Сезон мертвеца - Дэвид Хьюсон

Когда Ник переступил порог дома, ему показалось, что он вернулся в прошлое. Дом наполняли громкие голоса, смех и собачий лай. Повсюду были расставлены благоухающие букеты роз и хризантем, маргариток и лилий.

Сара и Би пили шампанское, а Марко довольствовался минеральной водой. На кухне в это время суетились две специально приглашенные поварихи. Они раскладывали по тарелкам холодные закуски, которые так любила готовить мать Ника. А на большом обеденном столе уже красовались овощной салат, обильно политый оливковым маслом, лоб-стер со специями, отварная рыба под соусом и самые разнообразные блюда из дорогих сортов сыра. Ник даже зажмурился на мгновение, дабы убедиться, что все это не сон. Открыв глаза, он увидел перед собой отца, тот сидел в инвалидной коляске и загадочно ухмылялся. Давно уже Ник не видел его таким радостным и счастливым.

– Послушай, сынок, ты почему-то не производишь впечатления голодного человека.

– Я просто... – Ник запнулся. – Я что, забыл про чей-то день рождения?

Марко жестом руки попросил одну из женщин налить ему бокал шампанского.

– Неужели требуется серьезная причина для семейного праздника? А тебе не приходит в голову, что я просто устал от своего жалкого состояния и решил хоть как-то разнообразить это убогое существование? В конце концов, жизнь у нас одна, а за стенами дома такая тоска, что выть хочется. Одна твоя работа чего стоит, да и у Сары тоже... – Марко бросил взгляд на весело беседующих женщин. – Что бы ни говорили твои факты, Ник, она замечательный человек. И тебе не удастся переубедить меня. Она сама не понимает, насколько прелестна.

– Я знаю, – мягко сказал Ник, не желая портить настроение старику. – Именно поэтому мне так трудно понять суть происходящего.

– Чушь собачья! – решительно объявил Марко. – Как ты вообще можешь понять человека, если не общаешься с ним достаточно долго? Ты все воспринимаешь слишком близко к сердцу и не даешь себе труда поверить своим чувствам. Ты хочешь, чтобы все было четко и ясно, а в жизни так не бывает. Расслабься, Ник, и забудь о своей идиотской работе. Надо безоглядно пользоваться прелестями жизни, пока они еще доступны.

Ник поднял бокал шампанского:

– Твое здоровье, отец.

– И твое, сынок, – радостно ответил Марко. – Прислушайся. Ты знаешь, что это за звуки?

Щебетание Би и Сары, мирное урчание собаки, приглушенные голоса женщин на кухне...

– Да, – сказал Ник, прекрасно понимая, что имеет в виду отец.

– Сколько лет прошло с тех пор, как в этом доме звучали веселые голоса! – мечтательно произнес старик. – Восемь? Да, именно столько лет прошло с тех пор, как ты покинул отчий дом. Понимаешь, в доме должны раздаваться голоса живых людей, иначе он просто-напросто умрет. Именно этого мне недоставало все эти годы. Знаешь, мне придется записать на магнитофон твой голос, а потом включать на всю громкость, когда тебя не будет. Но как только я сделаю это, то сразу же почувствую себя полным идиотом, ведь глупо надеяться, что ты останешься здесь навсегда.

А Ник в это время смотрел на его бывшую секретаршу и Сару и думал о своем. Он все чаще ловил себя на мысли, что с трудом отрывает взгляд от Сары. Она была такой красивой, спокойной, да и Би выглядела какой-то преображенной, словно всю жизнь провела в этом доме и не скрывала радости по этому поводу.

– А что с Би? – спросил он отца.

– Все нормально, – спокойно ответил тот. – Она вполне заслужила тихую комфортную жизнь, вот и все. Я действительно был полным идиотом, Ник, и хочу, чтобы ты знал это. Впрочем, ты и сам все знаешь. Я никогда не видел в людях ничего хорошего. Мне казалось, что они просто не заслуживают моего внимания, и в этом большая заслуга твоей матери. У нее был талант по этой части, и ты полностью унаследовал его.

Все четверо уселись за большой обеденный стол и принялись угощаться. Под конец поварихи из агентства зажгли свечи в огромных, почти античных, канделябрах, которые по просьбе Марко были принесены из другой комнаты, и выключили верхний свет. Марко щедро расплатился с поварихами, и они ушли, поблагодарив хозяина за великодушие.

Фермерский дом был залит огнями свечей, вокруг старинного стола из красного дерева сидели близкие люди, напоминая хозяину о далеком прошлом.

– У меня есть тост! – торжественно объявил Марко. – Ник, ты сказал что-то насчет дня рождения и не ошибся. У нас действительно день рождения, и знаешь чей?

Он пристально посмотрел на Сару и Би, но те недоуменно пожали плечами. Насладившись произведенным впечатлением, Марко повернулся к любимой собаке. Пип, почувствовав, что речь идет именно о нем, вскочил на задние лапы, а передние положил на колени старику.

– За нашего верного друга! – провозгласил Марко, высоко подняв бокал. – Если мне не изменяет память, сегодня у него день рождения, и я не потерплю никаких возражений на сей счет. В особенности со стороны виновника торжества.

– За собаку! – радостно поддержала его Сара, и они все дружно выпили прохладного и слегка приторного вина, причмокивая от удовольствия.

– И за мудрость этих удивительных животных, которая значительно превосходит нашу собственную, – добавил Марко. – Правда, мало кто из людей знает об этом.

Би бросила недоверчивый взгляд на собаку, которая преданно смотрела на хозяина и, казалось, ловила каждое его слово.

– Это требует некоторых пояснений, – сказала Би.

– Никаких пояснений, – возразил Марко. – Нужно только хорошенько подумать о нас самих. Разве мы не переживаем из-за каких-то событий, которые находятся вне нашего контроля? Мы всегда смотрим на часы и думаем о том, что ждет нас завтра. А что волнует собаку? Только настоящее и больше ничего. Собака не задумывается над тем, будут ли любить ее завтра, накормят ли ее в ближайшее время. Она никогда не задумывается над будущим и даже не представляет себе, что всему приходит конец. Она думает только о том, что здесь и сейчас, причем делает это более страстно, чем мы можем вообразить.

– И это вы называете мудростью? – удивилась Сара.