Два дня - Рэндалл Силвис

Он проснулся с серым рассветом нового дня под рекламный ролик о чудодейственных таблетках для повышения мужской силы. Две очень грудастые девушки в облегающих топиках и коротких юбочках на все лады нахваливали препарат за то, что он сотворил с пенисами их бойфрендов. Демарко понаблюдал за ними, пока сон полностью не развеялся и им снова не завладело беспокойство. Тогда сержант перенес свой апатичный пенис в ванную, там помочился, разделся и встал под горячий душ, прижавшись лбом к еще прохладной кафельной плитке. А в тот момент, когда он потянулся за полотенцем, вдруг заверещал телефон.

Выскочив голым из ванной, сержант схватил трубку на четвертом звонке.

– Демарко слушает, – выпалил он, окропляя ковер в гостиной брызгами воды, стекавшими с мокрого тела.

– Я тебя что, на толчке застал?

Демарко узнал теплый, скрипучий голос Делберта Вудза, начальника исправительной колонии в Албионе. Этот голос всегда напоминал ему характерного актера пятидесятых Бродерика Кроуфорда.

– Мне жаль тебя разочаровывать, Дел, но, увы, нет.

– Ты хотя бы уже вытащил свою ленивую задницу из постели?

– Несколько минут назад. А что случилось?

– У меня поднялось давление. Тут один идиот доложил мне, что ты приезжал вчера к нам.

– Да, верно.

– Насколько я понял, он не предоставил тебе нужных сведений, так?

– Он сообщил мне все, что мог. Просто мои ожидания не оправдались.

– Это все потому, что он – реальный недоумок. Ты спросил у него, посещал ли Инман курсы по стихотворчеству. И Нельсон проверил только списки заключенных, записанных на эти курсы.

– И? – затаил дыхание Демарко.

– А ему нужно было проверить данные конкретно по Инману. У нас тут уйма всяких курсов. И практически каждый заключенный хоть раз, но посещает какие-нибудь курсы. Мы это поощряем.

Демарко испустил долгий, медленный выдох:

– Короче, Дел, ты что-нибудь нашел?

– Литературные курсы для взрослых. С января по май этого года.

– Прошлой весной?

– Ну да.

– Я думал, что Дентон учит только стихотворчеству.

– А у тебя встает только на Дентона?

– А кто вел эти курсы?

– Конеску. Выглядит как Роман Полански с проблемной щитовидкой.

– Заливаешь?

– С утра никогда.

Некоторое время Демарко не мог вымолвить ни слова. В голове завертелся целый вихрь мыслей, и собраться с ними у сержанта никак не получалось. Но смутное беспокойство ушло.

– Тебе не дадут отпуск на несколько дней? – спросил Вудз.

– Какой там!

– Ну да. Ты хоть там нормально?

– Нормально. Даже лучше, чем было.

– Это хорошо. Никто не заслужил пули больше, чем Инман.

– Тогда почему ты его выпустил?

– Примерное поведение. Увы, я не свободен в принятии решений. Комиссия по УДО велит освободить кого-то досрочно, я освобождаю. Но этот Инман… Знаешь, он напоминал мне акульего выродка. Этот гад всегда так злобно скалился, что невольно закрадывалась мысль: рано или поздно он отхватит тебе руку своими белыми клыками.

– К сожалению, он сотворил гораздо больше зла.

– И я о том же. Рано или поздно, но кто-то должен был продырявить ему грудь.

Демарко кивнул. По его спине пробежал холодок возбуждения, а на руках проступили мурашки.

– Дел, мне нужно одеться, – сказал сержант.

– Мне стоит напомнить тебе о твоем временном отстранении?

– Думаю, его уже отменили.

– Зная тебя, я могу смело допустить, что оно бы не успело вступить в силу.

Демарко уже готов был повесить трубку, как вдруг кое-что вспомнил.