Комната мертвых - Крис Муни

Она нажала на курок. Одного выстрела оказалось достаточно, чтобы у него снесло половину черепа.

Дарби с трудом поднялась на ноги. На полу слабо дернулось и застыло тело Кинга. На этот раз он мертв. Теперь уже навсегда.

— Пожалуйста… Задыхающийся, хриплый голос Пайна.

Он с ужасом смотрел на нее снизу вверх, не в силах пошевельнуться. Из раны в паху ручьем текла кровь.

— Я не… Я не чувствую… Я не могу двинуть ни рукой, ни ногой.

— Вы парализованы, — сообщила она ему. — Я превратила вас в беспомощного калеку. Вспоминайте меня, когда вам будут менять подгузники в тюрьме.

— Пожалуйста… Пожалуйста, не оставляй меня в таком состоянии… Боль…

Он затих. Дарби перешагнула через тело Кинга и принялась осматривать гараж.

Чисто.

Дарби бегом вернулась назад, к деревянному столу, на котором по-прежнему лежали ее «ЗИГ» и телефон. Она сунула пистолет в наплечную кобуру, схватила телефон и опустила его в карман.

У стены валялся полицейский дробовик, «Ремингтон 870», с четырнадцатидюймовым стволом, увеличенным магазином, тактическим прицелом и запасной обоймой на шесть патронов. Превосходно! Дарби заткнула «глок» Пайна сзади за пояс джинсов, вооружилась дробовиком и двинулась вперед, не отрывая взгляда от двери в дальней стене бокса.

Она вспомнила, что Мадейра Джеймс из «Технологических систем Рейнольдса» прислала ей сообщение.

«Она хочет, чтобы вы немедленно перезвонили», — сказал Кинг, перед тем как прочесть приложение. А когда он опустил телефон, выражение его лица изменилось.

«Плохие новости?» — спросила она.

«Ничего такого, с чем мы не могли бы справиться», — ответил он.

Дарби нырнула в одну из пустых комнат и достала свой телефон. Включив его, она увидела сообщение от Мадейры и приложение. Открыв его, она быстро пробежала глазами текст, выключила телефон и сунула его обратно в карман.

Дарби выскользнула из комнаты и направилась к двери, глядя по сторонам через прицел дробовика. Совсем недавно в помещении стреляли. Будь здесь другие люди, они бы уже прибежали на звук выстрела. Но они непременно прибегут, когда поймут, что Пайн и Кинг не вернутся.

«Интересно, сколько здесь еще человек, кроме меня», — подумала она.

Дарби была вооружена до зубов, но ни бронежилета, ни шлема или дымовых шашек у нее не имелось. Впрочем, и об освобождении заложников речь тоже не шла. Так что можно было действовать без оглядки и никуда не спешить.

«Справа от двери много свободного места. Спрячься здесь. Подожди, пока она не распахнется, и тогда действуй под ее прикрытием».

Она ждала.

Прошло две минуты.

Четыре.

Шесть.

Низко пригнувшись, она пинком распахнула дверь и отпрыгнула назад.

Выстрелов не последовало.

Дарби шагнула через порог с дробовиком наизготовку и увидела перед собой прячущийся в тени короткий, узкий коридор.

Пройдя до конца коридора, она снова пригнулась у стены. Напрягая слух, она расслышала негромкий шум автомобильного мотора.

Держа дробовик перед собой, Дарби выпрыгнула из-за угла. Еще один коридор. Тусклый свет в конце. Она бесшумно двигалась по бетонному полу, вдыхая душный, пахнущий гнилью воздух. На углу она приостановилась. Подождала, стараясь расслышать что-то помимо шума дождя по крыше и слабого урчания автомобильного двигателя на холостом ходу.

Дарби завернула еще за один угол и в перекрестии тактического прицела увидела спокойное лицо комиссара полиции Бостона Кристины Чадзински.

62

Чадзински сидела перед небольшим портативным компьютером, стоявшим на старом письменном столе. В отраженном свете от экрана монитора Дарби разглядела у нее на голове наушники. На лице комиссара было мечтательное выражение.

Дарби услышала звук захлопнувшейся двери, за которым последовал шум отъезжающего автомобиля.

Коридор имел в длину футов двадцать, не больше. Она двинулась по нему, и тут зазвонил телефон. Крошечный прямоугольник света ожил на столе. Чадзински сняла наушники с головы, оставив их на шее, и потянулась к телефону, который лежал рядом с дробовиком. На руках у нее были латексные перчатки.

— Не двигаться! — приказала Дарби и включила тактический прицел.

Удивление на лице Чадзински очень быстро сменилось привычной маской холодного спокойствия и самообладания.

— Руки за голову! — распорядилась Дарби. — Медленно и осторожно.

Чадзински сняла наушники и положила их на стол. Она не стала подниматься на ноги.

Дарби стояла перед ней. Чадзински откинулась на спинку стула и, скрестив ноги, вытянула их перед собой. В столбе света от монитора танцевали пылинки.

— Кто здесь есть еще?

— Не знаю, — ответила Чадзински. Голос ее оставался спокойным, в нем не чувствовалось нервной дрожи. Она полностью владела собой. — Я прибыла всего несколько минут назад. Вам лучше спросить мистера Кинга. Но поскольку я его не вижу, можно предположить, что он мертв.

— Вы предполагаете правильно. Руки за голову!

— Я могу помочь вам выпутаться из этой истории.

— Заткнитесь.

— Мой автомобиль стоит перед входом. Мы можем уехать вместе. Если вы разыграете свои карты правильно, то выйдете из этой истории героем. Я могу помочь вам. Для начала рекомендую…

Дарби взмахнула прикладом. Удар пришелся комиссару в висок.

Чадзински рухнула на пол.

Дарби повесила дробовик на плечо и вооружилась «глоком» Пайна. Вытащив из кармана свой телефон, она нажала несколько кнопок.

— Здесь нет никого, кроме нас двоих, — раздался с пола голос Чадзински. — Это будет мое слово против вашего. Могу вас уверить, что я выиграю. Предлагаю вам согласиться на мое первоначальное предложение. Если вы откажетесь, то никогда не отмоетесь от подозрений и обвинений. Против вас уже собраны все необходимые улики.

Дарби положила телефон на стол.

— Какие еще улики?

— Узнаете компьютер? Это ваш.

Дарби метнула быстрый взгляд на компьютер, белый портативный «Эппл Макинтош». У нее действительно был такой. На экране она заметила аудиофайлы с флешки Кендры Шеппард.

— Вы взломали пароль.

— И скопировали файлы на ваш домашний компьютер, — сказала Чадзински. — Были подготовлены нужные документы, из которых следует, что вы стерли все следы вещественных доказательств с флеш-карты Кендры Шеппард. Доказательства этого деяния находятся сейчас в Отделе по борьбе с коррупцией. Поскольку флеш-карты более не существует, в Департаменте внутренних дел вынуждены будут предположить, что ее уничтожили именно вы. Однако все это я могу уладить одним телефонным звонком.