Пропавший - Микаэль Крефельд

Томас встал:

– Хватит вам! Я сам служил в копенгагенской полиции и не встречал ничего глупее вашего поведения ни у себя дома, ни тут, за границей!

– Сядьте! – велел ассистент криминальной полиции.

Луиза обернулась к Томасу:

– Сделай так, как он говорит.

Томас безнадежно махнул рукой и сел. В следующий миг ассистент скрылся за дверью.

С тяжелым вздохом Томас посмотрел на Луизу:

– Прости, виноват! Не надо было связываться с полицией!

– Ничего другого нам не оставалось, – ответила она.

Проведя полчаса в ожидании, они услышали доносившиеся из коридора голоса. Дверь открылась, и в комнату вошел ассистент полиции в сопровождении какого-то кругленького человечка. С виду ему было лет сорок, на нем была поношенная кожаная куртка, на шее бело-голубой полосатый платок берлинского футбольного клуба «Герта».

– Простите, что заставил вас ждать, – сказал он по-английски с сильным немецким акцентом. – Меня зовут Арнольд Курц, я комиссар криминальной полиции.

Затем он поздоровался с Томасом.

– Матеус перехватил меня в дверях, когда я уже уходил, – сказал он, кивая через плечо на ассистента криминальной полиции. – Сегодня знаменательный день, – сказал Курц, помахав уголком надетого на шею бело-голубого платка клуба «Герта». – Финал кубка.

Присев на край письменного стола, он взял распечатанные ассистентом данные из компьютера. Послюнив палец, комиссар Курц быстро пролистал бумаги:

– Томас Раунхольт. Вижу, мы с вами коллеги.

– Разве что отчасти – я ушел из полиции, – ответил Томас по-английски.

– Но до тех пор вы же были в Einsatztruppe… как это называется – в специальном подразделении. Так что вы, я полагаю, из тех самых крепких парней?

Томас отрицательно покачал головой:

– Я всегда держался тихонько на заднем плане.

Курц захохотал:

– Что-то мне подсказывает, что вы скромничаете. Сам-то я довольствуюсь тем, что отсиживаюсь за письменным столом.

Он посмотрел на Луизу:

– Как я понял, ваш брат бежал из Дании в связи с кражей и вы полагаете, что он направился в Берлин.

– Мы почти наверняка знаем, что он находился здесь до того, как пропал.

– Для вас это, должно быть, тяжелое испытание, – сказал Курц и печально ей улыбнулся.

Луиза кивнула.

– Но, учитывая все обстоятельства, мы можем составить рапорт и направить его приметы в отдел по охране общественного порядка. Среди полицейских, которые работают на улице, у нас много добросовестных и наблюдательных людей. – Он снова улыбнулся Луизе. – Я уверен, что мы найдем вашего брата.

Курц слез со стола, вытащил из кучи бумаг, переданных ему ассистентом, паспорта Томаса и Луизы и отдал их обладателям:

– Еще раз прошу прощения, что заставил вас ждать.

Пожав каждому в отдельности руку, он поправил платок с цветами «Герты».

– Ну пока. Дома мой парнишка уже ждет не дождется. Он такой же заядлый футбольный фанат, как его отец. Матеус сделает все необходимое.

Курц повернулся и пошел к двери.

– Herr Komissar, – позвал его Томас.

Курц обернулся.

– Как ни хороши работники из отдела охраны общественного порядка, я не думаю, что Могенс попадется им на глаза в каком-нибудь из мест, которые любят посещать туристы. Брат Луизы стал жертвой преступления.

Курц задержался на пороге:

– Я так понял, что это он совершил противоправное действие и после этого бежал за границу?

– Это так. Но мы думаем, что у него мог быть сообщник или кто-то, кому он здесь доверял. Во всяком случае, сюда, в Берлин, его нарочно заманивали.

– Вот как! Какую сумму он унес с собой?

– Приблизительно сто пятьдесят тысяч евро наличными.

– Ого! – воскликнул Курц, удивленно приподняв брови. – И у вас есть какие-то предположения, кто этот соучастник?

– Мы знаем только, что мой брат ответил на предложение о знакомстве, подписанное фальшивым именем.

– Именем женщины, которая давным-давно умерла, но с которой человек, скрывающийся под ее именем, был очень хорошо знаком, – добавил Томас.

Ребячливая улыбка сошла с лица Курца, и он снова закрыл дверь.

– Предложение знакомства?

– Да. Но с тех пор этот аккаунт был закрыт, – ответил Томас. – А сегодня ночью кто-то заходил в почтовый ящик Могенса в Интернете, пытаясь выдать себя за него. Приславшее сообщение лицо просило нас не обращаться в полицию.

– Еще что-нибудь?

Луиза рассказала комиссару все, что им удалось выяснить. Достав из сумки собранную ею папку, она отдала ее комиссару, чтобы он сам мог ознакомиться с корреспонденцией, которую вел Могенс с незнакомой женщиной. Курц пролистал бумаги, слушая о разысканиях, которые они вели в Берлине и которые в результате вывели их на Клару Граф.

– И что, эта Клара… Клара Граф знала Ренату Шуман?

– Да. Она присматривала за нею в детстве, до того как Рената бежала с родителями за границу и, по слухам, при этом погибла.

Курц обратился с вопросом к Луизе:

– Присылала эта знакомая Могенсу свои фотографии? Портрет или что-нибудь в этом роде?

– Нет. По крайней мере, мы ничего такого не нашли ни среди его вещей в Дании, ни среди электронных писем, которые он распечатал. Но у Клары Граф есть фотография Ренаты в детстве.

Курц обмотал платок вокруг шеи, уселся за компьютер Матеуса, и его пальцы так и забегали по клавиатуре. Невозможно было уследить за тем, что он делает, а в следующий миг он встал и сказал:

– Попрошу вас пойти со мной.

– Как я понимаю, вы зовете нас не на футбол? – спросил Томас.

– Нет, к сожалению. Я только что смотрел базу данных больницы Шарите.

– Могенс попал в больницу? – так и вырвалось у Луизы.

Курц покачал головой:

– Нет. В Шарите находится судмедэкспертиза. Там у них с января лежит неопознанный мужчина. Я бы хотел, чтобы вы попробовали его опознать. У вас хватит на это духу?

Луиза нервно сглотнула:

– Он похож на Могенса по описанию?

Курц энергично помотал головой и только затем пожал плечами:

– Совсем не обязательно, что это он.