Синон - Дан Сельберг

Можно было подумать, что шарик бесследно исчез, лопнул, словно мыльный пузырь, оставив темное пятно на чьей-нибудь куртке. Но Эрик знал, что это не так. Хрустальная оболочка разбилась о лестницу из зеленого мрамора, и теперь монстр был выпущен на волю. Мона провела грязными пальчиками по щеке Сёдерквиста – они были холодны как лед – а потом удалилась, оставив его наедине с человеком без лица. Эрик понял, что произойдет дальше. Он опустил голову и прикрыл глаза.

Восемь часов до выброса

Больничные коридоры снова огласила сирена. Ханна, спотыкаясь, побежала за Карлом и едва не столкнулась с медсестрой, прижимавшей к груди охапку капельных сумок. Медсестра направлялась к палате Эрика, Ханна с Эбергом не отставали. Лампочка над дверью мигала красным. Ханна, задыхаясь, прильнула к журналисту.

– Что происходит?

– Я знаю не больше, чем ты, – пожал тот плечами. – Полагаю, у него начался новый приступ.

Дверь в «предбанник» была приоткрыта, и Ханна увидела Свена Сальгрена, который наблюдал за происходившим в палате через стеклянную дверь. Она вошла и встала рядом с ним. Ее глаза наполнились слезами, в голове звенело. Свен посмотрел на нее с сочувствием:

– Он начал терять силы. Не знаю, в чем причина, но нужно срочно принимать меры.

Ханна не отвечала. Она молча наблюдала за голубыми силуэтами, сгрудившимися у постели ее мужа, среди которых выделялась рослая фигура Дианы Вестон.

– Ну, давай же… – бормотал рядом Карл. – Ты справишься…

Ханна тоже взывала к Эрику, но мысленно. Умоляла, уговаривала его держаться.

Внезапно дверь распахнулась, и на пороге появилась Вестон в сопровождении медсестры. На обеих были маски и защитные комбинезоны. Свен схватил ее за плечо:

– Что там, Диана?

Врач покачала головой:

– Положение критическое. Слишком много всего произошло за последние несколько минут. – Она коротко взглянула на Ханну: – Вы должны быть готовы к самому худшему.

Семь часов до выброса

Сирена стихла, но нависшая тишина оглушала еще сильнее. Ханна открыла глаза и глубоко вздохнула. Карл все еще стоял рядом. Из коридора доносились голоса и топот множества ног. Диана ушла, и Ханна умоляюще посмотрела на дверную ручку. Она вздрогнула, когда на пороге появилась Рейчел.

– Ты… – Агент «Моссада» схватила ее за запястье. Ханна дернулась, но Папо оказалась проворнее. – Они потеряют его, – прошептала она жене Эрика в ухо. – Какая у тебя группа крови?

Ханна ответила, не успев понять, что происходит, и тут же что-то больно вонзилось ей в руку. Эберг попытался оттолкнуть Рейчел, но та мертвой хваткой вцепилась Сёдерквист в запястье. Она потянула поршень – и шприц наполнился кровью, а в следующую секунду Папо исчезла за дверью. Карл выпучил глаза:

– Какого черта?..

В коридоре что-то кричали, топали. Ханна вспомнила остров Гиллёга и мужчин в черном. Рейчел погубит Эрика! Она рванула дверь. За спиной у нее слышалось учащенное дыхание Карла. В «предбаннике» мелькнуло лицо Свена в окружении фигур в синих комбинезонах. Но Ханну никто не остановил. Она прильнула лицом к стеклянной двери.

– Рейчел, открой! Ты слышишь меня? Открой немедленно…

– Какого черта она там делает? – пыхтел у нее над ухом журналист.

Фру Сёдерквист придвинулась к нему. Там, за стеклом, Папо возилась возле неподвижного тела Эрика. Ханна не выдержала:

– Нет… пожалуйста!

Рейчел поцеловала лежащего на койке мужчину в лоб, одновременно вонзая шприц ему в вену. Ханна наблюдала за ее движениями – заторможенными, как в замедленной съемке.

– Она ввела ему твою кровь, – послышался голос Карла.

Разведчица убрала шприц в карман.

Эберг оглянулся на Диану:

– Она убьет его… Сделайте же что-нибудь…

Ханна прикрыла глаза. Это был ее сон – белый алтарь. Вот только жертвой оказался Эрик. Она прижала ладонь к холодному стеклу.

– Милый… я…

А потом все вокруг поплыло, и Ханна упала на пол.

За три часа до выброса

Она очнулась на койке в пустой больничной палате. Голова у нее кружилась. Эрик! Ханна отбросила оранжевое одеяло и свесила ноги на пол.

В коридоре было пусто. Кровь била в виски, заглушая звуки и мысли. Сёдерквист нажала на дверную ручку и, споткнувшись о порог, ввалилась в «предбанник». Дверь в палату Эрика стояла приоткрытой, и Ханна вошла. Она даже не подумала ни о маске, ни о защитном комбинезоне. Никакая маска не смогла бы защитить ее от правды.

В нос ей ударил запах дезинфицирующих средств. Коричневые гардины были задернуты, и комнату окутывал полумрак. Ханна привыкла видеть в муже сильного мужчину, но теперь его тело под белой простыней поразило ее своей беззащитностью. Волосы Эрика были всклокочены и как будто выцвели, бледная кожа матово блестела… Женщина остановилась посреди комнаты. Респиратора на пациенте не было, и он дышал. Ханна приблизилась к нему, и в глазах у нее появились слезы. Она взялась за стальную спинку в ногах кровати и посмотрела на Эрика. Нет, она не ошиблась. Он действительно дышал и полностью контролировал свое тело. И тогда Ханна рассмеялась – словно выплеснула накопившееся за столько дней отчаяние. Она стояла в ногах его кровати в одних носках, растрепанная и счастливая, и давилась смехом. Эрик не умрет. Он будет жить. Они будут жить. Ханна коснулась пальцами щеки мужа.

– Чертов бездельник, надо же быть таким дураком…

Она потрепала его по щеке, а потом потянула за кончик носа и сложила ему губы трубочкой.

– Ты вообще соображаешь, что делаешь? Оставить меня… и это после всего того, через что мы прошли…

Потом Ханна потрогала грудь Эрика, ощущая пальцами, как та вздымается, и прислушалась к его дыханию. Никогда еще она не чувствовала так остро, что живет жизнь. И тут же вспомнила об их с Эриком общей тайне. Которую, кроме них двоих, знала только Рейчел. Глаза Эрика были закрыты. Разве не этого момента Ханна ждала так долго? В конце концов, это когда-нибудь придется сделать…

– N… К… – услышала женщина слабый голос.

Она вытаращила глаза. Неужели это сказал ее любимый? Ханна сжала его руку и склонилась над кроватью.

– Я здесь, Эрик… Ты меня слышишь?

Нет, она не ошиблась. Губы больного и в самом деле двигались. Его грудная клетка по-прежнему медленно вздымалась. Ханна моргнула, чтобы смахнуть стоявшие в глазах слезы.

– Тише… молчи… Все хорошо, я здесь…

Сёдерквист открыл глаза и уставился в потолок.

– Нулевая точка в NК… – Он напрягся, как будто хотел подняться. – Я знаю, как это будет… и было…

Супруга погладила его по щеке.

– Я приведу доктора. Ты только не засыпай, ладно?