Алхимик - Питер Джеймс

— Позвольте мне кое-что сказать вам, молодая леди. И вы должны это уяснить. Какое-то время тому назад мисс Уоллертон вступила со мной в контакт и проинформировала меня, что за последние три месяца было три случая рождения деформированных детей с синдромом циклопа и симптомы у беременных были сходны с теми, что наблюдаются и у моей пациентки. Я связался с начальником отдела медицинской информации и связи с общественностью в «Бендикс Шер», доктором Линдой Фармер и спросил, есть ли у нее какая-либо информация по этому поводу. Затем случилось следующее — в пятницу днем сюда явился мужчина, который предложил мне пятьдесят тысяч фунтов в старых банкнотах, при условии, что я не буду больше задавать вопросов. Можете сказать своей проклятой компании, что я не продаюсь. Ни за какие деньги. Включая и взятку, которую мне пытались всучить. Ясно? А теперь убирайтесь из моего кабинета.

— Доктор Корбин, — сказала Монти. — Прошу вас, поверьте мне, мы на одной стороне.

Доктор в это время надевал пальто. Он на несколько секунд повернулся лицом к Монти:

— Именно это ваш коллега и сказал мне в пятницу. Я собираюсь сегодня днем переговорить с коронером, побывать в Комитете по безопасности медицины и в подробностях сообщить им обо всем, что произошло. Включая и предназначенную для меня взятку. Это ясно? — И он решительно вышел.

Монти последовала за ним на улицу.

— Доктор Корбин, я искренне рада услышать, что вы собираетесь это сделать. Пожалуйста, выслушайте меня. Я не репортер. Мой отец — доктор Ричард Баннерман, ученый. Я думаю, с «Матерноксом» происходит что-то очень странное. Разрешите мне сесть в вашу машину и рассказать вам о…

Он стоял на краю тротуара, не обращая на нее внимания, и вдруг он кинулся вперед прямо перед такси, которое резко затормозило и издало возмущенный гудок. Застигнутая врасплох его безрассудством, она упустила шанс последовать за ним, и теперь ей оставалось лишь ждать интервала в потоке движения. Мощный порыв ветра пронесся по улице, и она чуть не потеряла равновесие.

Доктор уже быстро шел по тротуару на другой стороне улицы. Он сошел на мостовую, чтобы обогнуть строительные леса. Монти рванулась через улицу и успела пристроиться за ним. Налетел еще один режущий порыв ветра, и высоко над головой она услышала какой-то вскрик, сопровождаемый металлическим лязгом, прозвучавшим как удар колокола. Что-то пролетело мимо ее лица, так близко, что она почувствовала движение воздуха. Монти удивленно моргнула и остановилась. Затем этот предмет пролетел в другую сторону. Потрясенно посмотрев наверх, Монти осознала, что перед ее глазами пьяно раскачивается толстый стальной трос.

Один за другим раздались еще несколько лязгающих звуков, громких и нестройных. На самом верху лесов что-то сдвинулось и качнулось. И тут, к своему ужасу, она увидела, как сместилась и начала рассыпаться часть подъемного крана. Какой-то темный предмет, кувыркаясь, полетел вниз и всего в нескольких ярдах от нее с жутким тупым грохотом, как метеорит, врезался в гудрон. Похоже, это была часть блочного устройства.

Внезапно перепугавшись до глубины души, она снова посмотрела наверх. Что-то еще, крутясь как бумеранг, пронеслось неподалеку от нее — огромный стальной крюк.

— Доктор Корбин! — изо всех сил завопила она.

Теперь крюк летел прямо к нему. Но прежде чем он успел отреагировать на ее голос, крюк ударил его по макушке с такой силой, что доктора развернуло к ней.

Она в ужасе открыла рот перед тем зрелищем, которое предстало ее глазам, словно при каком-то ловком фокусе: крюк, у которого сломалась соединительная скоба, сверху вошел в череп доктора, и его изогнутое острие дюймов на восемь вышло из щеки, как раз под левым глазом.

Какое-то мгновение доктор выглядел совершенно спокойным, разве что чуть-чуть смущенным тем, что его застали врасплох, — словно такие вещи происходят с ним регулярно. Но тут изо рта и носа, пузырясь, хлынула кровь. Это зрелище парализовало Монти. Широко открытыми глазами доктор Корбин смотрел прямо на нее, словно наконец решил выслушать ее.

Внезапно у него подкосились ноги, и он опустился на колени; тело врача безвольно, как у марионетки, обмякло и качнулось вперед. Острие крюка, со звоном ударившись о мостовую, резко откинуло ему назад голову, так что он продолжал в упор смотреть на нее невидящими глазами. Изо рта продолжала сочиться кровь, на макушке собиралась какая-то бело-оранжевая масса, которая текла по отломившемуся крюку, жестокая судорога качнула его и уложила на бок.

Отвернувшись, Монти схватилась за стенку, чтобы устоять на ногах. К горлу подступил рвотный спазм, и она с трудом удержалась, чтобы ее не вырвало прямо на мостовую.