Интриганка-2. Продолжение романа Сидни Шелдона - Тилли Бэгшоу

Видя, как она расстроена, Робби сменил тему:

– Последнее время ты часто бываешь в Кейптауне. Не встречалась с парнем по имени Гейбриел Макгрегор?

Вот теперь он сумел привлечь ее внимание!

– Я о нем слышала, но никогда не видела. Владелец компании «Феникс». Наши конкуренты.

– И сильные?

– К несчастью, очень, – призналась Лекси. – Расчетливый делец.

– Но…

Лекси немного помолчала:

– Не знаю. Я ведь сказала, что мы никогда не встречались. Но что-то в нем есть несимпатичное. Знаешь, он утверждает, будто приходится нам родственником. Потомком Джейми Макгрегора…

– А разве это не так?

– Откуда мне знать? Полагаю, вполне возможно. А ты откуда его знаешь?

Робби подошел к письменному столу и вынул из ящика исписанный от руки листок бумаги.

– Они с женой активно участвуют в организации, цель которой – помощь больным ВИЧ. В письме он спрашивает, не хочу ли я присоединиться к нему. На следующей неделе я вылетаю на встречу с ним.

Лекси прочла письмо. Дважды. Оно казалось вполне искренним. Но ее мучили дурные предчувствия. Да и кто такой этот Гейб Макгрегор? Очень многие претендуют на родство с ее семьей. Правда, этот человек слишком богат, чтобы быть обыкновенным охотником за деньгами. И все равно…

– На следующей неделе я тоже лечу туда по делам, – неожиданно для себя сказала она. – Можно и мне пойти на встречу с ним?

Робби просиял. Он много лет пытался заинтересовать Лекси благотворительной деятельностью.

– Вот здорово! Я могу заказать тебе билет на тот же рейс. Все, как в прежние времена. Помнишь, как мы летали с папой в Африку, когда были детьми? Эти унылые поездки по делам «Крюгер-Брент». Господи, отец без устали молол языком: «У Джейми Макгрегора здесь были алмазные копи. В эту школу ходила Кейт Блэкуэлл». И бла-бла-бла, и бла-бла-бла… – Робби рассмеялся.

– Конечно, помню.

Словно это было вчера.

Тогда Лекси была так счастлива!

– Джейми! Немедленно вытащи паровозик Томас из тарелки сестры, иначе будешь стоять в углу!

Гейб Макгрегор окинул четырехлетнего сына строгим, как он надеялся, взглядом.

– Прости, па, – серьезно ответил Джейми. – Я не могу это сделать. Паровозик потерпел аварию и потерял буфера. Теперь он ждет ремонтников.

– Мои «Чириоз»! Мои «Чириоз»! О-о-о-о-о! – пронзительно завопила Колетт, двухлетняя сестра Джейми. – Не хочу монтников! Мои «Чириоз»!

– Перестань реветь, Колетт! – рассердился Джейми. – У моего танка голова разболится!

– Джейми! – заорал Гейб.

Тара Макгрегор, бесшумно подойдя к столу, вытащила противный паровозик из миски с хлопьями, вытерла бумажным полотенцем и вручила протестующему сыну.

– Еще одно слово, Джейми, и паровозик окажется в мусорном ведре. Доедай тост и пей свое шоколадное молоко.

К изумлению Гейба, Джейми мгновенно забыл о своем паровозике и принялся набивать рот тостом с арахисовым маслом. Еще секунда – и щеки у него раздулись, как у хомяка.

– Доел.

– Уверена, что он не задохнется? – встревожился Гейб. – Выглядит, как змея, пытающаяся проглотить кролика.

Тара даже не подняла головы.

– Не волнуйся, все в порядке.

Утро Тары, как всегда, несколько напоминало цирковой аттракцион: приготовление завтрака, кормление и одевание детей, предотвращение третьей мировой войны, помощь Гейбу в розыске носков – лэптопа – мобильника – рассудка.

Гейб наблюдал, как жена одной рукой жарит бекон для сандвичей, а другой проверяет эсэмэски на своем смартфоне. В этой женщине с блестящими рыжими волосами, тонкой талией и длинными, как у газели, ногами была старомодная сексуальность, которую материнство только усилило. Сзади она была вылитой Сид Чарисс, звездой мюзиклов тридцатых. Ее лицо казалось невинным и открытым, как у дочери ирландского фермера сороковых годов. Светлая кожа. Веснушки. Большие груди. Улыбка. Такая широкая, что буквально сшибла Гейба с ног при первой же встрече и даже сейчас, шесть лет спустя, будила желание потащить жену наверх и заняться любовью.

К девяти часам Тара уже будет в клинике, где ее помощи ждут умирающие дети.

Она ангел. Одна на миллион. Как могла эта умная, добрая и красивая женщина влюбиться в такого парня, как он?

Тара Дайнин возненавидела Гейба Макгрегора с первого взгляда.

– Этот тип?! Павлин!

Тара и ее подруга Анджела сидели в модном баре на Уотерфронт, старой портовой части города. Анджела посчитала Гейба крутым. Тара придерживалась иного мнения.

– А что в нем плохого? – удивлялась Анджела. – Тело, как у атлета, а лицо кинозвезды. Вполне подходящий парень.

– И прекрасно это знает, – процедила Тара. – Взгляни на него: машет наличными перед этим зубочистками.

Гейб, как обычно, был окружен стайкой моделей, которых поил шампанским.

– Нет, спасибо. Иди сама.

Анджела направилась прямиком к Гейбу. Они немного поболтали, но Гейб не переставал бросать взгляды в сторону рыжей девицы, так и излучавшей презрение.

– А твоя подруга не хочет к нам присоединиться?

– Нет! – сердито буркнула Анджела. Почему мужчины вечно западают на Тару? – Если хочешь знать, она назвала тебя павлином.

– Да неужели?

Гейб отставил стакан и, промаршировав к Таре, гневно осведомился:

– Вы всегда судите о человеке, прежде чем успеете с ним поговорить?

При ближайшем рассмотрении Гейб заметил, что девушка вовсе не отличается классической красотой. Курносый нос. Довольно широко расставленные глаза. Высокая и сильная. Вернее, крепкая. И все же было в ней нечто необычное. Выделявшее ее из толпы гламурных красоток, с которыми Гейб обычно встречался.

– Не всегда. Но в вашем случае… ну…

– Ну?

– Это очевидно.

– Что именно?

– Да вы, – рассмеялась Тара. – Сверхдорогое шампанское. Часы «Ролекс». Ваш маленький гарем. Какую машину водите… нет, не говорите.

Она закрыла глаза, делая вид, что сосредоточилась.

– «Феррари», верно? Нет, «астон-мартин»… Бьюсь об заклад, вы воображаете себя этаким клоном Джеймса Бонда!

– Собственно говоря, у меня совершенно обыкновенный «рейнджровер», – пояснил Гейб, мысленно напомнив себе завтра же утром выставить на продажу свой «астон-мартин-ванквиш». – Если дадите номер своего телефона, я повезу вас на обед.

– Нет, спасибо.

– Почему? Я славный малый.

– Вы не в моем вкусе.