. Бездомной.

Увидев указатели аэропорта Даллес, я нажал на газ. Рисковать вернуться во Флориду я не собирался.