Святая тайна - Майкл Бирнс

— Почему? — Шарлотта метнула на него озадаченный взгляд.

Раскрыв свой ранец, Донован достал «Тайные хроники».

— Позвольте мне объяснить…

57

Осторожно выложив древний, видавший виды манускрипт на полированную поверхность столешницы из красного дерева, отец Донован повернулся к Шарлотте.

— Вы, конечно, знаете, что Ватикан чрезвычайно заинтересовало происхождение оссуария? — Кардинал Сантелли откинулся на спинку кресла и скрестил руки на груди. Шарлотта с любопытством разглядывала книгу. — На это имелась серьезная причина. Ни одна душа, за исключением узкого круга высших руководителей Церкви, не знает то, что я собираюсь вам сообщить.

Взглянув на позу кардинала, Шарлотта сильно засомневалась в правдивости этих слов.

— Слушаю вас.

— Прежде всего я должен рассказать вам краткую предысторию, — начал Донован. — Многие евреи, особенно населявшие древнюю Иудею, утверждали, что Иисус, провозгласивший себя сыном Бога, не соответствовал критериям Мессии, описанным в Старом Завете. И они были правы.

«Довольно странное допущение», — подумала Шарлотта.

— Согласно предсказаниям пророков, Мессия должен быть воином, прямым потомком царя Давида, посланным Господом, чтобы с мечом в руках объединить племена Израиля, тем самым освободив Землю обетованную от тирании и угнетения, — быстро говорил Донован, выражение его лица менялось, слова он сопровождал жестами. — Предполагалось, что Мессия перестроит священный храм и завоюет Рим. Иудеев веками покоряли и угнетали все сильнейшие империи Древнего мира: персы, греки и римляне. В течение первого тысячелетия своего существования Иерусалим знал только кровопролитие. — Образы погибших израильских солдат напомнили Доновану, как мало все изменилось с тех пор. — Однако, читая Священное Писание, мы видим Иисуса, проповедующего мир. Видим человека, предлагающего иудеям заплатить долги и принять свою судьбу. В обмен он обещал им вечную жизнь с Господом. Он верил, что зло порождало лишь новое зло — и так до бесконечности.

Шарлотта поняла, что Доновану очень надо поведать ей эту историю и она должна выслушать его.

— «Взявшие меч от меча и погибнут?»[74]— спросила она.

— Именно так. Иисус знал, что силой Рим не одолеть. Он пытался предотвратить массовое восстание иудеев, в результате которого римляне могли устроить страшную резню. Однако многие предпочли не слышать его. — Голос Донована приобрел торжественность. — Менее чем через тридцать лет после смерти Иисуса иудеи все же взбунтовались. Ответ римлян был молниеносным и беспощадным. Они осадили Иерусалим и, взяв город, вырезали всех жителей до единого — мужчин, женщин, детей. Тысячи были распяты, сожжены или просто изрублены на куски. Иерусалим и Второй храм сровняли с землей. Как и предрекал Иисус. — Он помедлил. — Доктор Хеннеси, знаете ли вы, что большинство теологов считают, что пастырство Иисуса длилось всего лишь год?

Она знала лишь, что Христу было тридцать с небольшим, когда он встретил смерть.

— Это не приходило мне в голову.

Донован наклонился к ней.

— Полагаю, вы согласитесь, что Иисус был выдающимся человеком — философом и учителем. Человеком, который явился, в общем-то, из безвестности, дабы словом своим подарить человечеству столь нетленные надежду, добро и веру, что до сих пор, спустя две тысячи лет, они живы в сердцах людей. Ни одна личность не оставила такого следа в истории. — Не сводя глаз с Шарлотты, Донован опустил руки на обложку «Тайных хроник», словно защищая книгу.

— И книга имеет ко всему этому какое-то отношение? — Шарлотта заметила, как Донован переглянулся с Сантелли, и поняла, что эта часть беседы была спланирована обоими заранее.

На ее вопрос Донован ответил вопросом:

— Известны ли вам история воскресения Христа и рассказ об опустевшей гробнице?

— Разумеется.

Шарлотта изучала катехизис в начальной школе и в католической женской гимназии и поэтому много знала о Священном Писании, больше, чем ей хотелось бы. Она дала Доновану прямой ответ, какого он и ожидал, тот самый, что сглаживал разночтения в толковании Евангелий.

— Иисус был распят и похоронен. Через три дня он восстал из мертвых и явился своим ученикам, прежде чем вознестись на небеса.

«Правда, в каком облике он явился — этим вопросом, кажется, никто не задавался», — мелькнуло у нее в голове.

— Совершенно верно. — Священник остался доволен. — А теперь давайте перейдем к удивительному продолжению этой истории. — Он осторожно похлопал ладонью по обложке фолианта. — Это дневник, написанный рукой Иосифа из Аримафеи, библейским персонажем, тесно связанным со смертью Иисуса и его воскресением.

Шарлотта была поражена. Еще одно бесценное и скрываемое от мира сокровище! Эту книгу они тоже украли?

— Тот самый Иосиф Аримафейский?

— Тот самый. Человек, похоронивший Христа. — Отец Донован раскрыл книгу, страницы которой покрывали письмена на древнегреческом языке, и посмотрел на Шарлотту. — Столетиями Ватикан опасался доказательств опровержения роли Христа как Мессии. И эта книга раскрывает множество причин этих опасений. — Глянув украдкой на Сантелли, Донован собрался с духом, чтобы постараться не мямлить и не дать голосу дрогнуть. Пока что кардинал был удовлетворен его действиями. — Хотя в Новом Завете он фигурирует как приверженец Христа, на самом деле Иосиф Аримафейский тайно норовил препятствовать пастырству Иисуса. Видите ли, Иисус представлял серьезную угрозу для иудейской знати. Мудро сторонясь конфронтации с оккупационными римскими властями, он резко критиковал иудейских правителей, в особенности духовенство, превратившее храм Господа в пародию на святыню. В обмен на подношения иудейские священники разрешали язычникам приносить жертвы на алтари храма. Священные внутренние дворы они превратили в рынок. Храм являлся воплощением иудейской веры. Оттого-то и для верующих иудеев, таких как Иисус, его неуклонное разложение и упадок означали медленную гибель их религиозной традиции.

Шарлотта припомнила, как Матфей описывает вступление Иисуса в Иерусалимский храм и как он опрокидывал столы торговцев и менял. Иисуса глубоко ранило то, что из священного места устроили балаган.

— Конечно же, Иисус порицал правящую верхушку иудеев, — продолжал Донован, — и не боялся делать это открыто. И потому неудивительно, что именно иудейские священники послали храмовую стражу, чтобы схватить его. После того как Иисус был казнен, Синедрион поручил Иосифу Аримафейскому обратиться к Понтию Пилату с просьбой о выдаче тела. Уступив заверениям Иосифа, что это удержит фанатичных приверженцев Иисуса от снятия тела с креста, Пилат его просьбу удовлетворил.

Шарлотта неплохо знала язык жестов. Несмотря на то что Донован поддерживал спокойный и доверительный тон повествования, глаза его бегали. Она вспомнила слова Джованни, что снятие с креста тела преступника в ту пору было событием беспрецедентным. Тела распятых для погребения не выдавались. Но, учитывая угрозу, которую представлял Иисус для иудейской аристократии — а ей, по-видимому, было что терять в случае смены строя, — объяснение Донована казалось правдоподобным.