Убийство-2 - Дэвид Хьюсон

— Не знаю, каким человеком нужно быть, чтобы так поступить с вами…

Его рука так и осталась лежать у нее на плече, заботливая и крепкая. Согард был предсказуем, надежен, силен — и радовался возможности продемонстрировать это. Как непохоже это на Йенса, который держал свои чувства и мысли при себе.

— Спокойной ночи, — сказала она и отправилась к себе, в подвал отцовского дома, где села на диван и уставилась на голую стену.

Спустя некоторое время она встала и пошла к мешкам со строительным мусором, приготовленным к отправке на свалку. Раскрыв один из них, она вытащила скомканный полиэтилен. Телефон, который дал ей Йенс, так и лежал в пустой коробке из-под пиццы.

Она набрала его номер и прослушала сообщение сети. Абонент был недоступен.

Должно быть, он в Швеции, решила она. Йенсу нужна была Лисбет Томсен, а если ему что-то нужно, то он идет к цели, несмотря ни на что. Но взрывчатку взял не он, Луиза не испытывала ни малейших сомнений.

В ночном лесу старый коп оказался на высоте. Он выслеживал Лисбет Томсен и Рабена так же, как выслеживал оленя. В зарослях он отыскал обрывок ткани, испачканный в крови.

— Здесь кто-то упал и поранился. Совсем недавно. Они не могли уйти далеко.

— Вон там тропа, — сказал один из местных.

— Куда она ведет? — спросила Лунд.

— На восток, — ответил полицейский, — в сторону гавани. Если они пошли туда, считайте, мы их уже взяли.

— Они тоже это понимают. — Ее раздражала необходимость все время объяснять элементарные вещи. — А если пойти в обратную сторону?

— Тогда попадешь в кемпинг. Но он закрыт на зиму. Никто не приезжает на Скогё, когда холодно. Хотя рыбалка…

— Там тоже есть пристань? — перебил Странге.

— Только мостки.

Лунд посмотрела на Странге.

— Перед домом Томсен я видела навесной мотор. Разобранный. А еще удочки и сеть, — сказала она.

— На Скогё все рыбачат, — вставил швед. — Что тут еще делать? — Он стянул кепку и почесал седую голову. — У Лисбет тоже есть лодка, само собой.

Лунд уже шагала к внедорожнику. Шеф местного участка распорядился связаться с береговой охраной.

— Если они в море… — размышляла Лунд.

— Тогда, — подсказал коп, догоняя ее, — дело — труба.

С моря в лес накатывал полупрозрачный вал тумана. Рабен шел впереди, за ним, прихрамывая, торопилась Томсен. Наконец они вышли к рыбацкой избе на берегу, в пятидесяти метрах от которой в черную неподвижную воду уходили мостки из строганных досок. В конце мостков белела маленькая лодка с зачехленным мотором на корме.

Лисбет остановила его у избы, придержав рукой.

— На острове все знают, что у меня здесь лодка. Они сообщат береговой охране.

Он кивнул на море. С каждой минутой туман сгущался.

— Не волнуйся, — произнес он командирским голосом, как в прежние времена. — Мы успеем оторваться.

— Хороший мотор остался в доме. Я даже не знаю, этот заведется или нет…

Он смотрел в ее бледное строгое лицо и думал: это могло бы быть тренировкой в Канаде или Ютландии, частью бесконечной игры.

— Пока их здесь нет, — сказал он. — Нам пора.

На берегу у мостков что-то лежало, прикрытое брезентом. Она отвернулась от Рабена и сдернула брезент. Под ним была алая байдарка с веслом.

— Ты бери эту лодку и греби на север. Я поплыву в другую сторону. Охрана услышит мотор и последует за мной.

— Мы будем держаться вместе.

— Послушай же меня!

Она говорила слишком громко. Он оглянулся на лес, темневший за спиной.

— Ты сбежал из тюрьмы, я — нет. Полиция отпустит меня, если догонит, а тебя бросят обратно за решетку.

— Пусть сначала поймают, — сказал он, пытаясь затащить ее на мостки.

— Йенс, мы не в Гильменде. Это твой единственный шанс. Я смогу поговорить с ними, а тебя даже не станут слушать.

Рабен кивнул:

— Убедительно. — И он снова подтолкнул ее к лодке. — Мы поплывем вместе.

— Ладно! — И опять слишком громко: — Только нужно топливо. В пристройке у избы стоит канистра, принеси, я пока мотором займусь.

Рабен колебался.

— Чего боишься, Рабен? Да никуда я не денусь, буду в лодке — куда мне бежать?

Он посмотрел, как она прошагала до конца мостков, затем вернулся к избушке. Дверь в пристройку была со стороны леса. Навесной замок валялся на земле, щеколда сорвана.

Рабен напрягся. С опаской и очень медленно потянул на себя дверь, заглянул в образовавшуюся щель, потом вынул фонарик и пробежал лучом по помещению. На полу сарая лежала холщовая сумка с метками датских Вооруженных сил. Из нее бежали провода к невидимому детонатору, который, как он понял, был прикреплен к дощатой двери, которую он только что открывал.

Его пальцы на ручке двери разжались. Ноги как будто сами понесли его обратно к мосткам. Фонарик в руке дрожал, отражаясь в темной воде неровным лучом света.

До него донесся негромкий звук, плеск воды. Рабен уже знал, что это весло.

Он побежал быстрее.

Лодка отплывала в черную пустоту. Томсен была в паре метров от мостков, осторожно загребая веслом, чтобы исчезнуть незаметно для него.

— Лисбет! — заорал он еще на бегу, в нескольких шагах от деревянного настила.

Она оглянулась.

— Бери байдарку, Йенс! — крикнула она. — Поверь, так будет лучше…

— Он здесь! Не…

Она перешла на корму, взяла в руку стартовый шнур. Дернула его раз.

— Не заводи…

Дернула во второй раз. И мир превратился в огненный шар, жаркое дыхание которого пахнуло химикатами и влагой.

Взрывной волной Рабена сбило с ног, и на несколько бесконечных секунд его поглотила тьма. Очнулся он посреди дыма и обрывков тумана, на мокром песке у края воды. Задыхаясь и пытаясь остановить бешеный перепляс мыслей, он встал на колени. Утирая лицо, почувствовал на губах странный вкус. Фонарик в его руке, так и не погашенный, шевельнулся, послал круг света через обломки и щепки, нашел отражение в воде.

Знакомое лицо, усталое, небритое, потерянное. Залитое кровью. Как у убийцы.

Рабен нагнулся ниже, плеснул на лицо водой, снова посмотрел на свое отражение. И отшатнулся.

Она была на расстоянии вытянутой руки. Не она, а ее туловище, то, что от него осталось. Одежда превратилась в лохмотья, обнажившееся тело истерзано, оторвано от нижней части в талии…

Больше он не хотел видеть. Не мог.

Паника — удел слабых. Он не таков.