Третий Храм Колумба - Стив Берри

– Забудь о них, – сказал ему Роу.

– Это не так просто, – прошептал профессор.

– Добро пожаловать в мой мир.

Бене знаком предложил Трею следовать за Фрэнком, который начал подниматься по крупным валунам, служившим своеобразной лестницей на следующий уровень. Наверху, в скале, оказалось три туннеля, зиявших чернотой.

– Который? – спросил Роу у Кларка.

– Твой выбор.

Бене решил, что это какое-то испытание, но у него было совсем неподходящее настроение для игр.

– Нет, лучше ты, – велел он полковнику. – Тогда мы быстрее придем на место.

– Ты все время повторяешь, что являешься мароном. Что ты один из нас. Пришло время действовать как марон, – возразил Кларк.

Роу совсем не понравилось то, что следовало из этих слов.

– Они называют тебя Братец Ананси, – сказал ему Фрэнк.

– Кто?

Бене ненавидел мистические аналогии. Ананси часто описывали как невысокого хрупкого человека или, того хуже, паука с человеческими качествами, чьей самой характерной чертой была жадность. Он выживал благодаря хитрости и бойкому языку. Мать Роу часто говорила, что рабы рассказывают об Ананси легенды.

– Не думаю, что они хотят тебя оскорбить, – сказал Кларк. – Просто они так тебя описывают. Ананси, несмотря на все его недостатки, любят. Мы рассказываем о нем легенды с тех самых пор, как нас сюда привезли.

Бене не интересовало, что думают другие люди. Больше не интересовало. Он наконец нашел затерянный рудник – это было главным.

– Какой туннель? – снова спросил он полковника.

– Я знаю, – вмешался в их спор Трей.

Роу посмотрел на него.

– Я читал дневник, написанный Луисом де Торресом, который мы нашли на Кубе, – рассказал ученый. – Там говорилось, что это место выбиралось как cripta[19].

– Хранилище? – уточнил Роу.

Трей кивнул.

– Тайное место. Колумб сам побывал здесь, все проверил и дал согласие. Они что-то спрятали. Что-то очень ценное – во всяком случае, так написал де Торрес.

– Вроде ящиков с золотом из Панамы?

Халлибертон покачал головой.

– Я не знаю. Он написал о руднике и трех тропах. И о том, что нужно понимать, откуда ты сам, чтобы выбрать правильный путь. А затем выдал целый список. «Число сосудов на алтаре сжигаемых подношений, алтарь благовоний и Ковчег. Число разделов для благословения. Количество раз, которое повторяется священное слово при обращении к Богу. И место, которое Святая Святых занимает в Первом и Втором Храмах в соответствии с повелением Бога».

Все это ничего не говорило Бене.

– Чтобы знать ответы, нужно быть евреем, – сказал Трей. – И все же я их нашел. На каждом алтаре было три сосуда. Священное слово повторяется трижды. И одна треть, тридцать три процента – это часть пространства, которое занимает Святая Святых – самое священное место на земле для евреев. – Профессор показал на третий туннель: – Нам туда.

Кларк утвердительно кивнул.

– Что там находится? – спросил Роу.

– То, что не имеет отношения ни к маронам, ни к таино. – Фрэнк подошел к третьему проходу и посветил в него фонариком. – Мароны отыскали пещеру через много лет после смерти последнего таино. Мы уважали их. Поэтому защищали ее.

Бене не понимал, к кому Кларк обращается. К нему? Или к предкам? Если духи существуют, то здесь должен быть их дом.

Фрэнк повел спутников в пещеру со стенами из такого же шероховатого камня. «Интересно, где золотые жилы?» – удивился Роу. Он не видел никаких следов работ и спросил об этом Кларка.

– В других туннелях есть ответвления, ведущие к расселинам. В некоторых из них таино нашли золото, – рассказал тот. – Не слишком много, но достаточно, чтобы привлечь испанцев.

Туннель шел по прямой, и воздух становился все более затхлым. У Бене начала кружиться голова.

– Почему здесь трудно дышать? – вновь начал он расспросы.

– Ты помнишь звуки, которые мы слышали, когда выбрались из воды? Словно земля делает глубокий вдох, а потом выдыхает? В пещеру поступает плохой воздух, – объяснил полковник. – Именно по этой причине таино приходили сюда умирать.

Не слишком утешительная мысль. Бене заметил, что Трей выглядит встревоженным, и выразительно посмотрел на друга: «Ты сам решил пойти с нами». Он понимал, почему Халлибертон поступил так. Для ученого это был важнейший опыт – шанс присутствовать при открытии, о котором другие историки смогут только говорить.

У Роу заболела голова.

Однако он промолчал.

– У таино была своя религия, – сказал Фрэнк. – Такая же, как у испанцев. Вот только они не считали себя лучше других людей. Они уважали чужой мир и друг друга. Их ошибка состояла в том, что им казалось, будто белые устроены так же.

По прикидкам Бене, они прошли около пятидесяти метров. Туннель начал понемногу подниматься, и три луча фонариков освещали всего несколько метров впереди. Темнота вокруг оставалась абсолютной. И нигде не видно следов влаги – очень необычное явление для ямайских пещер, в которых множество подземных рек и озер.

А потом Роу кое-что увидел.

Луч фонарика Фрэнка выхватил из темноты находившуюся в десяти метрах впереди деревянную дверь, доски которой покоробились, потеряли форму и почернели от времени.

Бене не видел петель этой двери – это был просто прямоугольник, вставленный в высеченное в скале пространство. По полу туннеля были разбросаны валуны и куски скалы, почти блокировавшие дальнейший путь.

Роу шагнул вперед, чтобы перебраться через камни и посмотреть, что находится за ними.

Фрэнк схватил его вспотевшую руку.

– Ты уверен, что хочешь туда пойти?

– Попытайся меня остановить, – усмехнулся его друг.