Мастер карнавала - Крейг Расселл

— Я на А57 около Дормагена, двигаюсь на север. — Марии было явно не по себе. Как выяснилось, она ехала по тому же самому маршруту, что и в день, когда играла в кошки-мышки с Максимом Кушниром.

— Хорошо… — Бусленко размышлял вслух. — Ты доберешься минут через пятнадцать. Езжай по Привициальштрассе в сторону Дельховена до развилки, потом сверни налево, и увидишь проселочную дорогу. На ее обочине я и остановился. Моя машина — черная «ауди». Увидимся через пятнадцать минут.

— Договорились, — сказала Мария, чувствуя, что во рту пересохло.

— Ольга, — снова раздался голос Бусленко, — я собираюсь сходить посмотреть, с кем встречается Витренко.

— Подожди, Тарас. Лучше дождаться Марию. Думаю, что тебе надо связаться с местной полицией. Тогда мы его точно достанем.

— Мы сделаем по-моему. Все будет в порядке. Но я выключу рацию, пока буду отсутствовать. Не исключено, что Витренко расставил охрану.

— Будь осторожен, Тарас, — предупредила Мария и надавила на педаль газа. Наконец-то настал час икс, и с Витренко будет навсегда покончено.

Ольга, подсказывая Марии, куда ехать, помогла ей добраться до места, указанного Бусленко. Дороги стали уже, а дома встречались все реже. Тянулись поля, густые перелески из голых деревьев. Чернильная синева сумерек постепенно переросла в сплошную ночную мглу. Дождь прекратился.

— Я добралась до перекрестка на Привициальштрассе, — сообщила Мария. — Что дальше?

— Поверни направо и езжай прямо еще примерно с километр. Там ты должна увидеть проселочную дорогу, упомянутую Тарасом, где он спрятал машину.

Мария сначала проскочила проселочную дорогу, не заметив ее за густыми зарослями папоротников, и была вынуждена дать задний ход, чтобы вернуться. Метров через двадцать она нашла черную «ауди» Бусленко. Она вышла и тут же почувствовала, как на морозном воздухе ее начала бить дрожь, уже знакомая по прежним временам. В этой дороге и ночной мгле было нечто сродни дежа-вю.

— Я нашла машину, — сказала она в переговорное устройство, стараясь не шуметь, и заглянула в забрызганное каплями окно. — Но Бусленко здесь нет.

— Оставайся на месте и не шуми, — ответила Ольга. — Он просто еще не вернулся и наверняка скоро появится.

Мария посмотрела на часы. Речь шла о пятнадцати минутах. Она добралась за двенадцать. Мария увидела, что на пассажирском сиденье что-то лежит.

— Ольга… Он оставил переговорное устройство в машине.

Послышались разряды статики, и потом голос Ольги:

— Он предупредил, что будет сохранять радиомолчание.

— Разве было бы не лучше взять его с собой и выключить, а не оставлять здесь?

— Мария, не нервничай и просто дождись его.

Мария сунула свое переговорное устройство в карман и направилась обратно к дороге. Идти было трудно из-за разъезжавшейся под ногами грязи. Выбравшись на дорогу и стараясь держаться поближе к папоротнику, она осторожно осмотрелась, нет ли приближавшихся машин. Все было тихо, только на ветру негромко поскрипывали голые сучья деревьев. Она двинулась дальше и вскоре увидела открытое поле с каким-то строением, похожим на амбар. Возле него были припаркованы две машины. Мария снова почувствовала приступ тошноты, и сердце бешено забилось. Все здесь удивительно напоминало поле и сарай возле Куксхавена, где состоялась ее встреча с Витренко. Она смотрела на небо в тучах и голое зимнее поле, будто стараясь себя убедить, что она не вернулись в прошлое на машине времени. Никаких звезд на небе, никакой травы. Мария низко пригнулась и бегом направилась обратно к своей машине. Подбежав к ней, она залезла внутрь и, заперев дверцу, вцепилась руками в руль. Мария посмотрела на ключи, все еще висевшие на брелоке с логотипом автомагазина. Еще было не поздно повернуть ключ зажигания, дать задний ход и выехать на шоссе, ведущее в Гамбург. Она могла бросить все и начать сначала.

Наконец, решившись, Мария открыла бардачок, достала свой табельный «ЗИГ-зауэр» и незаконно приобретенный «глок» и сунула их в карманы. Потом она снова потянулась к бардачку, вытащила бинокль и направилась по дороге к амбару.

Место было абсолютно голым, без всякого укрытия. Пробраться незамеченной не представлялось возможным. Конечно, Бусленко знал, что делает. Как и Витренко со своими пособниками. Но Марию никто этому не учил, и никаких навыков, которые могли здесь пригодиться, у нее не было. Она быстро и тихо добралась до края поля, где на ветру одиноко раскачивалось дерево, окруженное жидким кустарником. С помощью бинокля она внимательно осмотрела поле, амбар и припаркованные машины. Никакого движения. Ни охранников, никаких признаков жизни. И никаких следов Бусленко. Мария села на мокрую землю, прислонившись спиной к дереву. Кругом стояла полная тишина, если не считать завываний ветра. Казалось, Мария осталась совершенно одна в этой черной и пугающей вселенной. Она достала пистолеты, проверила обоймы и передернула затворы, досылая патроны в стволы, и сняла их с предохранителей. Потом она убрала «ЗИГ-зауэр» обратно в карман. При прерывистом от напряжения дыхании изо рта вырывались клубы пара, образуя на морозном воздухе причудливые фигуры призраков.

Мария сделала глубокий вдох и, пригнувшись как можно ниже, рванула через поле к амбару, выставив перед собой пистолет.

Она пробежала примерно половину, когда неожиданно темноту прорезала полоса света.