Из глубины - Линкольн Чайлд

Вызов поступил на аварийной частоте — значит, это не учения. Впрочем, Стампер сомневался. Что-то, конечно, случилось: они слышали жуткий взрыв, на миг погас свет. Но подача электричества восстановилась, а со станцией вроде все в порядке. С начальства станется устроить проблемы, просто чтобы проверить, как спасатели ловят мышей. Эти шишки вечно норовят прижучить тех, кто у них в подчинении.

Он распахнул люк на восьмую палубу. Ему открылся пустой коридор; двери по обеим сторонам были закрыты. Ничего удивительного — приближается конец смены; персонал и ученые, работающие на этом этаже, как всегда, разбрелись, либо перекусывая наверху, либо, что вернее, болтая о чем-то на своих совещаниях в конференц-залах седьмого этажа.

Микрофон рации был прицеплен к погону куртки. Нажатием большого пальца Стампер включил его и склонил голову к плечу.

— Стампер — Первому.

В ответ раздалось потрескивание.

— Я Первый, слышу вас, прием.

— Мы на восьмой палубе.

— Вас понял.

Стампер с каким-то мрачным удовольствием выключил радио. Черта с два ему что-нибудь предъявишь — сигнал поступил только четыре минуты назад, а они уже на месте происшествия.

Их целью было помещение климатической установки на другом конце станции. Стампер оглядел свою команду, убедился, что все собрались и готовы действовать, и дал знак двигаться.

Чем больше он об этом думал, тем больше уверялся, что все это пустышка, ложная тревога. Вызов, как он понял, был только один, какой-то отчаянный, неразборчивый, прерванный на середине; сообщалось о пробоине, о затоплении. Все это чушь, полная и несусветная. Ведь всякий знает, что станцию от Северного моря отделяет защитный купол, а пространство между оболочкой и внутренней частью герметизировано и воды там нет. Его губы изогнулись в ухмылке. Ну, если это не учения, значит, просто какую-то трубу прорвало — ведь на этом этаже заправляют ученые с тонкими шейками и всякие начальнички, а они горазды падать в обморок или вопить, как только увидят каплю воды.

Позвякивая инструментами, они двигались по коридору, пока не остановились на Т-образном пересечении. Спасатель поскреб подбородок. Налево путь шел в административный сектор — запутанный лабиринт кабинетиков и узких коридоров. Повернув направо и пройдя через исследовательские помещения, они доберутся до климатической установки быстрее и…

Со стороны лабораторий послышался лязг железа, а за ним — тревожные голоса. Стампер замер, прислушиваясь. Разговаривали тихо, но, кажется, люди приближались.

Стампер приложил ко рту согнутую ладонь.

— Эй!

Голоса замолчали.

— Это спасатели!

Восклицания возобновились, Стампер услышал, что кто-то бежит. Он обернулся к команде, мотнув головой в том направлении, откуда раздавались звуки.

Повернув за угол в исследовательском секторе, Стампер увидел, что к нему спешит небольшая группа ученых, человек пять или шесть. Все с безумными взглядами, одежда в беспорядке. Среди них находилась женщина средних лет, она тихо всхлипывала. Мужчина впереди, высокий и худой, со светлыми курчавыми волосами, был в намокшей одежде.

Примерно в пятидесяти футах по коридору за ними виднелся задраенный люк.

Стампер шагнул навстречу бегущей группе.

— Гордон Стампер, командир спасателей, — сказал он самым строгим голосом, на который был способен. — Что случилось?

— Надо срочно уходить отсюда! Всем! — тяжело дыша, ответил высокий мужчина.

Женщина заплакала громче.

— Так что же все-таки…

— Нет времени на объяснения! — перебил его ученый. Голос его звучал высоко и неровно — человек был на грани истерики. — Мы задраили все люки, какие могли, но давление слишком высокое. В любую секунду они могут не выдержать и слетят…

— Погодите! — воскликнул Стампер. — Возьмите себя в руки, успокойтесь и расскажите, что произошло.

Мужчина повернулся к остальным.

— Бегите на девятую палубу как можно скорее.

Находившимся в панике людям других советов не требовалось. Ничего больше не сказав, они поспешили мимо спасательной команды и исчезли за поворотом, направляясь к лестнице.

Стампер проводил их бесстрастным взглядом. Потом повернулся к блондину.

— Слушаю вас.

Мужчина сглотнул, с видимым усилием заставил себя успокоиться.

— Я находился в коридоре, у лаборатории сейсмо-акустической гидролокации. Мне пора было на заключительное совещание, и я как раз смотрел на свой наладонник, хотел уточнить, в какой зал идти на седьмой палубе. И тут этот… — Его голос сорвался; рукавом рубашки он вытер рот. — Этот жуткий взрыв. Я упал на пол. А когда встал, то увидел… увидел стену воды, которая заливала помещения отсека климатической установки в конце коридора. В воде была кровь и части тел. Много.

Он еще раз болезненно сглотнул.

— Мы с коллегой кинулись к наружному люку отсека и задраили его. Потом побежали по коридору, заглядывая в помещения и собирая всех, кого могли найти. Когда мы уже уходили, люк, который мы закрыли, не выдержал, полилась вода, она начала затапливать исследовательские лаборатории. Отступая, мы задраили внутренние люки в научном секторе. Но давление слишком большое, они могут сорваться в любую минуту и…

Внезапно его голос потонул в жутком громе, раздавшемся из помещений перед ними.

Ученый вздрогнул и испуганно вскрикнул:

— Слышите?! Это прорвало внутренний люк! Надо бежать, скорее!

Он повернулся и бросился к дальней лестнице.

Стампер посмотрел ему вслед. Потом с преувеличенной аккуратностью нажал кнопку на плече, включая микрофон.

— Стампер — Первому. Прием!

— Первый, слышу вас хорошо.

— Докладываю: мы встретили сотрудников станции, покидающих исследовательский сектор. Они ушли по лестнице Б-два. По имеющейся информации, на восьмой палубе крупная пробоина в районе отсека климатической установки.

Последовало молчание.

— Повторите, пожалуйста, еще раз.

— Крупная пробоина. Рекомендую задраить все люки смежных секторов и выслать аварийные партии для ликвидации прорыва и обеспечения живучести восьмой палубы.

Опять молчание.

— Вы сами проверяли?

— Нет.

— Пожалуйста, проведите визуальное наблюдение и доложите. Конец связи.

— Вас понял. Конец связи.

Вот черт! Стампер смотрел в дальний конец коридора, в сторону задраенного люка. Не то чтобы он нервничал — нет, пожалуй, ведь он столько раз уже проходил все на учениях, что даже сейчас работа будет не чем иным, как унылой рутиной. Однако этот страх, который исходил от ученых, неприкрытый ужас в глазах того блондина… Спасатель облизнул губы и повернулся к своей команде.