Роковой выбор - Питер Джеймс

Карьер. Арахисовое масло. Бессмыслица, с какой стороны ни посмотри.

Сьюзен очень хотелось хоть как-то успокоиться, поговорить с кем-нибудь. Пять минут пятого. В Лос-Анджелесе сейчас утро, пять минут девятого. Родители уже не спят – они ранние пташки. Может быть, она застанет кого-нибудь из них дома, пока они не ушли на работу. Она просто хотела услышать их, восстановить свою веру в то, что камни, лежащие в основании ее жизни, еще целы.

Когда Джон приехал домой и увидел вышедшую его встречать Сьюзен, он ужаснулся тому, как она осунулась от потрясения. В руках у него был номер «Ивнинг стандард».

– Взгляни, – сказал он, указав пальцем на первую полосу газеты.

– Да что же произошло? – спросила Сьюзен. – Я звонила Каролине, но она ничего толком не сказала.

Он покачал головой:

– Мне надо выпить.

Они прошли в кухню.

– Я сделаю, – сказала она.

– Я сам сделаю. А ты прочти статью.

Сьюзен развернула газету и, положив ее на стол, начала читать, не присаживаясь. Большую часть полосы занимала статья об обнаруженном властями складе взрывчатых веществ, предположительно Ирландской республиканской армии. Также на полосе, под заголовком «Загадка смерти телевизионного гинеколога», была размещена неожиданно большая фотография Харви Эдисона.

Сама статья была очень короткой. В ней говорилось, что сегодня ранним утром Харви Эдисон, ведущий популярных телевизионных программ канала Би-би-си «Чудо рождения» и «Частная консультация», был найден мертвым в принадлежащем ему автомобиле марки «порше» в меловом карьере в Бедфордшире. В машине было обнаружено большое количество кокаина. Полиция ожидает результатов вскрытия. Харви Эдисон был женат, оставил после себя троих малолетних детей. Его вдова испытала большое потрясение и не может предоставить никакой информации об обнаруженных наркотиках.

Сьюзен подняла глаза на Джона, который выдавливал кубики льда из замерзшего пакета в стакан.

– Ты знал, что он употреблял кокаин?

– Нет. А что тут такого? – Он подставил стакан под краник водяного фильтра и плеснул в него воды.

– Смерть, предположительно, наступила от передозировки наркотиков.

– Каролина что-нибудь сказала насчет этого?

– Она сейчас не в себе. Говорила что-то об арахисовом масле – у их сына Адама аллергия на арахис.

– Не вижу связи.

– Я тоже.

Джон сделал глоток виски, сел за стол и придвинул газету к себе.

– Они считают, что он совершил самоубийство?

– Да кто его знает.

– Каролина говорила, что они хорошо провели праздники и что Харви много всего собирался сделать в этом году.

– Для «Диджитрака» это настоящая подстава, – сказал Джон. – Не говоря уже о том, что он мне нравился. С его помощью мы зарабатывали самые большие деньги. – Он отпил еще виски.

– Насчет этих наркотиков… Невозможно же понять, насколько они сильные. Это же кот в мешке, если покупать их нелегально, у дилеров.

– Он врач, – сказал Джон. – Он мог прописать себе все, что хотел. Скорее всего, он не связывался с криминалом – хотя я не знаю, как это работает с кокаином. И почему карьер? Поехал в карьер, чтобы нюхнуть? Зачем?

– Может, у него была любовница и карьер был местом их свиданий.

Джон задумчиво посмотрел на Сьюзен:

– Может быть. Они нюхают на пару, потом у него случается сердечный приступ, она пугается и сбегает? – Он покачал головой. – Неужели ты думаешь, у него не хватило бы мозгов придумать что-нибудь получше, чем карьер посреди зимы? Почему не поехать в отель?

– Он же часто появляется на телевидении. Может, он боялся, что его узнают, – предположила она.

Джон отхлебнул еще виски, покрутил стакан – кубики льда с дробью прошлись по стенкам. И, как вовремя вступивший музыкант, в оконное стекло постучал ветер. Затем, словно в ответ, в животе у Сьюзен шевельнулся Малыш.

Он будто почувствовал, что что-то не так.

«Малыш, ты читаешь мои мысли», – подумала Сьюзен.

И Кунц, слушая этот разговор, был счастлив. Тягостное впечатление от ее электронного письма почти рассеялось. «Умница», – подумал он. Так лучше. Сьюзен, ты меня очень радуешь.

Я бы хотел забыть об этом письме. Будто его и не было. Как было бы хорошо не докладывать о нем мистеру Сароцини. Но я не могу.

А он прикажет мне наказать тебя.

Он посмотрел на фотографию, которую держал в руке. Кейси, сестра Сьюзен. Идеально. Это накажет Сьюзен так, как ничто другое.

Но Сьюзен будет признательна ему за это наказание. Ведь Тринадцатая истина гласит: «Всякая благодарность коренится в наказании».