Бешенство - Тесс Герритсен

– Знаешь, – шепнула она. – И я не жалею.

Держась за руки, они перешли Олбани-стрит и вернулись в больницу. Тоби удивлялась: ее ссадины и ушибы совсем не болели, все внимание было приковано к мужчине, который держал ее за руку. В лифте они снова целовались и продолжали целоваться, даже когда открылась дверь.

Мимо них пробежала испуганная медсестра, толкая грохочущую тележку с реанимационным набором. «А теперь-то что?» – подумала Тоби.

Сестра свернула за угол и исчезла в следующем коридоре. Громкоговоритель прохрипел:

– Угроза жизни, палата триста одиннадцать…

Тоби и Дворак тревожно переглянулись.

– Это палата Молли? – спросила она.

– Не помню…

Он поспешил вслед за медсестрой. Тоби со своими перевязанными коленками не поспевала за ним. Он остановился возле одной из палат и заглянул в дверь.

– Это не Молли, – сообщил он подошедшей Тоби. – Это в соседней палате.

Краем глаза Тоби заметила, что в палате настоящий переполох.

Доктор Маркс проводила сердечно-легочную реанимацию. Человек в больничной униформе отдавал распоряжения, а медсестра искала что-то в ящиках тележки. Самого пациента из-за скученности видно не было, единственное, что удалось разглядеть Тоби, это худая нога, торчавшая из-под одеяла, – совершенно безымянная и бесполая.

– Без нас там обойдутся, – пробормотал Дворак.

Тоби кивнула и подошла к палате Молли. Тихонько постучав, она открыла дверь.

Там горел свет. Кровать была пуста.

Тоби взглянула в сторону ванной – тоже пусто. Она снова посмотрела на кровать. Она вдруг поняла, что стойка с капельницей никуда не девалась, а пластиковая трубка свободно болтается на ней, и на ней по-прежнему висит внутривенный катетер. На полу поблескивала небольшая лужица водного раствора глюкозы.

– Где она? – удивился Дворак.

Тоби открыла дверцу стенного шкафа. Одежда Молли исчезла. Она выскочила в коридор и заглянула в палату № 311, где все еще продолжалась реанимация.

– Молли Пикер сбежала из больницы! – выпалила она.

Медсестра взглянула на Тоби, ей сейчас было явно не до того:

– Я занята! Позовите охрану.

Дворак вытащил Тоби из палаты:

– Пошли посмотрим в вестибюле.

Они побежали к лифту. Внизу обнаружился охранник, стороживший центральный вход.

– Мы ищем девушку, – объяснил Дворак. – Лет шестнадцати. Длинные русые волосы, в плаще. Не видели, не выходила она?

– По-моему, она ушла несколько минут назад.

– В какую сторону пошла?

– Не знаю. Через главный вход прошла, это да. А куда дальше, я не смотрел.

Тоби вышла на крыльцо. В лицо ударил дождь. Мокрый асфальт тянулся вдаль блестящей лентой.

– Это было всего несколько минут назад, – сказал Дворак. – Она не могла уйти далеко.

– Пошли в мою машину, – скомандовала Тоби. – У меня там телефон.

Первый круг по кварталу не выявил никаких следов Молли. Они ехали молча, под скрип снующих взад-вперед «дворников», внимательно оглядывая тротуары.

На втором круге Дворак заметил:

– Нам стоит вызвать полицию.

– Они напугают ее. Увидев полицейских, она сбежит.

– Она уже сбежала.

– А ты удивлен? Она боится этого Роми. А в больнице она – легкая добыча.

– Мы могли бы договориться о защите.

– Дэн, она не верит полиции.

Тоби объехала квартал еще раз, затем решила увеличить круг поиска. Она медленно поехала на север по Гаррисон-стрит. Если девушка захотела бы укрыться в толпе, она отправилась бы сюда, на оживленные улочки Чайна-тауна.

Двадцать минут спустя Тоби все же подрулила к тротуару.

– Ничего не выйдет. Эта девушка не хочет, чтобы ее нашли.

– Думаю, пора звонить в полицию.

– Чтобы арестовать ее?

– Ты ведь согласна, что она представляет опасность сама для себя, верно?

Подумав, Тоби кивнула.

– С таким давлением у нее снова может начаться припадок. Может быть инсульт.

– Этого достаточно. – Дворак потянулся к телефону.

Пока он звонил, Тоби смотрела в окно, размышляя о том, какой ужас – плестись под этим дождем; ледяные струйки стекают в туфли, проникают за воротник. И подумала, что в машине ей относительно комфортно. Кожаные сиденья. Кондиционер, тихо урча, гонит теплый воздух.

«Шестнадцать лет. А я могла бы в таком возрасте выжить на улице?»

А вдобавок девушка беременна, и ее давление – бомба с часовым механизмом.

Дождь за окном припустил сильнее.