Синяя кровь - Дэвид Бальдаччи

– Ладно, Перри нужно убрать. А придурка-юриста?

– Если б он не вмешался той ночью, Перри уже перестала бы мозолить нам глаза. Но я не в обиде. В приказе сказано: Перри и каждый, кого сочтут необходимым. Если мы не сочтем его необходимым, он сможет оплакать потерю друга, а потом заниматься дальше своей работой. Я не собираюсь пополнять здесь свой мешок трофеев. Я устранил немало подонков, но никто из них не выглядел похожим на меня.

Рейгер посмотрел вперед.

– Вон оно. Что я тебе говорил?

Когда они въехали на парковку, то увидели на стене одного строения большую надпись «Продается». Весь комплекс состоял из трех зданий, занимающих около акра земли в той части Арлингтона, которая видывала лучшие дни.

– Похоже, строили в пятидесятых, – заметил Хоуп. – Удивительно, что они не снесли эту хрень и не возвели тут многоквартирные дома. В Арлингтоне чертовски трудно найти свободный участок земли.

– Ага, но если участком тайно владеет спецслужба, им плевать на деньги, так что мотивированным продавцом их не назвать.

Рейгер въехал в узкий проем между двумя кирпичными зданиями и остановился посреди небольшого внутреннего двора.

– Как я и говорил, вон стоит пара машин. Теперь нам осталось лишь встретиться с безликим парнем – и я выбью три из трех.

Рейгер не выбил три из трех.

Дверь открыла невысокая женщина с коротко подстриженными каштановыми волосами, обрамляющими овальное лицо. На ней были темные штаны, коричневая ветровка и очки в черной оправе. Она мельком показала значок и удостоверение. Мужчины ответили тем же.

– Идите за мной, – сказала женщина.

Они пошли гуськом по затемненному коридору.

– Не успел прочесть ваше имя на удостоверении, – сказал Рейгер.

– Мэри Бард.

– О’кей, агент Бард. Карл Рейгер и Дон Хоуп.

– Зовите меня Мэри. И я знаю, кто вы. Мне поручено помочь с этим заданием, – сказала она через плечо.

– Что ж, мы не против помощи, – ответил Рейгер. – Полагаю, вы читали досье?

– Да. Я понимаю, почему вы оба разочарованы. На мой взгляд, вас заставляли носиться туда-сюда, как быков в магазине фарфора, а потом ждали от вас невозможного.

– Именно. Нам нужно устроить засаду, а не заниматься преследованиями.

– Бёрнс сказал мне, – продолжила она, – что нам нужно обсудить логистику, сообщить о требуемых ресурсах, а потом насторожить ловушку.

– Звучит похоже на стратегию.

– Идите осторожнее. Я включу свет, как только мы войдем в комнату. Иногда здесь патрулируют копы.

– Понял. Так откуда вы на самом деле?

– Вы же видели мои документы.

– Ну да, у меня несколько комплектов своих, и во всех написано разное.

– О’кей. Министерство юстиции. Подходит?

Рейгер ухмыльнулся.

– Все так говорят.

Бард тоже улыбнулась.

– Знаю.

Дон Хоуп посмотрел вниз. Потом поднял ногу.

– Пластик на полу?

Рейгер протянул руку и потрогал стену.

– И на стенах?

Мэри Бард двигалась с изяществом балерины и со скоростью тигра. Удар ногой в грудину отбросил Рейгера к стене с такой силой, что сердце сбилось с синусового ритма. Поскольку света не было, никто не увидел блеска пары шестидюймовых ножей, когда Бард плавно развернулась к мужчинам. Одно лезвие вскрыло горло Рейгера – тот, даже не успев вскрикнуть, рухнул на пол, сжимая распоротую яремную вену.

Дон Хоуп выхватил пистолет. Но прежде, чем его палец дотянулся до спуска, Бард ударила его ногой в колено; кости хрустнули, сухожилия лопнули, как растянутые резиновые ленты. Хоуп закричал от боли, но женщина уже взмахнула вторым ножом. Зазубренное лезвие разорвало горло; артериальная кровь брызнула из раны на стены и пол узкого коридора.

Хоуп осел рядом со своим мертвым напарником; его последние вздохи были резкими, булькающими, потом грудь опустилась и больше не поднялась. Будто по сигналу, зажегся свет, и несколько мужчин принялись за дело. Бард отошла в сторону, а они быстро скатали пластик вместе с двумя телами. Позади здания стоял пикап. Рейгера и Хоупа занесли внутрь, и пикап тут же тронулся.

Одежда Бард была забрызгана кровью обоих мужчин. Она сбросила все верхнее и стояла в лифчике и трусиках, пока один из ее коллег не протянул ей комбинезон. Ее тело было поджарым, со шнурами мышц, проступающими на руках, плечах и бедрах. Отсутствие жира и развитые мышцы подчеркивали резкость шрамов на туловище. Бард застегнула комбинезон, прошла в ванную, где смыла все следы двойного убийства с лица, рук и волос. Очки отправились в карман комбинезона. В действительности они были ночной оптикой, позволявшей ей видеть в темноте намного лучше, чем ее жертвам. Через несколько минут она вышла в другую заднюю дверь и села в свой «Смарт». Машина тронулась с парковки, повернула на запад, потом выехала на шоссе 66.

Бард набрала номер.

– Сделано, – сказала она и отключилась.

Джарвис Бёрнс отложил свой телефон и – большая редкость – улыбнулся.

– Вот это, агент Рейгер, и есть командная цепочка.

Он вернулся к своей работе, но перед этим бросил взгляд на часы. Через две минуты оставленный Рейгером в депозитном сейфе драгоценный приказ, который позволял им с Хоупом спокойно уйти, когда работа будет закончена, начал распадаться. Химическая пропитка бумаги делала свое дело, и спустя десять секунд от приказа не осталось ничего, кроме пара.