24 часа - Клэр Сибер

Пока я смотрела на Сида и Джоли, Полли выскользнула из моих рук, прошла через толпу, выбралась на улицу и устремилась к отцу, словно маленькая ракета. Когда он увидел ее, его лицо просветлело. Он взял ее на руки и прижался лицом к ее волосам.

Впоследствии я пришла к выводу, что именно это в конце концов вывело из себя Джоли в тот вечер. Я подошла к Сиду несколько секунд спустя, и Джоли тут же ринулась в атаку:

– Ты получила как раз то, что хотела. – Все ее очарование моментально улетучилось. – Знаешь, я никогда не доверяла людям с такой работой, как у тебя. Ты суешь свой нос в жизнь других людей. Ханж… Ханжес… – Она была слишком пьяна для того, чтобы выговорить слово «ханжеское». – Банальное вмешательство в чужую жизнь, – наконец сказала она. – Почему бы тебе не пойти на хер?

Я не знала, кому она адресовала последнюю фразу: Полли или мне. К нам подошла Мисси. Ее наверняка прислал сюда Рандольф, чтобы она проконтролировала, как здесь развивается ситуация.

– Джоли, – прошипел Сид, – следи за своей речью.

– Какого хера я должна это делать?

– Папа, – Полли посмотрела на Сида широко раскрытыми глазами, – она сказала плохое слово. Два раза!

Мисси протянула Полли руку:

– Полли, милая, пойдем со мной, хорошо?

– Нет. – Я встала между ней и своей дочерью. – Мы уже уходим.

– И правильно делаете! – выпалила Джоли. – Ты драпаешь – ты, глупая сучка.

К нам стали подходить поближе папарацци: их внимание привлекли громкие голоса.

– Не смей так разговаривать с моей мамочкой! – сердито сказала Полли, обращаясь к Джоли, а затем начала плакать.

– Если вы опубликуете хотя бы одну фотографию, я задушу вас всех голыми руками, а потом еще и подам на вас в суд! – крикнул Сид представителям прессы, но вспышки фотоаппаратов от этого не прекратились.

– Прошу вас, ребята. – Мисси повернулась к папарацци и развела руки в стороны в умоляющем жесте. – Это частное мероприятие.

Но никто ее не слушал. Для фоторепортера заснять подобную сцену из жизни знаменитостей – это просто мечта. Сегодня был их день.

Я протянула руки к Полли. Как только Сид передал ее мне, к нему подошла женщина-репортер из телепрограммы «Культура».

– У вас есть возможность дать сейчас интервью, Сид? – промурлыкала она. Кожа у нее была с идеальным загаром – ну прямо как после отдыха на французском курорте Сен-Тропе. – Мы выходим в прямой эфир в пять часов.

Выражение лица Мисси стало таким, как будто у нее сейчас будет инсульт. Я, держа свою дочь на руках, потихоньку двинулась прочь.

– Да-да, уходи, – усмехнулась Джоли. – Как он ушел от тебя. Ушел от тебя, потому что ты уже вся высохла, милая. Он знал, что его ждет кое-что получше.

Я поставила Полли у входа в магазин «Николь Фари».

– Побудь здесь секундочку, малышка, хорошо? Я кое-что забыла. – Полли отчаянно попыталась уцепиться за меня, но я уже не могла себя сдерживать, а потому оторвала от себя ее маленькие ручки. – Одну секундочку, я обещаю.

Я устремилась обратно через проезжую часть туда, где стояла Джоли, пошатываясь на своих длинных и тонких, как у олененка Бэмби, ногах, и, подойдя к ней так близко, что меня могла слышать только она, я сказала:

– Нет, глупая ты корова, в действительности это я ушла от него. Что бы он там тебе ни говорил. Заруби это себе на носу.

Затем, вернувшись к Полли, я снова взяла ее на руки и остановила первое попавшееся такси.

* * *

Уже сидя в такси, я не смогла сдержать слезы из-за нервного напряжения, которое я только что испытала. Я попыталась скрыть эти слезы от Полли, для чего нацепила старые солнцезащитные очки и позволила ей поиграть со своей губной помадой. Затем я снова позвонила Эмили.

«Пожалуйста, Эм. Где ты? На выставке случилась катастрофа. У меня такое ощущение, что я полностью потеряла над всем контроль». Горячие слезы текли по моему лицу вопреки всем попыткам их сдержать, но Полли сейчас была занята подсчетом попадающихся нам навстречу синих автомобилей, потому что я пообещала ей за это вознаграждение.

– Восемь… Девять… Одиннадцать. – С числами Полли не очень-то ладила. – Она очень рассердилась, да? Почему Джоли так рассердилась? Она была совсем некрасивая, когда кричала. – Полли снова повернулась ко мне. – Ее платье такое короткое, мамочка, правда? Я почти видела ее попу.

– О боже, – сказала я, не зная, плакать мне или смеяться. Я нашла на дне своей сумки завалявшуюся там жевательную резинку и дала ее Полли, глаза у которой тут же расширились при виде этого неожиданного угощения.

– Ты только не глотай ее. Я уверена, что Джоли скоро успокоится.

Когда такси остановилось возле нашего дома и я стала доставать из кошелька деньги, чтобы расплатиться, из-за угла на большой скорости подъехал другой автомобиль, и мое сердце сжалось, потому что это был старенький джип Эмили.

Мы с ней встали у калитки и, не говоря ни слова, просто обняли друг друга. Я никак не могла перестать плакать, но я знала, что теперь все будет хорошо, потому что Эмили была рядом со мной.

Но даже Эмили не смогла справиться с тем, что произошло потом.