Янтарные цветы - Джулия Хиберлин

Гений митохондриальной ДНК и оклахомка Ронда Роби консультировала меня в ходе работы над романом – по электронной почте, телефону и за пивом. Также она поделилась со мной огромным опытом в опознании жертв серийных убийц, войны во Вьетнаме, Пиночета, авиакатастроф и 11 сентября. Вместе с лучшими учеными мира она стояла на руинах Всемирного торгового центра и провела годы в беседах с семьями убитых. Ее характером, опытом и человечностью проникнуты все страницы этой книги. Кстати, безумная история с оленем – чистая правда! Ронда получила работу своей мечты – теперь она профессор в Институте Дж. Крейга Вентера.

Деятельность Центра опознания трупов Университета Северного Техаса в Форт-Уэрте описана с некоторыми отступлениями от истины – но незначительными. Его главная задача лежит за пределами человеческих возможностей: найти имена неопознанных лиц, когда все остальные сделать это уже отчаялись. Руководитель центра – Артур Айзенберг. Правоохранительные органы со всего света присылают ему данные по делам, которые никто не может раскрыть. И да, сотрудникам центра удалось опознать одну из жертв серийного убийцы Джона Уэйна Гейси через тридцать три года после того, как его останки были найдены под домом в Чикаго.

Джордж Димитров-Каменов, геохимик из Флоридского университета, поведал мне о чудесах изотопного анализа и его применении в раскрытии преступлений и опознании жертв. Он как никто другой помог мне понять, что все мы – часть земли. Благодаря ему я придумала один из самых интересных поворотов сюжета в этой книге.

Нэнси Джайлс, опытнейший детский психолог, подробно рассказала, как работают плохие и хорошие врачи, а также любезно предоставила список учебников по психиатрии («Разбитые иллюзии», «Слишком напугана, чтобы плакать», «Психологическая травма и излечение»), которые самым непосредственным образом повлияли на мой роман. Мне также помогал ее сын, Роберт Джайлс III, консультант по оказанию помощи детям военно-юридической службы морского флота США, и его жена Келли Джайлс, врач, посвятившая большую часть жизни помощи несовершеннолетним жертвам домашнего насилия. Муж Нэнси, редактор Боб Джайлс, дважды лауреат Пулитцеровской премии и мой прежний начальник, поддержал меня в самом начале писательского пути. Во многом именно благодаря ему я в итоге набралась сумасшедшей уверенности и написала книгу.

Дэвид Дау, известный техасский адвокат и борец с высшей мерой наказания, сразу же проникся сюжетом книги и рассказал, как бы он распутал этот клубок. Кроме того, его взгляды – неожиданно для меня самой – легли в основу философии одного из главных персонажей книги. Его мемуары «Автобиография одной казни» незабываемы, и прочитать их должен каждый.

Один из его бывших клиентов-смертников, Энтони Грейвс, уделил мне свое бесценное время – время свободы. Мы беседовали по телефону. От него я узнала о жизни невинного человека за решеткой (Энтони провел в тюрьме восемнадцать лет за убийство семьи из шестерых человек, которого он не совершал). Выйдя на свободу, он ведет поучительные беседы о своем опыте и говорит с такой одухотворенностью, что большинство людских проблем покажутся вам сущей ерундой. Ознакомиться с его неутомимой деятельностью можно на сайте фонда его имени anthonygravesfoundation.org.

Деннис Лонгмайр, профессор Государственного университета имени Сэма Хьюстона, уже многие годы подряд посещает все казни в Техасе. В руках у него всегда горит рождественская свеча на батарейках. Одним промозглым вечером перед техасским изолятором, где приводятся в исполнение смертные приговоры, он и его друзья рассказали мне суровую правду о казнях. Джон Моритц, бывший репортер «Форт-Уэрт стар-телеграм», ставший свидетелем более двенадцати казней, также предоставил немало подробностей.

Мэри и Мэри Клегг, мать и дочь, владельцы мини-отеля в нескольких кварталах от небезызвестных Стен, показали мне другую, более приятную сторону Хантсвилла, штат Техас. Я позволила себе небольшую литературную вольность с призраками их красивейшего старинного дома, но таких вкусных голландских блинчиков, как у них, я действительно никогда не пробовала. Если вы едете в Хантсвилл, непременно навестите двух Мэри.

Мне бы также хотелось рассказать про статью Кэйти А. Мальчиоди об анализе рисунков психически травмированных детей, где она рассказывала о случае с маленькой «Тессой» и кукольным доме, который я посчитала нужным включить в свою книгу.

Лаура Гэйдош Комбс поделилась со мной информацией об останках беременных женщин и их нерожденных детей.

«Янтарные цветы» – плод моего воображения, но я задалась целью как можно правдивей отразить в книге основы криминалистики, психотерапии и особенности правовой системы штата Техас. Если вы встретите какие-нибудь ошибки или натяжки, то виновата в них только я.

Также мне бы хотелось поблагодарить:

Кристофера Келли, феноменального друга и писателя, всегда готового предоставить как честную критику, так и жилетку для слез – смотря что мне нужно в данный момент.

Кирстин Эрреру, единственную мою подругу, которая может принять приглашение отправиться в техасскую тюрьму для смертников в день казни.

Кристину Коваль, за шутку про «Биг Мак» и за то, что отчасти стала прототипом Чарли. А также ее маму, мою любимую двоюродную сестру Мелиссу.

Сэма Касковича, моего сына, за усы на портрете Джейн Эйр, нежелание выставлять спортивные трофеи на всеобщее обозрение, удивительную доброту и веру в меня. Эту книгу я посвятила ему – от всей души.

Кэй Шнурман, которая творит волшебство из ниток и стали. Творческую сторону Тесси я списала с нее.

Чака и Сью Хиберлин, моих родителей, которые наверняка гадают, откуда у меня в голове столько зловещих фантазий – но все равно гордятся мной.

Целую кучу людей из издательства «Рэндом хаус»: Кейт Мисьяк, моего редактора, труженицу и поэта, которая делает лучшую правку в мире; Дженнифер Херши, продвигавшую мой роман еще до его создания; Либби Макгир; Рейчел Кайнд и ее команду по продаже авторских прав за рубежом; моего очумительного рекламного агента – Линдси Кеннеди. И людей, которые отлавливали мои ошибки и помогали сделать книгу красивой: редактора по производству Лорен Новик, корректора Пэм Файнштайн, начальника производственного отдела Анджелу Макнэлли, верстальщика Дану Ли Бланшетт и художников Ли Мотли и Белину Хьюи.

А также Кэйти Харрис – за самые первые правки.

Максин Хичкок из «Майкл Джозеф/Пенгуин Ю-Кей» – за душевную поддержку моего творчества.

Даниэллу Перес. Я не забуду. Никогда. Спасибо.

Стива Касковича, моего мужа, врача и первого читателя. Не передать словами, как мне повезло, когда этот человек бросил мне через всю редакцию разноцветные бусы, символ Марди Гра, а потом упорно водил на свидания, пока я не сказала «да».

Гарланда Э. Уилсона, художника, фотографа морга, певца и великолепного рассказчика. О таком дедушке можно только мечтать. Как я скучаю по твоему жуткому подвалу!

И, наконец, спасибо очень важному человеку, моему агенту – Пэм Эхерн, которая внимательно следила за каждым поворотом сюжета, всегда верила в меня и в мою работу. Я буду вечно ей признательна.