Прибежище - Крис Юэн

– Да ладно тебе. – Льюис оттянула вниз свою майку, демонстрируя мне кровавые пятна. – Место тут отдаленное и изолированное. Кажется, они полагают, что один из их людей был здесь убит и оставлен гнить в лесу.

– Мы не знаем, было ли так в действительности.

– А помнишь капли крови, которые мы обнаружили в лесу? И погляди на этого парня, Лукаса. Как он хромает. Я так думаю, он теперь по собственному опыту знает, что это такое – получить ранение и остаться тут без чьей-либо помощи.

– Шиммину известно про это место.

– Ага, только он определенно намеревался зарыть это дело поглубже и забыть про него. Не думаю, что у нас есть шансы дождаться прибытия кавалерии из-за холмов[8].

– Кто-нибудь поднимет тревогу, поняв, что я пропал. Мои родители, к примеру.

– Сейчас уже полдень, Роб. В последние два дня ты все время отсутствовал, был со мной. Они не начнут беспокоиться раньше вечера, и это еще в лучшем случае. Может, и тогда не начнут.

Ребекка права. Наша жизнь в данный момент превратилась в сущий кошмар. Если я не вернусь домой, не выгуляю и не покормлю Рокки или не лягу спать в собственной постели, мама и папа вряд ли так уж сразу впадут в панику. Особенно памятуя о том, что я уехал с Ребеккой.

– Кто-нибудь знал, что ты утром поехал в спортивный центр? – спросила она.

– Никто не знал.

– Ты Шиммину не говорил про этот ключ от шкафчика?

– Все было так, как я тебе рассказывал. Я никому не мог доверять. И держал это при себе.

– Превосходно.

Льюис выпрямилась и стала осматривать руки, изучая полученные травмы и повреждения. Пососала запачканные кровью костяшки пальцев.

И тут я услышал скрежет ключа в замке. Ребекка тоже его услышала. Она резко повернула голову в сторону двери, а я зашарил руками возле коленей.

В гараж вошел Андерсон.

Бейсбольную биту он держал перед собой, как шпагу. Обе руки на рукоятке, правая поверх левой, тело напряжено в полуприседе, он насторожен и осмотрителен. Увидев, что мы не собираемся на него нападать, американец расслабился и кивнул Лукасу, остававшемуся в кухне, словно подтверждая, что все в порядке. Лукас выдохнул и опустил пистолет, который держал в руках. Андерсон толкнул и закрыл дверь концом биты, а потом прошел в помещение гаража. К нему уже вернулась эта его самодовольная и развязная манера поведения, равно как и наглая улыбка. У меня сложилось впечатление, что он наслаждается этим ощущением власти над нами. Можно надеяться, что это хороший знак. Может быть, он захочет продлить это удовольствие.

– Все еще здесь? – спросил он и продемонстрировал нам множество своих зубов.

– Так что вам, в сущности, нужно? – спросила Ребекка, отняв кулак ото рта. – Вы сказали, что разыскиваете Лену. Но мы же не знаем, где она, так что держать нас здесь – значит лишь отвлекаться от вашей основной задачи.

Улыбка американца стала еще шире.

– Мы найдем ее, когда придет время.

– Но помимо этого, тут еще что-то происходит, не так ли? Она не главная ваша забота, верно?

– Интересно, – сказал Андерсон, наклоняя голову к своему мощному плечу, – почему это вы решили, что я стану вам что-то рассказывать?

– Потому что вы нахальный и самонадеянный тип, который хочет продемонстрировать нам, какой он умный.

– О да, я нахальный и самонадеянный, – согласно кивнул американец. – Тут вы в точку попали. Но я вовсе не намерен что-то вам рассказывать. И, кстати, Лена – это вовсе не ваша забота. Вам следует заботиться о том, чтобы выбраться из положения, в котором вы оказались.

– И как нам это сделать? – спросил я.

Андерсон улыбнулся, глядя на меня сверху вниз, словно был очень доволен моей реакцией. И описал концом биты круг в воздухе.

– Вы должны сообщить мне код.

– В смысле?

– Код, которым зашифрованы данные на флешке. Ее тебе оставила сестрица. И ты ее нашел сегодня утром.

– Вот оно что, – проговорила Ребекка. – Вы не можете получить доступ к информации на флешке! – Она ткнула в Андерсона пальцем. – Она, должно быть, защищена паролем. Вот что вас так заботит! Вот что заботит Эрика! Видимо, то, что записано на этой флешке, может причинить ему какой-то ущерб.

– Хм-м… – произнес Андерсон. – Это очень занятно. Только мне-то на это наплевать. – Он пристально уставился на меня, целясь при этом битой мне в лицо. – Давай пароль.

– Не знаю, о чем вы толкуете.

– Для Роба, – сказал он. – Девять-Г-один-три-В.

– Если это пароль, то это он и есть, – ответил я.

– Нет, это не он. Это код для чего-то другого. И он для тебя что-то означает.

Я покачал головой:

– Ничего он для меня не означает.

– Ты врешь! Говори, что он означает!

– Я не…

Фразу я так и не закончил. Андерсон стремительно шагнул вперед и ткнул меня концом биты в середину груди. Бита издала глухой и пустой звук, врезав мне по ушибленным ребрам, словно кто-то ударил по пустой бочке. Только это было гораздо больнее. Ребра у меня еще не до конца прошли, так что удар больно отдался в солнечном сплетении. Я застонал и рухнул на бок. Андерсон громко заржал, потом обошел меня сзади и засадил своей битой по поврежденному плечу. Я вскрикнул и откатился назад, но в легких было недостаточно воздуха, поэтому звук получился больше похожим на придушенное булькающее карканье. Боль от двух ударов соединилась где-то в середине торса, она закручивалась и вертелась у меня внутри. И я знал, что при следующем вдохе она меня сразит напрочь. Но это уже не слишком меня волновало.

Вот вам и продление удовольствия. Тут мне эта мысль вдруг резко разонравилась.

Краем глаза я заметил, что Ребекка двинулась в мою сторону. Но Андерсон остановил ее, взмахнув перед ней битой. Детектив отскочила назад, втянув живот, так что бита просвистела впустую.

Андерсон состроил хитрую улыбочку и поднял мне челюсть битой. Плечо пронзило острой болью. Он наклонился прямо к моему лицу и сильно нажал концом биты на горло, перекрыв воздух.

– У тебя есть десять минут. – Американец подмигнул. – После чего ты сообщишь мне код. Я переломаю тебе столько костей, сколько потребуется, пока ты не дашь правильный ответ. Можешь узнать у своей подружки, она расскажет тебе, как я не люблю бить людей. Я ведь и впрямь вовсе не против раздробить тебе и второе плечо, понимаешь?

Американец улыбнулся, словно эта мысль очень ему понравилась. Потом сделал несколько шагов назад, отступая и не сводя при этом с меня глаз. Захлопнул за собой дверь и запер ее, снова оставив нас в гараже одних.