Похититель - Ли Чайлд

— А что делать мне? — спросила Полинг.

— Ты останешься в вестибюле. Будешь вести наблюдение. Оставишь мне записку у портье «Хилтона». Используй фамилию Бейсуотер. Я отвезу Лейна в Норфолк, Лейн разберется с Тейлором, а я — с Лейном. Потом я вернусь за тобой. И мы куда-нибудь вместе съездим. Может быть, в Бат. Там замечательные горячие источники. Мы попытаемся снова обрести чистоту.

Они прошли мимо автомобильного салона, где были выставлены новейшие модели «мини-купера», на котором они ездили, мимо скромных многоквартирных домов до квартала особняков, затем поднялись по ступенькам «Хилтона» и вошли в вестибюль. Полинг сразу направилась к креслам, стоящим чуть в стороне, а Ричер — к стойке портье. Ему пришлось постоять в очереди, и он принялся внимательно разглядывать клерков. Они были заняты телефонными разговорами, постоянно обращались к компьютерам. За их спинами на столиках стояли принтеры и копиры. За копирами виднелась медная табличка с надписью: «По закону нельзя делать фотокопии некоторых документов».

«Например, нельзя копировать банкноты», — подумал Ричер. Тут требовался законодательный акт, ведь современные копиры были слишком хорошего качества. За столиками выстроились часы, показывающие мировое время от Токио до Лос-Анджелеса. Ричер проверил Нью-Йорк относительно часов у себя в голове. Они шли точно. В этот момент подошла его очередь.

— Группа Эдварда Лейна, — сказал он. — Они уже прошли регистрацию?

Клерк застучал по клавиатуре.

— Еще нет, сэр.

— Я их жду. Как только они появятся, сообщите им, пожалуйста. Я буду находиться в дальней части вестибюля.

— Ваше имя, сэр.

— Тейлор, — ответил Ричер.

Он отошел в сторону и отыскал спокойное местечко. Ему предстояло пересчитать восемьсот тысяч долларов наличными, и он не хотел привлекать к себе внимание. Ричер уселся в одно из стоящих рядом четырех кресел. Долгий опыт подсказывал, что никто не попытается сесть рядом с ним. От него исходил очень четкий сигнал «Держись подальше», которому разумные люди подчинялись без колебаний. Сидевшая неподалеку семья уже начала посматривать на него с опаской. Двое детей и мать, устроившиеся на соседней группе кресел, — очевидно, они прилетели ранним рейсом и теперь дожидались, когда их номер будет готов. Мать выглядела усталой, а дети капризничали. Она распаковала часть вещей, чтобы как-то их занять. Игрушки, разноцветные книжки, потертые плюшевые медведи, кукла с оторванной рукой, видеоигры. Мать без особой надежды предлагала детям разные занятия: «Почему бы вам не заняться этим? Посмотрите картинки. Может, хотите порисовать?» Дети не обращали на нее внимания.

Ричер повернулся и посмотрел в сторону входа. В отель заходили все новые и новые люди. Некоторые выглядели усталыми и не слишком свежими, другие были полны энергии. У одних были горы багажа, другие быстро шагали с небольшими портфелями в руках. Представители всех национальностей. Между тем один ребенок швырнул медведя в голову другому. Мальчик промахнулся, и медведь упал на пол рядом с ногой Ричера. Он наклонился и поднял игрушку. Часть набивки вывалилась. Ричер бросил медведя обратно. Он услышал, как мать дает очередной бесполезный совет: «Заткнитесь и ведите себя как нормальные человеческие существа».

Ричер посмотрел в сторону двери и увидел, как в отель входят Перес и Ковальски. Следом появился сам Эдвард Лейн. За ним вошли Грегори, Грум, Эдисон и Берк. Чемоданы на колесиках, вещевые мешки, большие сумки. Джинсы и черные нейлоновые спортивные куртки, бейсболки, кроссовки, наушники на тонких проводах. Люди, заметно уставшие после долгого перелета. Одежда слегка запачкалась и помялась. Однако все внимательны и настороже. И выглядели они как солдаты спецназа в гражданской одежде.

Ричер наблюдал, как они выстраиваются в очередь к стойке портье. Как медленно продвигаются вперед. Как они регистрируются. Видел, как клерк передает Лейну сообщение Ричера. Видел, как Лейн поворачивается, чтобы осмотреть вестибюль. Взгляд Лейна скользнул по Полинг, по матери с двумя капризными детьми. И остановился на Ричере. Лейн кивнул. Ричер кивнул в ответ. Грегори взял стопку карточек-ключей у клерка, все семеро подхватили свой багаж и двинулись через вестибюль. Вскоре они уже стояли вокруг Ричера, возле его четырех кресел. Лейн поставил одну сумку на пол и сел рядом с Ричером, не выпуская вторую сумку из рук. Грегори занял третье кресло, а Картер Грум устроился в последнем. Ковальски, Перес, Эдисон и Берк остались стоять, образуя внешнее охранение, а Берк и Перес тут же принялись наблюдать за происходящим вокруг. Вся группа оставалась внимательной и настороженной.

— Покажи мне деньги, — сказал вместо приветствия Ричер.

— Сначала расскажи, где Тейлор, — ответил Лейн.

— Нет, ты первый.

— Ты знаешь, где он?

Ричер кивнул.

— Я знаю, где он. Я видел его дважды. Вчера вечером и сегодня утром. Несколько часов назад.

— Ты знаешь свое дело.

— Да.

— Так расскажи мне, где он.

— Сначала покажи деньги.

Лейн не ответил. В наступившей тишине Ричер услышал, как растерянная мать предлагает: «Нарисуйте Букингемский дворец».

— Ты звонил английским частным детективам у меня за спиной. Хотел меня опередить.

— Любой человек имеет право попытаться сократить расходы, — ответил Лейн.

— Тебе удалось меня опередить?

— Нет.

— Значит, расходы неизбежны.

— Похоже, ты прав.

— Так покажи мне деньги.

— Ладно, — ответил Лейн. — Я покажу тебе деньги.

Он снял сумку с колен, поставил на пол и расстегнул молнию. Ричер посмотрел направо. Посмотрел налево. Увидел, что ребенок собирается снова бросить своего потрепанного медведя. Но тут мальчик взглянул в лицо Лейна и сразу отбежал к матери. Ричер наклонился вперед и заглянул в сумку. Она была набита деньгами. Он узнал пачки из города У.

— При перелете проблем не возникло? — спросил он.

— Сумка прошла через таможню, — ответил Лейн. — И никто не намочил штанишек. Ты спокойно вернешься домой с деньгами. Если, конечно, сначала сделаешь свою работу.

Ричер засунул руку в сумку, завел палец за разорванный пластик и наугад проверил пачку. Она была плотной, а значит, полной. Он насчитал четыре стопки по двадцать маленьких кирпичиков. Всего восемьсот кирпичиков, четное число. Восемьдесят умножить на сто и еще раз на сто — восемьсот тысяч.

Пока все шло хорошо.

Он отогнул одну банкноту и потер ее между пальцами. Посмотрел через вестибюль на ряд копиров. «По закону некоторые документы не разрешено копировать». Однако эти банкноты не были скопированы. Он были настоящими. Он нащупал гравировку и тиснение. Уловил запах бумаги и чернил. Он должен был убедиться в том, что все честно.

— Все в порядке, — сказал Ричер, откидываясь на спинку кресла.