Афинские убийства - Хосе Карлос Сомоса

бывает у матери, набирающейся терпения, чтобы объяснить Маленькому сыну что-то очень простое.

– Наши жертвы всегда добровольны, Гераклес. Мы даем крестьянам возможность выпить кион, и в их воле принять его или отказаться. Но большинство соглашаются. – И чуть улыбнувшись, она прибавила: – Никто не может быть счастливым, руководствуясь лишь своими помыслами…

Гераклес возразил:

– Не забывай, Этис, что я должен был стать недобровольной жертвой…

– Ты раскрыл нас, и мы не могли этого допустить. Наше братство должно оставаться тайным. Не так же ли поступили и вы с моим супругом, когда решили, что стабильность вашей чудесной демократии подвергалась опасности от таких, как он?… Но мы хотим дать тебе последнюю возможность, Присоединись к нам, Гераклес… – И она вдруг прибавила, словно умоляя его: – Будь счастлив хоть раз в жизни!

Разгадыватель глубоко вздохнул. Он решил, что уже все сказано и теперь они ждут от него какого-то ответа. Так что он заговорил твердым, спокойным голосом:

– Я не хочу, чтобы меня разорвали на части. Для меня это не способ обрести счастье. Но я скажу тебе, Этис, что я сделаю, и вы можете рассказать об этом своему главарю, кем бы он ни был. Я отведу вас к архонту. Всех вас. Я совершу правосудие. Вы незаконная секта. Вы убили нескольких афинских граждан и многих аттических крестьян, которые никак не связаны с вашими абсурдными верованиями… Вас осудят и будут пытать, пока вы не умрете. Вот как я обрету счастье.

Он снова по очереди обвел глазами окружавшие его каменные взгляды. Остановившись на темных глазах Этис, он прибавил:

– В конце концов, как ты сказала, мы сами отвечаем за свои поступки, так ведь?

Помолчав, она произнесла:

– Думаешь, смерть или пытки нас пугают? Ты ничего не понял, Гераклес. Мы открыли счастье, недоступное разуму… Что нам до твоих угроз? Если это необходимо, мы умрем с улыбкой на губах… и ты никогда не поймешь ее причины.

Гераклес стоял спиной ко входу в трапезную. Внезапно оттуда на всю комнату разнесся новый, густой и мощный голос с оттенком издевки, будто не принимавший всерьез самого себя:

– Нас раскрыли! В руки архонта попал папирус, где говорится о нас и упоминается твое имя, Этис. Наш добрый друг принял меры предосторожности перед тем, как отправиться к тебе…

Гераклес обернулся и увидел морду уродливого пса. Пес сидел на руках огромного мужчины.

– Ты только что спрашивал о нашем главаре, не так ли, Гераклес? – сказала Этис.

И в эту минуту Гераклес почувствовал сильный удар по голове.[129]