Обитель зла - Сабина Тислер

Через десять дней Эльза поехала в Монтефиеру. Она не была там с Рождества.

Сразу же после смерти Фрэнки приехал его брат из Новой Зеландии, забрал тело в Германию и похоронил в Берлине. Кроме него за гробом шли только Тим и Гунда, которая позаботилась о том, чтобы в часовне звучал «Маленький похоронный марш в до мажоре». Гроб опустили в землю, и Фрэнки, он же Амадеус, исчез из этого мира…

Первым делом Эльза вбежала в кухню и обняла Романо и Терезу, которые готовили ужин для траттории. Было приятно видеть, как обрадовался Романо ее неожиданному появлению.

– Как дела у Энцо? – спросила она.

– Хорошо. Собственно, очень хорошо. За исключением ревматизма, разумеется.

– Я рада. А он здесь?

– Нет. – Тереза криво улыбнулась. – Сидит в Амбре на пьяцце и треплется с такими же старыми болтунами, как он сам. А что нового в Сиене?

– Да ничего. Мне просто захотелось взглянуть на Эди.

– Он на улице, в своем укрытии.

Когда Эльза выходила, то чуть не налетела на мать, которая как раз собиралась войти в дом. Сара вспыхнула от радости.

– Эльза!

Она раскрыла – правда, несколько робко – объятия в надежде, что сможет обнять дочь, но Эльза хладнокровно прошла мимо.

Сара, опустив руки, некоторое время смотрела ей вслед, а потом молча пошла в дом.

Эди засиял, когда увидел Эльзу.

– Тра-ля-ля и гоп-са-са! – закричал он и подбросил кролика в воздух.

– Эй, Эди, как дела?

– Tutti paletti, – сказал Эди.

– Мне захотелось увидеть тебя. У нас есть немножко времени, чтобы поговорить. Как тебе моя идея?

– Прекрасно, пожалуйста, – ответил он, улыбаясь.

– Пойдем в комнату, здесь холодно.

Эди кивнул и с готовностью поднялся.

– Если ты старый – тебе холодно, – пробормотал он с всезнающим видом.

– Откуда у тебя это выражение? От мамы?

Эди покачал головой.

– От бабушки?

Эди кивнул и послушно пошел следом за сестрой.

Эльза уселась к Эди на кровать, запихнула карамельку ему в рот, обняла его и погладила по голове. Он прижался к ней и тихонько замурлыкал.

– Ты мой tesoro, мое сокровище, – шептала она. – У тебя есть кролики, а у меня есть ты. К сожалению, я не могу засунуть тебя под свой пуловер.

Эди забулькал от смеха.

– Сейчас ты уже не мой маленький брат, ты мой очень большой брат. Правильно?

– Правильно.

– Ты умный, и ты намного больше меня.

– Правильно.

– И у тебя намного больше сил, чем у меня.

– Правильно. Эди сильный – все может. – Он был чрезвычайно горд тем, что говорила Эльза.

– У меня есть для тебя задание, Эди, – сказала Эльза.

Эди посмотрел на нее, и восторга у него поубавилось.

– Дождевой червяк?

– Нет.

Прошло уже два года с тех пор, как Эди в последний раз по ее приказу съел дождевого червяка. Эльза не хотела больше заниматься такими делами.

– Намного большая задача. Намного труднее. Но очень-очень хорошая.

– Ага!

Эди принялся подпрыгивать на кровати, которая угрожающе застонала и заскрипела.

– Задача, которую может решить только Эди. Эльза – нет. Потому что Эди намного сильнее и больше Эльзы, но такой же умный.

Эди кивнул с важным видом. Он был такого же мнения. – Но для этого Эди нужно много учиться и много тренироваться. Хочешь?

– Tutti paletti.

– Ну и прекрасно! Я буду приезжать каждую неделю, может быть, два раза в неделю, и мы будем говорить с тобой, играть и тренироваться, пока Эди не будет знать все. Да?

– Tutti paletti.

– Хорошо. Начнем сегодня или в следующий раз?

– Начинать! – взвизгнул Эдди, поднял свои толстые руки, как будто собирался помолиться, и от восторга захлопал в ладоши. Пальцы у него были как каменные, и он бил твердыми, словно кость, ладонями друг о друга.

– Хорошо, Эди. Ты помнишь Рождество, когда умер твой кролик?

– Не повредит – уже похоронен, – сказал Эди, и вид у него был совсем не печальный.

– Точно. Ты похоронил своего кролика, чтобы он мог попасть в рай для кроликов. А как там, в раю для кроликов?

– Прекрасно.

– Лучше, чем на земле?

– Намного лучше.

– А теперь кролик счастлив?

– Да, да, да! – обрадовался Эди. – Очень-очень-очень хорошо.

– Правильно. Ты все прекрасно запомнил. А можно попасть в рай для кроликов, если быть просто закопанным, Эди?

Эди покачал головой. Так резко, словно пытался стряхнуть жука, который ползал у него по голове.

– Почему нет, Эди?

– Должен быть мертвым. Мертв, как хлеб. Тогда в рай.

– Точно. Боже, какой у меня хитрый большой брат? – Она поцеловала его в щеку, снова запихнула ему в рот карамельку и начала гладить его по животу, что Эди воспринимал с огромным удовольствием. – Ты почти все понял. Мне уже нечему учить тебя. Это фантастика!