Стриптиз-клуб «Аллигатор» - Крис Хаслэм

– Мартин, ты говорил, что в сумке золота на полмиллиона, но нам с Брэдом ни за что не продать монеты за такую цену. Я рассчитываю выручить за них тысяч триста, но этого не хватит на то, чтобы обустроиться, тем более что возвращение в Штаты исключается. И потом, я еще никогда не жила за границей, но мне кажется, нужно иметь за душой кругленькую сумму…

– Когда я сюда приехал, у меня было всего тридцать пять баксов, – прервал я ее.

– И что в итоге? – вздохнула она. – Ты ранен, бездомный, и тебя только что обули мошенники из трейлерного поселка.

Брэд обозначил свое нетерпение, нажав на клаксон.

Шерри-Ли приподнялась на цыпочки и прошептала мне на ухо:

– Мартин, у тебя все будет хорошо. Поверь мне!

Я отпрянул.

– Поверить тебе? Ну уж нет! – Я вынул из кармана ракушку и протянул ей. Когда-то давно, когда будущее рисовалось мне безоблачным, я обещал сохранить ракушку для нее. – Вот, держи на память обо мне!

Она посмотрела на ракушку, вспомнила кое-что, и на глаза у нее навернулись слезы.

– Я тоже оставила тебе подарок на память, – прошептала она. – А сейчас мне пора. Я тебя никогда не забуду, Мартин!

Она поцеловала меня в одну щеку, потом в другую, чмокнула в губы и ушла.

Хлопнула дверь, взревел мотор, заскрипел гравий, и я остался один-одинешенек. Гримаса судьбы… Казнь на рассвете… Вот такое черно-белое кино!

Шерри-Ли оставила свой радиоприемник. Я включил его. Эммилу Харрис и Грэм Парсонс исполняли композицию «Любовь ранит», будто я и сам не знал. Короче, я сидел и слушал, подперев голову руками, и ждал, когда хлынут слезы.

Но слез я не дождался. Да и откуда им было взяться?! И когда «Любовь ранит» закончилась, я пошел в спальню, лег на ее узкую кровать и стал обдумывать дальнейшую программу действий.

На стеганом покрывале она оставила дешевую виниловую сумку для боулинга. Ее содержимое было завернуто в пластиковый пакет. Я развернул пакет и обомлел – по покрывалу рассыпались пачки банкнот. Мне не нужно было их пересчитывать: я узнал ответ на вопрос, куда делись шестьдесят четыре тысячи долларов, которые Шерри-Ли увезла с фермы папаши Брэда. Совесть не позволила ей тратить деньги.

Теперь деньги принадлежали мне. Учитывая все обстоятельства, я пришел к выводу, что это самый лучший подарок на память о ней. А уж то, что она отдала их мне за спиной у Брэда, вообще поразило меня. Жаль, что, когда мы прощались, я держался с ней крайне сдержанно. Ладно, что было, то прошло! Тем более что жизнь – всего лишь миг, и надо стремиться к тому, чтобы не расширять, а сужать поле своей уязвимости.

Я запихал деньги обратно в сумку, засунул сумку в багажник «эльдорадо», выехал на «Тропу Тамайами» и помчался в сторону международного аэропорта.

Гуд-бай, мисс Шерри-Ли Льюис.