Кровная месть - Питер Джеймс

Автомобиль на ходу разваливался на части. И вонь внутри стояла просто невероятная. Трасса М1 тоже производила ужасающее впечатление: всюду лужи, полно машин, да еще вдобавок ведутся дорожные работы – красно-белые конусы тянулись, казалось, до самого горизонта. Бесконечная вереница грузовиков выбрасывала из-под колес брызги более густые, чем туман.

«Дворники» издавали какие-то непонятные звуки. Каждые несколько минут крышка бардачка распахивалась и падала Гленну на колени. Под приборной доской висел клубок проводов, и он, боясь их оборвать, все время следил за своими ногами. В убойном отделе умудрились всего за два года превратить машину в развалюху, и теперь, на третьем году существования, она уже была близка к кончине. Здесь было выкурено два миллиона сигарет. А совсем недавно, возможно прошлым вечером, кого-то рвало на заднем сиденье. И Гленн не знал, какой запах хуже: рвоты или дезинфицирующего средства, которым эту вонь попытались устранить.

За рулем сидел Майк Харрис. Они ехали на север, и через несколько минут должна была показаться автозаправка в Уотфорд-Гэп. Полицейские собирались остановиться там, чтобы позавтракать. Было всего восемь часов утра, но Гленн порядком устал и проголодался. Бо́льшую часть ночи он потратил на изучение еще двух книг по патологической анатомии и на размышления. А когда все же уснул, ему приснилась женщина с пластиковым пакетом на голове, умирающая от удушья.

У Майка Харриса было волевое, но доброе лицо. Будучи человеком умным и надежным, он хорошо знал свое дело, понимал людей и давно уже разобрался в том, как устроен этот мир. Он умел справляться с любыми обстоятельствами.

Они сидели друг против друга на неудобных стульях из прессованной древесины за удивительно узким пластмассовым столом. Яичница, бекон, сосиски, бобы, кровяная колбаса, тосты. Оба ели и разговаривали о работе – куда же от нее денешься. Через полчаса они приедут в Лутон и заберут из местной тюрьмы завербованного информатора, который вроде как собирается помочь им в деле о наркоторговле: операция «Скит» продолжается. Но пока Гленн мог с глазу на глаз поговорить с гораздо более опытным сослуживцем, и он не упустил возможности выложить тому все свои сомнения относительно дела Коры Берстридж.

Майк Харрис с набитым ртом поинтересовался:

– А в «Ханнингтонс», где она покупала подарок для внучки, ты не ходил?

– Нет, мне это в голову не пришло, – ответил Гленн.

– Продавщица наверняка запомнила, была она одна или с кем-то.

– Хорошая мысль. Обязательно проверю. – Гленн отпил чай, потом сказал: – Майк, а что бы ты мне посоветовал: может, согласиться с Дигби и бросить дело?

– Нет. Если ты и впрямь уверен, что это не самоубийство, напиши рапорт и отправляйся к начальству.

– К старшему инспектору Гейлору?

– Да, он хороший мужик. Подробно опиши все следственные действия, обоснуй свои подозрения – словом, изложи все, как ты мне рассказывал. Скажи Гейлору, что в крайнем случае согласен заниматься делом Коры Берстридж в выходные, если он даст добро. Он может на это пойти, если только ты не начнешь тратить казенные деньги.

– На криминалистическую экспертизу?

– Именно. – Харрис посмотрел на часы. – Заканчивай есть. Мы опаздываем.

Гленн доедал сосиску.

– Мне без криминалистов труба: надо как минимум проверить отпечатки пальцев и осмотреть взломанный замок, – сказал он упавшим голосом. – Причем нужно, чтобы они сделали это сегодня, – завтра прилетает дочь Коры.

Майк Харрис в ответ промолчал. Но потом, когда они уже закончили завтракать и, возвращаясь в машину, проходили мимо зала игровых автоматов, сказал:

– Слушай, я ведь уже тридцать лет как в полиции, есть у меня кое-какие подвязки. Когда мы вернемся, поговори с Роном Саттоном, он из брайтонских криминалистов. Скажи, мол, это я посоветовал к нему обратиться. И попроси оказать тебе услугу. У него передо мной должок.

Гленн обрадовался:

– Я знаю Рона Саттона. Хороший парень.

Они под дождем добежали через парковку до машины и вскоре уже ехали дальше по скользкой дороге.

– Ты свободен в четверг вечером? – спросил Майк Харрис. – Или у тебя дежурство?