Нечего терять - Ли Чайлд

В четверть третьего появился старый микроавтобус. По собственному опыту Ричер знал, что новые микроавтобусы водят озлобленные козлы, а за рулем старых моделей обычно сидят нормальные люди. Очень часто они обладают немалой уверенностью в себе. И эта уверенность помогает им считать, что незнакомцы вовсе не обязательно несут в себе опасность.

Ричер понимал, что для него это лучший шанс из всех.

Он шагнул с обочины на проезжую часть и поднял большой палец, показывая, что ему нужна помощь, но не более того.

Зажглись фары микроавтобуса.

Он притормозил.

И остановился в пятнадцати футах от того места, где стоял Ричер. Мудрый шаг. У человека за рулем появлялся шанс разглядеть потенциального пассажира, не встречаясь с ним лицом к лицу, что могло вызвать неприятные последствия. Из-за слишком яркого света фар Ричер не мог видеть водителя.

Решение было принято. Фары переключились на ближний свет, машина подъехала к Ричеру и снова остановилась. Опустилось стекло. За рулем сидел мужчина лет пятидесяти с красным лицом. Он так крепко сжимал руль, что создавалось впечатление, будто это единственное, что удерживает его в вертикальном положении.

— Куда вы направляетесь? — невнятно спросил он.

— На север, в Колорадо. Мне нужно добраться до города под названием Хоуп.

— Никогда о таком не слышал.

— Я и сам впервые оказался там несколько дней назад.

— До него далеко?

— Около четырех часов.

— А он по дороге на Денвер?

— Нужно будет сделать небольшой крюк.

— Вы честный человек?

— Обычно да, — ответил Ричер.

— Вы хороший водитель?

— Не слишком.

— Вы пьяны?

— Ни в малейшей степени, — ответил Ричер.

— Ну а я пьян, — сообщил мужчина. — И довольно сильно. Садитесь за руль и можете ехать куда захотите, только уберегите меня от неприятностей. Дайте мне поспать, а потом направьте в сторону Денвера, договорились?

— Вполне, — сказал Ричер.

Поездки автостопом обычно обещают встречи с новыми людьми и разговоры куда более откровенные, чем в обычной жизни, ведь люди уверены, что встреча будет короткой. Но только не в этот раз. Мужчина с нездоровым румянцем перебрался на место пассажира, опустил спинку и заснул, не сказав больше ни единого слова. Он храпел, в горле у него что-то булькало, и он все время ерзал. Судя по запаху изо рта, он весь вечер пил пшеничное виски. Очень много виски и с другими любителями этого дела. Ричеру было ясно, что хозяин микроавтобуса не протрезвеет через четыре часа, когда ему придется снова сесть за руль и ехать в Денвер.

Но Ричера это уже не касается.

Микроавтобус был старым, изношенным и грязным. Пройденные им мили высвечивались под спидометром, как циферблат дешевых часов. Число из многих цифр, начинающееся с двойки. Мотор был не в лучшем состоянии. Он еще не потерял мощности, но и масса, которую ему приходилось тащить, была немалой, так что машина не хотела ехать быстрее чем шестьдесят миль в час. На центральной консоли лежал выключенный сотовый телефон. Ричер посмотрел на спящего пассажира и включил телефон. Ничего не произошло. Аккумулятор разрядился. Провод зарядного устройства торчал из гнезда для зажигалки. Придерживая коленями руль, Ричер воткнул провод в телефон и снова его включил. Раздался тихий звон. Спящий владелец даже ухом не повел. Он продолжал храпеть.

Телефон не обслуживался. Они находились посреди пустыни.

Дорога сузилась с четырех полос до двух. Ричер продолжал ехать дальше. В пяти милях впереди он увидел пару красных габаритных огней. Довольно слабые, низко посаженные и широко расставленные. Они двигались на север немного медленнее, чем микроавтобус. Разность скоростей составляла около пяти миль в час, из чего следовало, что Ричер догонит идущую впереди машину через шестьдесят минут. Габаритные огни принадлежали прокатному грузовому фургону «Ю-Хол».[26]Когда Ричер его догнал, он делал пятьдесят пять миль в час. Ричер вывернул на встречную полосу и попытался его обогнать, но микроавтобус не сумел достаточно разогнаться. Стрелка спидометра застыла на шестидесяти двух милях в час, и получалось, что Ричер будет оставаться на встречной полосе слишком долго. Может быть, всегда. В результате он снова сбросил скорость и пристроился за фургоном, испытывая раздражение из-за того, что вынужден ехать немного медленнее, чем хотелось бы. Сотовый телефон все еще не работал. Сзади царила тьма. Справа и слева тоже. Мир стал темным и пустым.

В тридцати ярдах впереди покачивалась ярко освещенная задняя стенка фургона. Доска для объявлений. Реклама. Три грузовика, припаркованные рядом, — маленький, средний и большой. И на каждом красно-белые цвета «Ю-Хол». Такая же надпись красовалась на передней части каждого фургона. И каждый обещал автоматическую коробку передач, мягкую езду, высокую крышу, кондиционер и качественную обивку сидений. И еще там стояла цена — девятнадцать долларов и девяносто пять центов, очень крупными цифрами. Ричер сократил расстояние, чтобы прочитать то, что было написано более мелким шрифтом. Там сообщались специальные условия для использования маленького фургона в течение одного дня, дополнительный пробег оговаривался особо. Ричер позволил фургону снова уйти немного вперед.

«Ю-Хол».

Ты тащишь. Но не мы. Независимость, расчет на самого себя, инициатива.

Вообще Ричера не слишком беспокоило искажение письменного языка. «U» вместо «you»[27]и тому подобное. Он провел много лет в школе, где учился письму и орфографии, и ему хотелось верить, что в этом был какой-то смысл. Однако ему никак не удавалось придумать что-нибудь получше, чем «Ю-Хол». Какие возможны варианты? «Ты-сам-ведешь-фургон»? Слишком тяжеловесно и длинно. Никуда не годится в рекламных целях — кто это запомнит? Он продолжал ехать в тридцати ярдах от раскачивающейся рекламы, и тройной логотип «Ю-Хол» сливался в одну строку, заполняя все поле его зрения.

«U» вместо «you». Вместо «ты».

Потом он вспомнил: «Ты сделал это со мной».

«Любые допущения делают осла из тебя и из меня».

Ричер снова проверил телефон.

Сигнал отсутствовал. Вокруг простиралась Национальная прерия команчей. С тем же успехом Ричер мог оказаться в море. Ближайшая ретрансляционная станция находилась в Ламаре, до которого оставался еще час езды.

Пьяный водитель продолжал спать, издавая громкие звуки, а Ричер следовал за фургоном «Ю-Хол» еще шестьдесят долгих минут. Наконец на горизонте в виде слабого сияния показался Ламар. До него оставалось еще несколько городских кварталов, но контраст с темной прерией был поразительным. На западе находился небольшой муниципальный аэродром. И телефон заработал. Ричер посмотрел на две риски, показывающие мощность передающего сигнала, и набрал по памяти номер домашнего телефона Воэн.