Огненная проповедь - Франческа Хейг

На лестнице послышались шаги и голос Пайпера, который перекинулся парой фраз с часовым, прежде чем открыть дверь.

– Они уехали, – сообщил он. – Первая партия. Самые маленькие дети и самые беспомощные. И с ними горстка взрослых, чтобы помогать на материке.

– А что сейчас?

– Ждём.

Никогда прежде я не вслушивалась в ветер с таким настороженным вниманием, как следующей ночью. Тянулись часы ожидания, и с каждым порывом ветра я представляла, как плыли наши лодки, такие хрупкие для столь опасного путешествия. Где-то среди волн корабли Совета несли сюда смерть. Я боялась уснуть, но боялась и не спать на тот случай, если сон покажет что-нибудь полезное. В конце концов, видения пришли ко мне сами, когда я, лежа в объятьях Кипа, тихо погружалась в сон. Могучий флот решительно пересек линию горизонта. Корабли были большие, гораздо больше тех, что мне доводилось видеть прежде, и в разы мощнее, чем флот Острова. На палубах я видела лодки поменьше. Привязанные, они лежали днищем кверху, словно яйца в гнезде. Но больше всего меня ужасала не мощь наступающей армады, а то, что находилось на первом корабле. Я крикнула часовому, чтобы позвал Пайпера. Хотя до рассвета было еще далеко, он пришел уже через минуту.

– Корабли Совета слишком большие, чтобы пройти через рифы. Но у них на борту есть маленькие лодки.

– Десант, – кивнул Пайпер. – Это их замедлит, по крайней мере, на несколько миль. А откуда они знают путь через рифы?

– Сначала я думала, что, может, они раздобыли карту. Подкупили кого-нибудь или пытками выбили сведения. Но на самом деле никто им не понадобился. – Я закрыла глаза, вспоминая, как чувствовала ее все это время. – Она – там. Исповедница. На одном из кораблей. Она их ведет.

– Она может найти дорогу без карты, как ты? – спросил Кип.

Я кивнула, хотя наше сомнительное путешествие на той лодчонке вряд ли сравнится с решительным наступлением флота Совета. Я не просто знала, что она приведет корабли к Острову, я знала, что она придет сюда сама. Одна лишь мысль, что ее нога ступит на эту землю, казалась мне ненавистной. Пайпер сказал мне как-то, что наше появление изменило Остров. Но она, несомненно, уничтожит его. Я чувствовала, как дрожит мой голос.

– Когда вернутся наши корабли?

– Не раньше полудня, – ответил он. – И то самые быстрые из них и при условии, что всё пойдет хорошо. Мы ведь должны не просто добраться до материка, быстро высадить и помчаться обратно. Надо будет найти безопасное место, не на виду, и там высадить эвакуированных. А мы говорим о сотнях маленьких детей и о самых изувеченных людях.

– А два корабля до сих пор ищут где-то на Западе Далекие Земли? Ты говорил, что они самые быстрые.

– Неужто ты думаешь, что если бы я мог приказать им вернуться назад, то уже не сделал бы этого?

Он опустил глаза. На мгновение я представила его таким, каким он выглядит, когда сидит один в своей крохотной рабочей комнатке, где его никто не видит. Усталым и изнуренным. Он потер лоб ладонью и тихо сказал:

– Они ушли месяц назад. Мы даже не знаем, что с ними.

Я закрыла глаза, пытаясь найти среди морских просторов следы тех кораблей, что ушли на запад, или лодок, что должны вернуться с материка. Ничего. Только чувство неумолимого приближения флота Совета. Это ужасало и само по себе, но присутствие Исповедницы ухудшало положение неизмеримо. Если она прибудет раньше, чем вернется наш флот, Остров станет ловушкой. У детей и несчастных калек, что ждали отплытия, не останется ни единого шанса. Хватит ли у Совета резервуаров на всех?

Полуденный ветер снова принес мне видения, но отдаленные и прерывистые. Это были корабли, но чьи? Я пыталась их разглядеть, но казалось, словно, щурясь, смотрю на солнце. Кроме силуэтов и яркого света не могла ничего разобрать. Спустя час или два видения стали четче. Удалось рассмотреть спутанную рыболовную сеть на дне лодки, сине-желтые полосы на ее корпусе, парус, покрытый пятнами так, что он выглядел, как лоскутное одеяло.