Во тьме - Максим Шаттам

С начала зимы снег в Нью-Йорке шел всего неделю, а затем город стал тонуть в грязном мутном месиве. Когда Аннабель ехала вдоль Проспект-парка, на лобовое стекло упали первые снежные хлопья, покрывая тротуары холодным фондю. Днем вилла Личфилд сохраняла свою отчужденность, но выглядела более гостеприимной. Аннабель припарковалась рядом с особняком. Ей потребовалось пять минут, чтобы отыскать Стэнли Бриггса, едва приступившего к импровизированной сиесте после долгой, наполненной эмоциями ночи.

— Бриггс, вы можете уделить мне пару минут? — спросила она, дружески улыбнувшись охраннику — это было лучшее оружие из тех, которыми она располагала. Глядя в заспанное лицо охранника, Аннабель продолжила: — Я хочу, чтобы вы указали мне место, где обнаружили эту женщину.

— Это не так просто. Если даже я и покажу вам тропинку, вы можете сбиться и пойти по другой. Давайте, я вас отвезу. Ищете что-то особенное?

Не желая вдаваться в детали, Аннабель кивнула:

— Просто хочу посмотреть.

Бриггс пожал плечами и натянул свою форменную куртку с эмблемой парковой охраны:

— Поедем на моей машине, так будет лучше.

Маленький зеленый пикап въехал в западную часть парка и направился вглубь по дороге, залитой битумом. Аннабель спросила Бриггса, почему вокруг больше нет ни одного автомобиля.

— Эта дорога на несколько месяцев закрыта для посетителей. Парк сейчас на перепланировке, некоторые его уголки восстанавливаются, поэтому автомобилистам приходится объезжать вокруг; я покажу вам деревья, помеченные номерами.

— Да, я слышала про этот проект, не знала только, что он уже запущен. По-моему, речь шла о реконструкции Лодочного домика, если не ошибаюсь.

Как и большинство ее коллег, Аннабель часто сталкивалась со случаями агрессии и приема наркотиков в заброшенных домах возле находящегося на отшибе озера Луллвотер. Она вспомнила свое первое дело в качестве детектива — тогда там нашли труп черного парня. Аннабель все еще не забыла багрово-синее лицо паренька, освещаемое «мигалками» полицейских машин; вокруг плескались любопытные утки, а ветер хлопал дверью Лодочного домика. «Мрачное место», — вздрогнув, подумала она.

Машина проехала по мосту, возвышавшемуся над озерной гладью метров на двенадцать.

— Подъезжаем к холму Бриз, там мы ее и нашли, — произнес Бриггс торжественным тоном, словно вовлекая Аннабель в какую-то игру.

Вклинившись между двумя высокими белыми ореховыми деревьями, он указал ей на тропинку, начинавшуюся несколькими ступеньками.

Город вокруг них исчез; о его присутствии напоминал лишь гул шоссе Ист-Лэйк-драйв, плохо различимый из-за стены деревьев. Свинцовое небо по-прежнему роняло снежные хлопья, сразу же таявшие на земле и оставлявшие пятнышки на поверхности воды.

Они двинулись вниз по склону, огибая могучие стволы, слыша, как потрескивает их кора. На середине спуска Бриггс остановился; они почти нависали над озером, видимым за голыми стволами. По его мрачной поверхности пробегала серая, без каких-либо иных оттенков рябь. Пейзаж был стопроцентно зимним, как будто жизнь в насмешку над любыми проявлениями оптимизма остановилась.

Он показал на заросли камыша у берега:

— Женщина лежала рядом с этими зарослями, видимо, спустилась вниз вон там. Эту старую тропинку зимой закрывают, чтобы сохранить водные растения.

— Вы осматривали территорию вокруг.

Бриггс взглянул на детектива так, будто она заговорила с ним по-русски:

— Ну, вообще-то нет… Мы же не искали доказательства преступления, то есть, я хочу сказать, она же была жива, и ее необходимо было сразу отнести в тепло.

Не отрывая взгляд от камыша, Аннабель покачала головой:

— На самом деле это очень важно.