Вглядись в его лицо - Лиза Скоттолайн

Услышав шум, она подняла голову.

Двери отделения неотложной помощи со скрежетом разъехались в стороны. В зал ожидания вбежал Билл Брейверман в окровавленной куртке. За ним шли Хэлберт и еще один полицейский. Вошедшие заметили ее, и сердце у Элен забилось чаще.

— Миссис Глисон! — окликнул ее Хэлберт, устало улыбаясь. — Как ваш сын?

— Пока еще неизвестно.

— Здесь хорошие врачи, не волнуйтесь.

Хэлберт сел на стул напротив, а второй полицейский устроился наискосок. Билл Брейверман сел рядом с полицейскими и враждебно посмотрел на нее исподлобья. Губы у него были плотно сжаты. Откуда у него на куртке кровь? А, догадалась Элен, наверное, он нес на руках Кэрол… Элен не могла заставить себя посмотреть в глаза отцу Уилла.

— Мне очень жаль вашу жену, — сказала она.

— Спасибо, — хрипло каркнул Билл, по-прежнему меряя ее враждебным взглядом. — Мне бы хотелось услышать от вас, что произошло.

Хэлберт предостерегающе поднял руку.

— Мистер Брейверман, я ведь вам уже говорил: официальные показания мы снимем позже.

— А я хочу знать сейчас, — не оборачиваясь, ответил Билл. — Она здесь, мой сын в больнице, моя жена мертва. Я имею право знать, что случилось.

— Мистер Брейверман, вам придется подождать. У нас свои правила…

— А мне плевать на ваши правила!

Заметив, что Хэлберт начинает терять терпение, Элен подняла руку.

— Ничего страшного, — сказала она. — Он действительно имеет право знать, что случилось, и сейчас можно обойтись без формальностей.

Хэлберт поджал губы.

— Тем не менее позже мы все равно пригласим вас в участок для дачи показаний.

— Хорошо. — Элен набрала в грудь побольше воздуха и, передвинувшись на краешек стула, посмотрела Биллу в глаза. — Все началось с листовки, которую я получила по почте. Там была фотография похищенного мальчика.

Она наскоро рассказала Биллу и полицейским, как узнала про Эми Мартин и Роба Мура. Время от времени Хэлберт что-то записывал в блокноте. Наконец, Элен перешла к сегодняшним событиям.

— Я боялась, что Мур найдет нас с Уиллом и убьет. Я решила увезти мальчика, но опоздала. Мур все-таки вломился ко мне в дом.

Хэлберт перебил ее:

— Кстати, как он к вам проник? Следов взлома мы не обнаружили.

— По-моему, я не заперла дверь черного хода. Мы оставляем ее для кота и часто забываем запереть на ночь. В конце концов, мы живем в хорошем районе. Нарберт — тихий пригород.

— Точно. — Хэлберт улыбнулся. — За последнее время здесь не произошло ни одного убийства.

— Зато теперь их у вас целых два, — буркнул Билл.

Не обратив внимания на его слова, Хэлберт продолжал:

— Раз уж мы об этом заговорили, заодно спрошу… Мур у вас что-нибудь украл?

— Нет, он пришел не воровать, а убивать. Он собрался убить нас с Уиллом. Он связал нас и облил моего сына бензином.

— Мы нашли канистру, — кивнул Хэлберт, листая блокнот. — А теперь, если вы не против, расскажите о Кэрол Брейверман. Когда она приехала и как отвлекла убийцу.

— Да уж, сделайте милость, — хрипло сказал Билл.

Элен кивнула, хотя ей сделалось не по себе. Очень не хотелось рассказывать, как все было на самом деле, но придется.

— Очевидно, похищение, которое произошло два года назад, они спланировали вместе… Кэрол заплатила Муру.

Билл побагровел и привстал.

— Что-о?!

— Правда, так и было.

— Черта с два!

— Клянусь, я…

— Откуда вы знаете?

— Кэрол сама призналась. Она обвинила Мура в том, что он обещал потом вернуть ей ребенка, но не вернул. Она проиграла кучу денег, наделала долгов. Вот и придумала расплатиться капиталом, положенным в банк на имя сына…

— Не может быть! — отрезал Билл.

Хэлберт смерил его пристальным взглядом, но не произнес ни слова.

— Меня ее слова тоже поразили, — продолжала Элен. — Но Мур все подтвердил. Кэрол сама все придумала.

— Да откуда она вообще могла знать Мура? Она с такими подонками не водилась!

Элен закрыла глаза, припоминая безобразную сцену; ее замутило.

— Мур уверял, что они с Кэрол познакомились в казино. Кажется, оно называется «Миккосуки». Вам это название что-нибудь говорит?

Билл изумленно захлопал глазами.

— Что такое «Миккосуки»? — спросил Хэлберт.

— Казино на территории индейской резервации, недалеко от Майами, — ответил Билл.

Элен вздохнула с облегчением.

— По словам Мура, он работал там парковщиком.

— Значит, он сказал, что она проигралась и наделала долгов? — переспросил Билл.

— Да.

Элен понимала, что Билл заранее настроился не верить ни единому ее слову, но, видимо, что-то сказанное ею задело его за живое. Сама того не понимая, она открыла ему глаза. Элен перевела дух и подробно рассказала обо всем, что случилось с той минуты, как Кэрол ворвалась к ней в дом, и до той, когда Мур взял их на прицел в столовой и узнал Кэрол.

— Он сказал, что Кэрол проиграла собственные деньги и… придумала способ залезть в деньги Уилла… то есть Тимоти… для покрытия долгов.

Билл прищурился.

— Так сказал Мур?

— Да, и Кэрол не отрицала. Иначе откуда я бы обо всем узнала?

Билл ничего не ответил. Молчал и Хэлберт, переводя взгляд с Элен на Брейвермана и обратно.

Элен продолжала:

— По ее словам, выходило, что вам об их замысле ничего не было известно. Кэрол крикнула Муру: мой муж чуть не умер от горя, когда ребенка похитили. А еще она обвинила Мура в том, что он сломал ей жизнь, что из-за него ваши отношения испортились.

Билл нахмурился.

— У нас был прекрасный брак!

Немного поколебавшись, Элен возразила:

— Несколько дней назад я видела вас в аэропорту Майами… Вы улетали в Лас-Вегас… не один.

До Билла не сразу дошло, на что она намекает. Он дико завращал глазами, потом запустил пальцы в свою шевелюру.

— М-да… Не скрою, у нас бывали разногласия. Очень долго не получалось родить ребенка, а когда наконец появился Тимоти, Кэрол вдруг замкнулась, ушла в себя. Она не желала заниматься малышом. Врачи говорили, что у нее… послеродовая депрессия. Да, кажется, так. Она пристрастилась к азартным играм. Сначала играла в покер в онлайн-казино, проигрывала все больше. Я запретил ей играть в покер по Интернету, но она стала ездить в обычные казино. Она много раз обещала, что перестанет играть. Я думал, в конце концов она преодолела свое пристрастие. — Глаза у Билла заблестели, он опустил голову. — Я пригрозил ей: если она не откажется от своей дурной привычки, я подам на развод и отсужу Тимоти.