Гость - Ли Чайлд

— Что я отнял у тех двоих типов из ресторана?

Блейк пожал плечами.

— Не знаю. Этим занимается Джеймс Козо из Нью-Йорка. Мне только известно, что ты украл у них деньги.

— У них были пистолеты. «Беретты» М-9, со спиленными серийными номерами. Что это означает?

— То, что оружие было добыто незаконно.

Ричер кивнул.

— В армии. «Беретта» М-9 — это армейский пистолет.

Блейк по-прежнему ничего не понимал.

— И что с того?

— А то, что если кто-то в армии защищает преступную деятельность, это деятельность скорее всего связана с кражей, а раз ставки настолько высоки, что из-за этого убивают свидетелей, то крадется, скорее всего, оружие, ибо именно здесь сосредоточены деньги. А все убитые женщины по долгу службы могли быть свидетелями кражи оружия. Все они находились в цепочке от транспортировки до испытания и хранения.

Последовало молчание. Наконец Блейк покачал головой.

— Ты сошел с ума. Все совпадения слишком случайные. Твое предположение бредовое. Какова вероятность того, что все свидетели преступлений также стали жертвами сексуальных домогательств?

— Это лишь предположение, — сказал Ричер. — Однако, как мне видится, шансы весьма высоки. Единственной женщиной, действительно подвергшейся насилию, была сестра Джулии. Каролина Кук в счет не идет, потому что на самом деле она просто выгодно использовала новые порядки.

— А как же насчет Каллан и Стэнли? — спросил Пултон. — Это, по-твоему, тоже не сексуальные домогательства?

Ричер молча покачал головой. Помощь ему пришла оттуда, откуда он ее совсем не ожидал. Подавшись вперед, Ламарр забарабанила пальцами по столу. У нее в глазах снова вспыхнул огонь жизни.

— Нет, ребята, подумайте обо всем вот с какой стороны, — сказала она. — Подойдите шире. Эти женщины не жертвы сексуальных домогательств и свидетели. Они стали жертвами сексуальных домогательств, потому что были свидетелями. Предположим, вы служите в армии и занимаетесь какой-либо преступной деятельностью, и у вас в части есть женщина, которая не желает молчать о том, что происходит у нее на глазах. Что вам остается делать? Избавиться от нее, вот что. А какой самый быстрый способ добиться этого? Сделать так, чтобы этой женщине стало неуютно, с сексуальной точки зрения.

Наступила тишина. Наконец Блейк снова покачал головой.

— Нет, Джулия. Ричер увидел призраков, только и всего. Все это не более чем случайные совпадения. Вероятность того, что Ричер однажды вечером случайно оказался в переулке за рестораном и наткнулся там на другой конец преступления, из-за которого убивают наших женщин, не более одной миллионной.

— Одной миллиардной, — поправил Пултон.

Ламарр сверкнула глазами.

— Думайте же, во имя всего святого! — воскликнула она. — Разумеется, Ричер не говорит, что стал свидетелем того самого преступления, из-за которого погибли наши женщины. Скорее всего, он наткнулся на что-то совершенно другое. Потому что в армии сотни преступных группировок похищают оружие. Правильно, Ричер?

Тот кивнул.

— Правильно. Просто случай в ресторане натолкнул меня на эту мысль, только и всего.

Снова наступило молчание. Блейк залился краской.

— Сотни преступных группировок, да? И как это нам поможет? Сотни преступных группировок, тысячи людей, вовлеченных в это, и как найти именно того, кто нам нужен? Треклятая иголка в стогу сена. На это потребуется три года. А у нас есть всего три недели.

— А что насчет краски? — спросил Пултон. — Если преступнику нужно было устранить нежелательных свидетелей, он просто выстрелил бы им в голову из пистолета 22-го калибра с глушителем. И не стал бы возиться с краской и ванными. Весь этот ритуал является классическим атрибутом серийного маньяка.

Ричер смерил его взглядом.

— Вот именно. Ваши предположения насчет мотива определяются как раз характером убийств. Задумайтесь. Если бы все женщины были убиты из пистолета 22-го калибра с глушителем, что бы вы подумали?

Пултон ничего не ответил, но у него в глазах мелькнуло сомнение. Подавшись вперед, Блейк положил руки на стол.

— Мы бы назвали это расправой, — сказал он. — Это никак не повлияло бы на наш подход к определению мотива.

— Нет, давайте говорить начистоту, — возразил Ричер. — Смею предположить, в этом случае ваш подход был бы более непредвзятым. Вы бы закинули сеть пошире. Разумеется, вы бы не исключили вариант с сексуальными домогательствами, но вы рассмотрели бы и другие гипотезы. Более приземленные. Уверен, имея дело с выстрелом в голову, вы бы сосредоточились на более простых версиях.

Блейк молчал. Было видно, что он колеблется. Это было равносильно признанию.

— Выстрел в голову — в вашей работе это нормально, так? — продолжал Ричер. — Поэтому вы бы стали искать нормальные мотивы. Такие, как, например, устранение свидетелей преступления. Думаю, столкнувшись с выстрелами в голову, вы бы сейчас разбирались со всеми мошенничествами в армии, присматриваясь к главным действующим лицам. Но убийца обманул вас, обставив свои преступления всем этим бредом. Он скрыл свой истинный мотив. Поставил дымовую завесу. Закамуфлировал его. Толкнул вас в область психологических гаданий. Убийца направил вас по ложному пути, потому что он очень умен.

Блейк по-прежнему молчал.

— Впрочем, вы и не очень-то сопротивлялись, — добавил Ричер.

— Это лишь досужие домыслы, — заявил Блейк.

Ричер кивнул.

— Разумеется. Я же говорил, что у меня пока что есть только наметки. Но именно этим вы здесь и занимаетесь, так? Торчите здесь сутками напролет, протираете штаны, размусоливая досужие домыслы.

Снова наступило молчание.

— Все это вздор, — наконец решительно заявил Блейк.

Ричер снова кивнул.

— Да, возможно. А может быть, и нет. Может быть, какой-то высокопоставленный военный зарабатывал большие деньги на мошенничестве, о котором было известно этим женщинам. И он спрятался за сексуальные домогательства, представив все психологической драмой. Преступник понимал, что вы с готовностью ухватитесь за эту ниточку. Он был уверен, что сможет направить вас по ложному следу. Потому что он очень умен.

Молчание.

— Ваше слово, — предложил Ричер.

Снова молчание.

— Джулия, что скажешь? — наконец произнес Блейк.

Ламарр ответила не сразу. Медленно кивнув, она заговорила:

— Такой сценарий возможен. Более чем возможен. Высока вероятность, что Ричер прав. Настолько высока, что я предлагаю немедленно сосредоточить все наши усилия на проверке его гипотезы.

Тишина вернулась.