Между адом и раем - Тед Белл

Гомес сидел по-турецки рядом с баром в полной темноте. Он сидел на полу, держа в одной руке полупустую бутылку «Столичной», а в другой — RC.

Даже самые любопытные патрульные, которые, бывает, заглядывают в окна, ничего бы не увидели.

Зачарованный небольшими красными цифрами на устройстве, он едва замечал тошнотворный запах пролитого пива и водки и загаженный пол.

Он сделал еще один большой глоток теплой «Столичной».

Черт, да он бывал в таких пакостных местечках, что это раем кажется! Помимо RC, свет исходил от круглых флуоресцентных часов в стене. Он видел их совершенно ясно. Следить за неумолимо бегущим временем — вот, черт возьми, что нужно в данный момент.

Между глотками водки он прогонял в голове Большой План. Записывать свои обязанности он, конечно же, не стал. Чтобы удостовериться, что БП прочно сидит в его голове, он пересказывал его вслух много раз.

Первое: нужно нажать обе кнопки на RC, когда пробьет полночь. Именно поэтому он сидел так, чтобы быть незаметным, но при этом видеть часы.

Спустя пятнадцать секунд после того, как начнется обратный отсчет перед забегом тараканов, его член начнет звонить. Ха-ха. Нет, нет, ему на сотовый позвонят спустя пятнадцать секунд после того, как он нажмет кнопки. Он ощупал свою промежность. Да. Сотовый телефон был все еще там, где он его оставил. Не так уж много места там, где висит большой кобель, — вот так, детка!

Так. Хорошо. Телефон звонит, он отвечает. Что он должен ответить? Гм, черт. Что Хулио сказал ему отвечать? Тараканий Мотель! Да! Он вспомнил! Еще глоток водки в качестве награды. Он говорит: «Тараканий Мотель».

Вслед за этим голос из трубки говорит… что же… ага, точно: «Есть свободные номера?»

А он отвечает, что… как там… «Нет, все номера заняты на тридцать часов!»

Да, детка. Он все помнит до мельчайших подробностей!

Потом что?

Ах да. Он берет своего дружка RC и направляется с ним к заставе, где служит Спарки, прямо к изгороди перед границей. Просит Спарки пропустить его. А если вдруг Спарки сегодня не на дежурстве, он… Господи! Он глянул на зеленый флуоресцентный циферблат настенных часов. Он не мог поверить этому, черт возьми!

На часах было уже четверть первого!

Уже пятнадцать минут, как надо было нажать эти чертовы кнопки! Боже. Сидел, пил здесь, думал, и что в итоге? Только пропустил самый важный момент всей его вонючей жизни, вот что. О, черт. Теперь-то что будет?

Миллион зеленых бумажек отрастят себе крылья и полетят куда-нибудь.

Пока он медленно вставал на ноги, по его лицу потекли слезы. Положил RC на стойку и утер глаза. Всю свою жизнь он думал, что был умен. И теперь он должен признать горькую правду. Он — просто тупое ничтожество из Маленькой Гаваны, и всегда был им.

Он обошел вокруг стойки и подтянул табурет.

Он продолжал смотреть на эти чертовы часы, и теперь… минутку!

Теперь часы показывали одиннадцать сорок пять! Что за чертовщина! Он, наверное, потерял рассудок. Почти. Сидя за стойкой, он смотрел на часы в зеркальном отражении! В зеркале на них было двенадцать пятнадцать. Это было только отражение. В действительности сейчас было одиннадцать сорок пять! Все хорошо! Он снова в порядке! Еще целых пятнадцать минут в запасе! Внезапно в глаза ему ударил свет. Он оглянулся.

В окна со стороны фасада кто-то посветил фонариками, затем раздался стук во входные двери. Они что, заметили его?

Патрульные, должно быть. Как раз вовремя, парни, действительно вовремя, спасибо вам большое за бдительность.

Он захватил «Столичную» и RC, отбежал от стойки и упал на колени. Он должен был сматываться, причем быстро. Он гусиным шагом дошел до черного хода, с двери которого сорвал замок.

Две секунды спустя он уже бежал под густой завесой дождя к своему автомобилю. Прямо позади его машины стоял «Хаммер», на крыше которого вращалась синяя мигалка. Проклятие! Он оглянулся назад и увидел, что два фонарика уже светили внутри. К тому времени, пока те тупые патрульные дойдут до черного хода, его и след простынет.

Он открыл дверь машины, бросил бутылку и RC на переднее сиденье. Потом вскочил за баранку и крутанул ключ в зажигании.

Вот дерьмо, только не теперь. Ну же, чертов «Юго», двигай! Заводись, черт возьми! Дождь, должно быть, залил распределитель, вот что случилось. Ну почему именно сейчас! Стой-ка, а вот и идея.

Он схватил бутылку водки и RC, выпрыгнул из своего автомобиля и подбежал к патрульной машине. Ключи остались в зажигании! Да! Значит, есть Бог!

Он включил заднюю передачу, развернулся и увидел, как два фонарика метнулись сквозь пелену дождя в его сторону. Наверное, хотят перегородить ему дорогу. Ну, уж ни за что, девочки. Машина подпрыгнула на бордюре и выскочила на газон, потом на главную улицу. Глянул на часы. Без десяти. Он мчался к вышке Спарки, время от времени поглядывая в зеркало заднего вида.

Сделав резкий поворот, он увидел другой «Хаммер» с синими проблесковыми маячками, блокировавший улицу. Господи Иисусе! Он ударил по тормозам, едва не сбив двух стоящих перед ним патрульных, и дал задний ход, сбив при этом чей-то высокохудожественный почтовый ящик. Дерьмо случается, соседи.

Да ладно, пошло бы все это к черту. Даже на дороге покоя не дают. Он глянул на часы. Осталось семь минут. RC лежал рядом с ним. Тридцать часов и семь минут остается до «освобождения номеров в мотеле». Он только должен был сохранять спокойствие, и все. Так он всегда действовал, правда ведь?

Эти двое патрульных впереди оставались на месте. Руки в боки — крутые парни, наверное, насмотрелись слишком много судебной хроники.

Он вытянул вперед шею и смотрел, как двое придурков-патрульных не спеша подходят к его автомобилю. Один парень остановился со стороны пассажирского сиденья, другой медленно приблизился к его окну. Он опустил его с приветливым выражением лица, одновременно правой рукой запихивая под сиденье бутылку «Столичной». Он хотел спрятать и RC, но парень посветил ему в окно своим чертовым фонариком.

Пять минут. Он чувствовал, как в его венах бурлит горячительное. Черт, любой дурак мог бы сохранять спокойствие в течение пяти минут.

— Как вечерок проводишь, моряк? — спросил патрульный.

— Прекрасно, — ответил он, одарив парня щедрой улыбкой. Он не мог даже разглядеть лицо, настолько ярок был свет.

— Что именно ты делаешь в эту дождливую воскресную ночь, дружище?

— Ну, выпил самую чуточку, сэр, — хихикнул он. Так Рита говорила, когда пила коктейли.

— Довольно большую чуточку, я бы сказал. Похоже, тебе пришлось воспользоваться чужим транспортным средством, чтобы добраться домой.