Собиратель Костей - Джеффри Дивер

— Здесь много кирпичной пыли. И какие-то кусочки камня. По-моему, это мрамор.

Затем он взял образец, чтобы исследовать его уже под микроскопом.

— Да, это мрамор, — подтвердил он. — Розовый.

— В тоннеле скотного двора было что-нибудь из мрамора? Там, где ты обнаружила девушку-немку?

— Нет, — ответила Сакс.

Купер предположил, что мрамор, наверное, имелся в доме, где жила Монелл, и таким образом он попал в тоннель.

— Нет, я знаю квартал, где находится ее дом. Это самое обычное здание, каких много в той части Гринвич-Виллидж. Самый дорогой камень, который там можно встретить, это полированный гранит. Может быть, я подчеркиваю, может быть, этот кусочек из дома, где живет сам подозреваемый. Что-нибудь интересное в этом мраморе еще есть?

— Следы резца, — доложил Купер, склонившись над микроскопом.

— Прекрасно. Четкие следы?

— Нет. Есть зазубрины.

— Значит, это очень старая паровая камнерезка.

— Да, похоже на то.

— Пиши, Том, — проинструктировал Райм, кивая на таблицу. — В его безопасном доме имеется мрамор. И притом очень старый.

— Но почему нам так важен его дом? — удивился Бэнкс, то и дело нетерпеливо поглядывая на часы. — Федералы, наверное, уже по нему расхаживают.

— Никакая информация лишней не бывает, Бэнкс. Помни об этом. Ну, что там у нас еще имеется?

— Еще кусочек от перчатки. Та самая красноватая кожа. А это что? — обратился Мел к Сакс, протягивая ей пластиковый пакет с какой-то деревяшкой.

— Образец лосьона после бритья. Это то самое место, где он прикасался к столбу.

— Может быть, стоит сделать «обонятельный портрет» этого лосьона? — предложил Купер.

— Сначала я хочу его сам понюхать, — нетерпеливо произнес Райм.

Сакс поднесла к нему пакет с небольшим деревянным диском. Она открыла его, и Линкольн втянул в себя воздух.

— Сухой. Такой не пропустишь. Том, запиши еще то, что наш подозреваемый пользуется обычным одеколоном.

— А вот и еще один волосок, — объявил Купер и приготовился исследовать его в сравнительном микроскопе. — Очень похож на тот, который мы нашли в прошлый раз. Не исключено, что у них и источник один и тот же. Черт возьми, Линкольн, так оно и есть. Волос коричневый.

— Он сам выпал или его отрезали?

— Отрезали.

— Хорошо, значит, мы кое-что знаем и о цвете волос подозреваемого, — просветлел Райм.

Том написал слово «каштановые», но Селитто тут же замахал на него руками:

— Нет, не то!

— Что?

— Только не каштановый, — пояснил Райм.

— А я подумал…

— Нет, как раз наоборот, — улыбнулся Линкольн. — Волосы у него могут быть желтоватые, песочного цвета, черные, рыжие…

— Это старый фокус, — вступил в разговор Селитто. — Преступник идет за парикмахерскую, набирает у них в мусоре волосы, какие ему нужны, и всякий раз подбрасывает по одному, а то и несколько на место преступления.

— Понятно, — задумчиво произнес Бэнкс, и было видно, что эта информация теперь навсегда осядет в его памяти.

— Ну, хорошо, теперь волокна, — торопил приятелей Райм. Купер принялся исследовать их в поляризующем микроскопе. Наведя резкость, он тут же сообщил:

— Двойное лучепреломление 053.

— Нейлон! — буркнул Райм. — На что хоть это похоже, Мел?

— Очень жесткие. Переплетены крестообразно. Цвет светло-серый.

— Наверное, ковер.

— Похоже. Сейчас я уточню по нашей базе данных. — Уже через минуту он оторвался от экрана компьютера и громко произнес: — «Хампстед Текстайл». Образец номер 118-Б.

Райм разочарованно выдохнул.

— В чем дело? — удивилась Сакс и непонимающе посмотрела на Линкольна, словно требуя объяснений.

— Это самая распространенная марка ткани, которой обивают салоны автомобилей. Вот уже пятнадцать лет. Поэтому разыскать машину по этим данным будет невозможно… Мел, а что-нибудь еще нам эти волокна говорят? Попробуй посмотреть их в электронный сканирующий микроскоп.

Мел прильнул к окуляру. На экране появилось голубовато-зеленое свечение. Тонкий волосок теперь больше походил на морской канат.

— А вот тут есть кое-что интересное. Кристаллы. Да их тут полно! Сейчас для того, чтобы освежить ткань, используют двуокись титана. Может быть, это как раз тот случай.

— Проверь. Нам это очень важно знать.

— Тут очень мало волокон, Линкольн. Придется задействовать весь образец.

— Значит, задействуй и сожги его со спокойной душой.

Селитто предостерегающе поднял вверх указательный палец:

— Позаимствовать у федералов вещественные доказательства на некоторое время — это одно, а вот уничтожить их?.. Не знаю, как нам поступить, Линкольн. Если дело дойдет до суда…

— У нас нет другого выхода.

— Боже мой! — вздохнул опечаленный Бэнкс.

Наконец, Селитто согласно кивнул, и Мел приступил к исследованию волокон. Машина угрожающе зашипела. Через пару секунд на экране высветилась информация в виде таблицы:

— Ну вот, это молекула полимера. Нейлон. Но тут есть и еще кое-что необычное. Хлор. Это какое-то моющее средство.

— Помните, — встрепенулся Райм, — немка тогда еще говорила, что в машине пахло «чистотой»? Теперь остается выяснить, чем же именно пользуется наш подозреваемый для поддержания идеальной чистоты в салоне своего автомобиля.

Купер нашел нужный файл с огромной базой данных о всевозможных детергентах:

— Такой очиститель изготавливает «Пфайзер Кемикалз». А продается это средство под названием «Тайди-Клин» компанией «Баер Автомотив Продактс» в Тетерборо.

— Великолепно! — обрадовался Райм. — Я знаю эту фирму. Они продают свой товар в основном компаниям, которые сдают машины напрокат. Значит, у нашего подозреваемого не личный автомобиль, а арендованный.

— Неужели у него хватило бы ума заявиться на место преступления на арендованной машине? — изумился Бэнкс.

— Она угнана, — произнес Райм таким тоном, будто Джерри поинтересовался у него, сколько будет дважды два. — И номера, разумеется, на этом автомобиле тоже фальшивые. Кстати, Эмма еще нас не бросила?

— Нет, но она, наверное, уже давным-давно дома.

— Разбудите ее. Пусть начинает обзванивать все фирмы, которые предлагают аренду легковушек. Это «Хертц», «Айвис», «Нэйшнл», «Баджет», ну, и так далее. Пусть ей дадут полную информацию обо всех недавно угнанных машинах.

— Вот и все, — выдохнул Селитто, словно ощущая в воздухе запах сгоревших во время опыта вещественных доказательств, принадлежащих ФБР.