Эскимо с Хоккайдо - Айзек Адамсон

Чтобы убить время на борту самолета, требуется профессиональный киллер. Писать невозможно: когда я творю, я разбрасываю все вокруг — наброски, заготовки, нунчаки из китового уса. Читать тоже нельзя: стоит открыть книгу, и все вокруг поймут, что ты за человек. Прямо-таки видишь, как из головы соседа вылетает пузырь: «Боже, он читает „Повесть о Гэндзи“,[21]чушь, которую меня заставляли читать в десятом классе. Если самолет рухнет, этого придурка я спасать не стану».

Сара считает, что это у меня раздутый до мировых масштабов комплекс неполноценности, но, право же, я хорошо знаю, о чем думают пассажиры. Если парень рядом со мной листает «Куриный бульон для души менеджера»[22]или «Семь привычек самых богатых людей», то я умышляю отобрать у него спасательный жилет еще до того, как мы войдем в зону турбулентности.

Поскольку я нс мог ни читать, ни писать, я мысленно составлял списки. Перечислил все боевые техники, названные именами животных, все фильмы про Тору-сан,[23]заключительные реплики из анекдотов про сумоистов и двадцать самых идиотских книг, которые люди когда-либо читали в самолете.

На этот раз я даже извлек клочок бумаги и озаглавил перечень: «Умершие рок-звезды». Не задумавшись ни на секунду, я сходу написал двадцать семь имен. Потом прошелся по списку еще раз, отмечая причину смерти. Авиакатастрофа — хм, что-то очень часто, становится не по себе: Ритчи Вэленс, Бадди Холли, Биг Боппер.[24]Далее: Отис Реддинг и «Бар-Кейс»,[25]Ронни Ван Зант, Стиви Рей Вон, Рэнди Роудз. Пэтси Клайн[26]— впрочем, Пэтси пела кантри.

Отложив список, я задумался о Ёси. Что, черт побери, можно написать новенького про еще одну покойную рок-звезду?

«Живи быстро, умирай молодым» — девиз столь же древний и распространенный, как коррупция власти. Американцы небось думают, что японская молодежь все еще одевается под Элвиса и танцует твист (чем, признаться, некоторые и занимаются). Более продвинутые слыхали что-то об айдору[27]и о попсовой жвачке из полуфабрикатов, которая господствует на втором по величине музыкальном рынке мира.

Однако большинство понятия не имеет, что в Японии здравствует настоящий местный рок. Экономика в заднице, а ребятки по-прежнему тратят по сотне баксов в месяц на диски, причем две трети этой суммы — на отечественную музыку. Здесь представлены все музыкальные течения ХХ века, от блюза Дельты до южнокалифорнийского сёрф-панка, от британского «грубиянского» ска до ямайского регги и далее вплоть до конголезского гитарного попа, не говоря уж о местных разновидностях, вроде народных песен минъё, мейн-стримового каёкёку,[28]поп-музыки из Окинавы, Си-буя-кей и рвущего барабанные перепонки техно-рока из Осаки. К широковещательному прискорбию Ёси, «Святую стрелу», как правило, валили в одну кучу с движением «визуального рока», жанра, сочетающего гламур, готику, поп-металл и диковинный неоромантизм, причем все это в театрализованной и сугубо японской упаковке, включая немыслимые «европейские» псевдонимы — Клуа де Мики, Не'велл Вагю, ЛеДравенци, Вокс Д'Мерлоу, — от нелепого звучания этих имен дрогнул бы и убежденный дадаист.

Естественно, в Японии сложился и свой канон музыкальных трупов — пусть никто не сомневается: наш рок еще покруче западного! Как и полагается рок-звездам, японские музыканты не довольствовались смертью под колесами электрички или в суицидальном лесу Аокигахара.[29]Им требовалась сенсация, затмевающая все прочие.