Тугая струна - Вэл Макдермид

Они последовали за ним, набились в маленькую комнату и, не дожидаясь приглашения, пристроились кто где. Саймон уселся на подоконник, Леон изящно облокотился о шкаф с картотекой, Кэй опустилась в кресло в углу. Тони развернулся в кресле к ним лицом, стараясь отогнать возникшее уже чувство покорности судьбе.

— Теперь я понимаю, почему люди признаются в преступлениях, которых не совершали, — как бы в шутку заметил он. — Несмотря на свою молодость и неуверенность, собравшись вместе, выглядели они довольно внушительно.

— Вы не пожелали принять меня всерьез, и я привел подкрепление, — ответил Саймон. Тони подумал, что при такой бледности Саймон вряд ли способен рассуждать здраво. Он впервые разглядел россыпь веснушек у него на переносице.

— Маккормик с Уортоном вбили себе в голову, что это сделали мы, — выпалил Леон. — Я проторчал у них целый день, а они делали умильные рожи и всячески меня обхаживали: «Ну же, Леон, ты можешь рассказать нам, что на самом деле думаешь про Тони Хилла и Саймона Макнила». Оба конченые идиоты, можете мне поверить. «Макнилу нравилась Боумен, но у нее был роман с Хиллом, поэтому он из ревности ее убил, что ты думаешь по этому поводу?» Или так: «Хилл хотел залезть к Боумен в постель, а она предпочла встречаться с Макнилом, и тогда в припадке ревности Хилл убил ее». Навалили больше дерьма, чем на скотном дворе, ей-богу, не продохнуть. — Он вытащил сигареты, секунду помолчал. — Можно я закурю?

Тони кивнул в сторону стоявшего на полке кривобокого «декабриста»:

— Возьмите блюдце.

Кэй подалась вперед в своем кресле, оперев локти о колени.

— Похоже, они не способны видеть дальше своего носа. И пока пытаются найти улики против вас, естественно, нигде и ничего больше не ищут. А то, что раскапывала Шэз, их интересует меньше всего. С их точки зрения, ее теория о серийном убийце, охотящемся за девочками, из ряда глупостей, которые мы, женщины, выдумываем, потому что у нас нелады с гормонами. И вот мы подумали, что если они не собираются делать то, что нужно, то мы должны заняться этим сами.

— Можно мне вставить словечко? — осведомился Тони.

— Будьте как дома, — откликнулся Леон, делая приглашающий жест.

— Я ценю ваши чувства. Они делают вам честь. Но тут не класс, и это не домашнее задание. И не «Пятеро против спятившего маньяка». Эта игра куда опаснее, и опасна она во всех отношениях. В последний раз, участвуя в поимке серийного убийцы, я едва не поплатился жизнью. Хотя, при всем моем уважении к вашим талантам, знал я тогда на порядок больше, чем вы трое вместе взятые. Я не готов возложить на себя ответственность, привлекая вас к работе вне стен аудитории. — Он взъерошил себе волосы.

— Мы понимаем, Тони, что все это не игрушки, — возразила Кэй, — и мы знаем, что вы — лучший из лучших. Поэтому и пришли к вам. Но мы можем то, чего не можете вы. У нас есть полицейские удостоверения. У вас такого удостоверения нет. Посторонние копы верят только копам. Вам они не поверят.

— Поэтому, если вы откажетесь нам помогать, мы попытаемся без вас сделать все, что в наших силах, — закончил Саймон, упрямо выдвинув вперед подбородок.

Пронзительный телефонный звонок прозвучал как избавление. Пальцы Тони обхватили трубку.

— Алло? — осторожно произнес он, не спуская с них глаз, как будто рядом вот-вот должна была разорваться бомба.

— Это я, — сказала Кэрол. — Звоню узнать, как у тебя дела.

— Лучше расскажу все при встрече.

— Ты не можешь сейчас говорить?

— Да, я кое-чем занят. Мы можем попозже встретиться?

— У меня? В половине седьмого?

— Давай лучше в семь. Прежде чем я освобожусь, мне еще предстоит много чего доделать.

— Буду ждать. Гладкой тебе дороги.

— Спасибо. — Он тихонько опустил трубку на место и на мгновение зажмурился. До ее звонка он не представлял себе, насколько ему одиноко. То, что на свете существовали такие полицейские, как Кэрол, да еще упрямая вера, что в один прекрасный день их будет большинство, — вот, пожалуй, два обстоятельства, которые делали его работу сносной. Он опять открыл глаза и вновь увидел лица трех юных членов его команды, не спускавших с него жадных взглядов. Смутная идея замаячила где-то в глубине сознания.

— А где еще двое? — он тянул время. — Эти сообразили, что к чему?

Леон выпустил струю дыма:

— Обделались. Боятся раскачивать лодку, чтобы карьера не накрылась.

— Какого черта в карьере, если убили такого человека, как Шэз, а никто даже не чешется ловить убийцу? С такими-то и работать рядом не захочешь! — презрительно бросил Саймон.

— Мне очень жаль, — Тони был непоколебим. — Мой ответ по-прежнему нет.

— Хорошо, — сказала Кэй. Ее улыбка могла бы растопить глыбу льда. — В таком случае, мы переходим к плану «Б». Сидячая забастовка. Мы висим у вас на хвосте, пока вы не примете командование. Куда вы, туда и мы. Двадцать четыре часа в сутки. Нас трое, вы один.

— Неплохо для начала. — Леон прикурил очередную сигарету, хотя окурок прежней еще не погас.

Тони вздохнул:

— Отлично. Меня вы не хотите слушать. Может быть, прислушаетесь к тому, кто по-настоящему понимает, что к чему.

Часы на приборном щитке показывали самое начало восьмого, из радиоприемника зазвучали позывные «The Archers», а это значило, что часы на три минуты опаздывают. Машина Тони тряслась на неровной дороге вверх по склону, с трудом преодолевая свой возраст. На последнем повороте он удовлетворенно отметил, что в доме Кэрол горит свет.

Когда он захлопнул дверцу машины, она уже стояла на пороге. Он не помнил, чтоб вот так радовался при виде кого-то, вступая в чьи-то владения. Она чуть подняла брови — единственный знак, по которому можно было судить, что появление троих его спутников стало для нее полной неожиданностью.

— Чайник на плите, пиво в холодильнике, — приветствовала она их, легонько сжав плечо Тони. — Это что, твоя охрана?

— Не совсем. Сейчас, например, меня держат в заложниках, — сухо ответил он, проходя вслед за ней в дом.

Его команда не стала дожидаться приглашения. Они буквально следовали за ним по пятам.

— Ты помнишь Кэй, Леона и Саймона? Они собираются висеть на моей шее, как мельничные жернова, пока я не соглашусь работать вместе с ними, разыскивая того, кто убил Шэз.

В гостиной он указал большим пальцем на диван и кресла. Троица уселась.

— Я надеялся, что ты поможешь мне отговорить их от этой затеи.

Кэрол покачала головой, притворяясь непонимающей:

— Они что, взаправду хотят работать с тобой над настоящим делом? Господи, в последнее время людские языки, должно быть, намололи горы чепухи.

— Но сначала кофе, — прервал ее Тони. Подняв руку, он легко опустил ее на плечо Кэрол, подталкивая девушку по направлению к кухне. Пошли.