Могила девы - Джеффри Дивер

Хэнди обвел глазами зал. Старшая учительница лежала, свернувшись калачиком. Неподалеку смазливая куколка и та, с одышкой. И еще Мелани, которая пыталась смотреть на него с вызовом, но в ее глазах застыл страх. И тут до Хэнди дошло.

— Где мелюзга? — тихо спросил он, и его взгляд упал на две пары черных кожаных туфелек.

— Подонок! — разразился руганью Уилкокс и выскочил в коридор по следам отпечатавшихся в пыли маленьких босых ног.

Мелани, обняв девочку с астмой, съежилась у стены. В этот момент из-за угла появился Боннер и оторопело остановился.

— Что, приятель? — покосился он на Хэнди.

— Ну, козел долбаный, куда они делись?

— Кто?

— Мелкие. Близнецы.

— Я… — начал толстяк. — Я все время следил за ними. Клянусь!

— Все время?

— Вот только отошел отлить. Лу, да они где-нибудь здесь. Сейчас найдем. — Ему стало не по себе, и он едва не поперхнулся.

Хэнди обжег его взглядом. Боннер сделал шаг к Мелани и вытащил из кармана пистолет.

— Где соплячки?

— Лу! — позвал из главного зала Уилкокс. — Вот дьявол, ты только посмотри!

Хэнди круто повернулся.

— Какого черта?

— У нас проблемка еще та. Смотри!

Хэнди поспешил к товарищу. Тот указывал на экран телевизора.

— Вот те на! Ах ты, Поттер, грязный враль!

В программе последних известий демонстрировали четкую, крупную картинку фасада и одной из боковых сторон бойни. Репортеры просочились сквозь полицейский кордон и установили камеру на расположенной неподалеку высокой площадке — скорее всего на старой мельнице, стоящей к северу от бойни. Объектив слегка подрагивал, но не оставалось сомнений, что он был нацелен на спецназовца, прятавшегося под окном фасада — всего в двадцати футах от того места, где находились Хэнди и Уилкокс.

— А там что такое? Еще копы?! — воскликнул Уилкокс, показав на бугорки в овраге к северу от бойни.

— Не исключено. Да, точно они. С десяток.

— Судя по всему, приближается момент атаки… — предположил комментатор.

Хэнди бросил взгляд на пожарный выход. Они заблаговременно заклинили дверь, но он не сомневался, что заряд взрывчатки за секунду разнесет ее в щепки.

— Тащи дробовик! — крикнул он Боннеру. — Сейчас заварится каша.

Тот отвел назад и отпустил затвор помпового ружья.

— А крыша? — спросил Уилкокс.

Крыша и пожарный выход были единственными путями, по которым спецназовцы могли быстро проникнуть в здание. Но, поглядев на потолок, Хэнди понял, что даже если атакующие пробьются сквозь кровлю, им еще придется преодолевать укрепленные на высоте сооружения: трубы, воздуховоды, транспортеры.

Он посмотрел на поле перед зданием. Кроме бойца, прятавшегося под окном и скрытого от глаз полицейских из оцепления школьным автобусом, там больше никого не было.

— Они будут прорываться со стороны боковой двери.

Хэнди двинулся к окну, под которым прятался спецназовец, и показал Уилкоксу на пистолет. Тот ухмыльнулся, вытащил оружие из-за пояса и, передернув затвор, дослал патрон в патронник.

— Зайди сзади, — шепнул ему Хэнди. — Встань у другого окна и отвлеки.

Уилкокс кивнул, одним махом упал на живот и пополз к заднему окну. Хэнди подобрался к своему. Оказавшись у окна, Уилкокс поднес губы к дыре в разбитом стекле и крикнул диким индюком. Хэнди не сдержал улыбки.

Крик повторился, и Хэнди быстро выглянул наружу. Боец, находившийся всего в двух футах от него, повернулся на непонятный звук. Хэнди высунулся и, ухватив его за шлем, резко дернул вверх и оторвал от земли. Боец выпустил пистолет-пулемет, и тот повис на наплечном ремне. Полузадушенный ремешком, он хватал Хэнди за запястья, отчаянно пытаясь освободиться.

Уилкокс подскочил к товарищу, и они вместе втащили спецназовца в окно. Пока Хэнди держал полицейского в удушающем захвате, Уилкокс ударил его в пах, отнял автомат, пистолет и гранаты. Боец скрючился и упал на пол.

— Ах ты, говнюк! — рявкнул на него Хэнди, нанося удары ногой. — Ну-ка дай я на тебя погляжу. — Он сорвал со спецназовца шлем, капюшон и очки. Тот низко наклонил голову. Хэнди вытащил из кармана нож, открыл и приставил лезвие к щеке парня. — Хотел пальнуть мне в спину? Только на это у вас и хватает духа. Подкрасться к человеку сзади, словно какой-нибудь долбаный ниггер!

Боец сопротивлялся. Хэнди чиркнул его острием по щеке, и на коже показалась кровь. Стал бить по лицу кулаком, и ударив раз десять, отступил. Потом, снова повернувшись, начал избивать ногами, целясь в живот и в пах.

— Эй, Лу, потише…

— Клал я на него! Собирался стрелять мне в спину. Понимаешь, мать его, в спину! Что ж ты за мужик? Таковы твои понятия о чести?

— Да пошел ты! — выдохнул беспомощно распростертый на полу боец.

Хэнди перевернул его на живот, ударил в поясницу и сковал его же наручниками.

— Где остальные? — Преступник воткнул острие в бедро спецназовца, но не слишком глубоко. — Отвечай! — проревел Хэнди, и нож погрузился глубже. Полицейский вскрикнул.

Хэнди наклонился так, что их лица оказались на расстоянии всего нескольких дюймов.

— Твое место в аду, — прохрипел парень. — Туда тебе и дорога.

Нож пришел в движение. Крик. Хэнди коснулся слезы на лице бойца, влага осталась на пальце, и он попробовал ее на язык. Хэнди снова надавил на нож. Крик.

— Посмотрим, когда малыш сломается.

— Господи, — простонал полицейский.

«Что ж, рано или поздно это должно случиться. Будем пробиваться ножичком на север и посмотрим, когда он завопит». Хэнди провел ножом фирмы «Бак» в сторону промежности.

— Я не знаю, где остальные! Я всего лишь разведчик!

Хэнди внезапно надоел нож, и он снова со всей силы и с еще большей яростью ударил кулаком.

— Сколько их? Где будут прорываться?

Боец плюнул ему на ногу.

И в тот же миг Хэнди перенесся в прошлое и увидел, как над ним смеется Руди — да, он уверен, это была презрительная ухмылка. Затем брат отвернулся и с его, Хэнди, двумя сотнями долларов в бумажнике (по крайней мере Хэнди считал, что они там) пошел прочь. У брата было такое лицо, словно он держал его за кусок дерьма. Ярость резанула такой болью, будто ткнули стальным ножом в живот.

— Говори! — Кулак поднимался и снова опускался на лицо спецназовца. Но вдруг бандит отпрянул. — Хрен с ним! Хрен с ними со всеми!

Хэнди бросился в зал забоя и опрокинул банку с бензином. Холодная жидкость разлилась, облив женщин и девочек. Мелани, эта невзрачная серая мышка, потянула всех в угол, но бензин уже пропитал их одежду. Хэнди навел на боковую дверь автомат полицейского.