Знак Наполеона - Джеймс Твайнинг

— Еще раз тронешь меня, убедишься, что я помню, как обращаться с некоторыми мышцами, — произнес Дюма сквозь сжатые зубы. Труссар убрал руку.

— Честно говоря, мне плевать, заговоришь ты или нет, — хмыкнул он. — С моей точки зрения — чем меньше ты с нами сотрудничаешь, тем больше срок получишь.

— Что значит «с нами»? — рассмеялся Дюма. — Ферра не настолько глуп. Он не подпустит такого клоуна, как ты, и близко к своему расследованию.

— Это ты дурак, — возразил Труссар. — Ферра рассылает ежедневные отчеты некоторым представителям Лувра, и я в их числе.

— Молодец, — саркастически похлопал в ладоши Дюма. — Тридцать лет подхалимажа — и ты в списке адресатов. Надеюсь, ты мечтал именно об этом.

— Сам президент получает тот же отчет, — надменно заявил Труссар.

— Да что ты? Неужели дело сдвинулось с мертвой точки? Какой ошеломляющий факт открылся сегодня?

— Так я тебе и сказал! — фыркнул Труссар.

— Значит, ничего, — хохотнул Дюма. — Ты не изменился. Шума много, результатов — ноль.

— Да? А как тебе это? — со злостью выпалил Труссар. — В банде Майло есть женщина.

— Думаешь, я на это куплюсь? — покачал головой Дюма.

— ФБР подтвердило результаты ДНК-анализа, — торжествующе объявил Труссар. — Ева Квинтавалле. У нас есть свидетель, видевший, как женщина убила одного из полицейских в тоннеле. В последний раз ее видели в Токио шесть месяцев назад, на встрече с Асахи Такеши, японским бизнесменом, связанным с якудза. Мы считаем, она предлагала ему стать покупателем… — Труссар замолчал и вдруг поднялся с места, медленно кивнув. — О, вижу, что ты делаешь. Очень умно. Но со мной этот номер не пройдет.

— Какой номер? — невинно спросил Дюма. — Ты ведь не уходишь? Мы только начали.

— Ты думаешь, что очень умный, да? — процедил Труссар сквозь сжатые зубы. — Умнее остальных. Но если ты не заметил — это ты под арестом, а не я.

— Поверь, лучше быть в тюрьме, чем общаться с тобой.

— Твоя жена тебя бросила с такими же словами?

В мгновение ока Дюма оказался на ногах, забыв о боли, и сдавил горло Труссара, прижав к стене.

— Не смей говорить о ней, ублюдок. Не смей даже думать о ней.

— Охрана! — прохрипел Труссар, в отчаянии глядя на дверь. — Охрана!

Через несколько мгновений один офицер крепко держал Дюма, а второй помогал Труссару подняться на ноги.

— Все, все. — Дюма вывернулся из рук охранника и лег в постель. — Только уберите его отсюда.

Полицейские проводили Труссара к двери. Он хотел было уже открыть рот, чтобы высказаться, но поймал яростный взгляд Дюма и покинул комнату, потирая шею.

Дюма подождал, пока дверь не закрыли снаружи, и достал мобильный телефон, который успел вытащить из кармана Труссара. Набрал сначала один номер, а затем, когда по нему никто не ответил, второй.

— Арчи, это Жан-Пьер.

— Джей-Пи! Ты в порядке, дружище? Откуда звонишь?

— Не важно. Где Феликс? — В голосе Дюма звучало нетерпение.

— Отправился на Кубу с Дженнифер.

— С агентом ФБР? — нахмурился Дюма. Когда он слышал о ней в последний раз, ее собирались подставить.

— Тут много всего случилось, — устало пояснил Арчи.

— Потом расскажешь, — отмахнулся Дюма. — Тебе нужно передать информацию Феликсу. Нужно предупредить его насчет Евы.

— А что с Евой?

— Она работает с Майло.

Повисла пауза.

— Что они тебе там вкалывают?

— Я серьезно. Ко мне только что приходил Труссар, покрасоваться. Он сказал, что ФБР идентифицировало ее по образцу крови, который нашли в тоннеле. Она была не заложницей. Она на стороне Майло.

— Том не взял телефон — побоялся, что его смогут отследить. — В голосе Арчи мелькнули нотки отчаяния.

— Значит, ты должен сказать ему лично.

— Как? Интерпол ищет меня как сообщника Тома. Меня сразу же задержат.

— Но у Тома же получилось?

— Они полетели на самолете какого-то японского бандита, который обязан Дженнифер. Асахи…

— Такеши, — закончил Дюма, нахмурившись.

— Ты знаешь его?

— Арчи, федералы считают, что он один из покупателей. Еву видели с ним несколько месяцев назад.

— Они попадут прямиком в ловушку, — выдохнул Арчи.

— Если ты не можешь поехать сам — найди кого-то, кто сможет, — медленно произнес Дюма.