Эффект Марко - Юсси Адлер-Ольсен

– Может быть, вы рассчитывали, что по приезде вас ожидает оркестр с фанфарами? – Этими словами их встретила Роза, пронзая Мёрка сложенным листом бумаги. – От Карла можно ожидать всего, а вот о тебе, Ассад, я была иного мнения. Ты прекрасно знаешь, что Малена – моя. И тут она звонит мне, пока я нахожусь в министерстве, и рассказывает, как вы врываетесь к ним и вносите полнейшую сумятицу в их умы. Что ж это такое?

– Все обстояло не совсем так, – попробовал было оправдаться Ассад, явно рассчитывавший успеть прихватить свой молитвенный коврик и экзотические фрукты, прежде чем сдетонирует очередная фраза Розы.

Карл чуть заметно улыбнулся, несмотря на всю несправедливость обвинений.

– Уместнее отругать меня, – сказал он. – Ассад заметил, что ты должна поехать с нами, но все вышло несколько иначе.

Роза фыркнула.

– Отругать тебя? И какой в этом толк? По толстокожести с тобой могут сравниться десять жирных баранов, вместе взятых. – Затем она схватила его руку и всучила ему свою бумажку. – Но раз ты прекрасно обошелся без меня в одном случае, по-видимому, справишься и в другом, так что я смываюсь. А ты пока посиди и поразмысли над тем, что я за это время выяснила.

– Ха-ха, поставь их наконец на место, Розушка, – донеслось из противоположного конца коридора.

При появлении фигуры Гордона Роза опустила руки. Было кристально ясно, что в данный момент ей не требовалась помощь, но он продолжал:

– Мне кажется, если твой шеф не позволяет тебе общаться с твоим же контактным лицом, тут попахивает издевательством.

Эта фраза вызвала морщинку на Розином лице. И выражала она отнюдь не сомнение, а скорее разделительную черту, пересекать которую не дозволялось никому.

– Хватит, Гордон, – властно отрезала она.

Однако, по-видимому, до этого придурка сообщения доходили чрезвычайно маленькими порциями.

– Впрочем, это типично для старшего поколения детективов, – пер он дальше без тени смущения. – Не является ли это дикарским проявлением мужского шовинизма?

– Ох, все вы тут полные идиоты! – закричала Роза и, не дожидаясь возражений, исчезла в своем кабинете, захлопнув за собой дверь. Эффектный финал в симфонии, воспевающей собственную непогрешимость.

– Во-первых, – обратился к нахалу Карл, – ты имел наглость обозвать меня дикарем и шовинистом, а вдобавок еще и старшим поколением. Я имею достаточно мужества, чтобы простить эту выходку, но лишь однажды, тебе ясно?

Болван невыразительно посмотрел на Карла. Интересно, его мозг мертв или просто поврежден?

– Мне показалось, тебе стоит сейчас хотя бы кивнуть, Гордон, – сухо посоветовал Ассад.

И тот кивнул, но еле заметно.

– А теперь я спрошу тебя: неужели ты еще вчера не понял, что не просто вторгся на чужую территорию, но и то, что мы предпочтем выпустить на свободу три десятка диких гиен, чем согласимся на твое присутствие?

Отморозок промолчал. Видимо, у него имелись свои, приятные воспоминания о вчерашней истории.

– А, то есть не понял? Ну тогда, думаю, через мгновение, как только мы с Ассадом накостыляем тебе хорошенько, тебе лучше отправиться к Ларсу Бьёрну и доложить ему, насколько мы тут в подвале конфликтные личности.

Карл взял сигарету и прикурил ее одним движением. Как же отрадно было видеть, как долговязый тип резко отпрянул и его лицо моментально скрылось в густом сигаретном дыму.

Парень собирался было возразить, но уголком глаза заметил, как Ассад засучивает рукава. Несмотря на то что Гордон уловил сообщение и немедленно выскочил из кабинета, как запуганная псина, все же, удалившись на безопасное расстояние в глубь коридора, он не устоял перед соблазном крепко выругаться в их адрес.

Если этот молокосос в скором времени не остепенится, в ближайшем будущем его ожидают серьезные увечья.