Увековечено костями - Саймон Бекетт

— Думаете, она сама себе раздробила голову?

Я вмешался, пока не вскипели страсти:

— Вообще-то, бывает, череп разрушается при высокой температуре подобным образом. Он представляет собой герметичный сосуд с жидкостью и студнеобразной материей и при нагревании ведет себя как скороварка. Газ расширяется, и происходит взрыв.

Фрейзер побледнел.

— О Боже…

— Вы до сих пор считаете, что это несчастный случай? — нерешительно спросил Броуди.

Я замялся, зная, как огонь способен вводить в заблуждение. Меня самого терзали сомнения. Однако Уоллес потребует факты, а не интуитивные догадки.

— Не исключено, — произнес я. — Понимаю, дело эксцентричное, но не подозрительное. Необходимо сделать детальный осмотр, а на первый взгляд нет однозначных намеков на убийство. Помимо черепа, никаких травм. Руки и ноги не были связаны.

Броуди нахмурился и потер подбородок.

— Разве веревка не сгорела бы?

— Это не имеет значения. От огня мышцы сокращаются, и труп принимает позу эмбриона. Однако если руки и ноги связаны, этого не происходит, пока цела веревка, а потом уже поздно.

Я осветил тело, демонстрируя, как оно скручено.

— Ноги и руки не прямые. Значит, ее не связывали.

Броуди не успокоился:

— Может. Я проработал полицейским тридцать лет. Повидал немало горелых трупов, несчастных случаев и убийств, но ничего подобного. Без катализатора тут не обошлось.

При обычных обстоятельствах он был бы прав. Однако здесь обычностью и не пахло.

— Катализатор, типа бензина, не помог бы, — уверил я. — Он горит недостаточно жарко. Даже если так, для разрушения организма до такой степени понадобилось бы такое количество бензина, что истлел бы весь коттедж.

— Так каким же образом?

У меня была мысль на этот счет, но я пока не хотел ею делиться.

— Это мне и предстоит выяснить. Давайте обезопасим себя. — Я повернулся к Фрейзеру: — Вы можете оцепить дорогу к дверям и труп? Не хочу наследить больше, чем надо.

Сержант кивнул Дункану:

— Поторапливайся. А то проторчим тут всю ночь.

Вдруг через окна проник свет от фар. Выключился мотор.

— Похоже, у нас гости, — произнес Броуди.

Фрейзер уже сердито махал Дункану:

— Не пускай никого.

Но было поздно. В дверях появилась фигура. Молодая женщина, с которой я разговаривал на пароме. Красное пальто не по размеру просто кричало на фоне убогих стен.

— Выпроводи ее отсюда! — зарычал Фрейзер.

Она опустила фонарь, загораживая глаза от луча света, направленного ей в лицо.

— Так вы обращаетесь с прессой?

С прессой? Данный факт меня обескуражил. Ведь она представилась писательницей. Дункан замер в растерянности. Молодая женщина уже вглядывалась в глубь темной комнаты. Броуди попытался закрыть дверь, но ржавые петли заклинило. Они пронзительно скрипели, не поддаваясь.

Мэгги улыбнулась:

— Вы, должно быть, Эндрю Броуди. Мне рассказывала о вас бабушка. Я Мэгги Кэссиди, из «Льюис газетт».

Броуди не удивился ее внезапному появлению.

— Что вы хотите, Мэгги?

— Выяснить, что происходит. Не каждый день на Руну прибывает полиция, — улыбнулась она. — По счастливой случайности я ехала навестить бабушку. Вовремя, правда?

Теперь понятно, почему она так живо испарилась с парома: побежала за машиной. Дорога тут одна, и с «рейнджровером», припаркованным у коттеджа, нас не так сложно найти.

Она повернулась ко мне:

— Еще раз здравствуйте, доктор Хантер. Вы ведь не к больному сюда приехали?

— Не ваше дело, — бледнея, сказал Фрейзер. — Убирайтесь отсюда, пока я не вытолкал вас взашей.

— Это будет превышение должностных полномочий, сержант Фрейзер. Вы же не хотите, чтоб я подала на вас в суд? — Мэгги порылась в сумочке и достала диктофон. — Я прошу всего один комментарий. Не каждый день на Руне находят труп. Здесь ведь именно труп, так?

Фрейзер сжал кулаки:

— Дункан, выведи ее отсюда.

Журналистка тыкала в нас диктофоном:

— Есть предположения, кто это, или подозрения на убийство?

Дункан взял ее за руку.

— Идемте, мэм, — извиняясь, произнес он.

Мэгги отрешенно пожала плечами:

— Ладно. Не обижайтесь на меня за попытку.

Она развернулась уходить, но с плеча соскользнула сумочка. Дункан машинально нагнулся поднять, и тут Мэгги нырнула в сторону и вгляделась в темноту. Глаза округлились от шока.

— Боже мой!

— Вон! — Фрейзер пролетел мимо Дункана, схватил ее за руку и дернул, увлекая прочь.

— Ой! Больно! — Она подняла диктофон. — Я записываю. Меня силой выталкивает сержант Нил Фрейзер…

Фрейзер пропустил ее слова мимо ушей.

— Увижу, что вы здесь ошиваетесь, арестую. Понятно?

— Это несанкционированное применение силы!

Фрейзер уже вывел Мэгги из коттеджа и повернулся к Дункану:

— Посади ее в машину и проследи, чтоб уехала. Справишься?

— Извините, я…

— Выполняй!

Дункан поспешил наружу.

— Здорово! — Фрейзер кипел от ярости. — Этого нам только не хватало, назойливая писака!

— Она, кажется, вас знает, — отметил Броуди.

Фрейзер сердито уставился на него:

— Сейчас я запишу ваши показания, мистер Броуди. И больше вы нам не понадобитесь.

Броуди стиснул зубы, тем не менее никак не высказал досады.

— Где вы собираетесь разместиться на время следствия?

Фрейзер скептически прищурился:

— Что?

— Вы же не можете уехать, оставив место преступления без присмотра. Пока. Если есть желающие, могу предоставить жилой прицеп. Скромное убежище, но временно годится. — Он поднял брови. — Если, конечно, вы не планируете ночевать в машине.

Судя по выражению лица сержанта, он не продумал этот вопрос.

— Я пошлю с вами Дункана, чтоб подкатить фургон, — угрюмо сказал он.

В глазах Броуди читалась усмешка.

— Приятно было познакомиться, доктор Хантер. Удачи.

Все ушли, и я остался стоять в маленькой комнате, пытаясь избавиться от ощущения беспокойства, возникшего наедине с трупом.

Не глупи. Стал обдумывать план действий, и мурашки пошли по коже. Я резко повернулся: показалось, вернулся Дункан или Фрейзер.