Убийственное совершенство - Питер Джеймс

В понедельник утром Апостол оделся теплее. На улице было холодно. Ночью температура опустилась до минус пятнадцати, и днем должно было потеплеть всего на два градуса. Он надел плотные джинсы, утепленные ботинки, терморубашку, толстый свитер, куртку на флисовой подкладке, шапку с помпоном, шерстяные перчатки, закинул на спину рюкзак и вышел из квартиры.

Застывшая снеговая каша хрустела под ногами. Он добрался до станции Грейхаунд, в десяти кварталах от дома, и купил билет до Нью-Йорка в один конец. Одним из правил Апостолов было никогда не брать обратный билет. Если попадешь в руки Врага, пусть он узнает о тебе как можно меньше.

В четыре часа он вылез из автобуса на Таймс-сквер. Уже начинало темнеть. Он купил карту города и пешком направился в сторону Бродвея. Он шел размеренно и небыстро, стараясь вдыхать как можно реже, как будто пробирался сквозь канализационную трубу. Меньше чем через десять минут он уже входил в интернет-кафе, адрес которого нашел накануне в Сети.

Подключившись к Интернету, он завел новый почтовый ящик на Хотмейл. Имя и данные о себе Таймон Корт выдумал. Он решил соединить Ветхий и Новый Заветы. Тимофей Иоиль — так звучал его новый псевдоним.

Адрес получателя был лишь первым звеном в длинной цепи. Письмо будет много раз перенаправлено по другим адресам, пока следы окончательно не потеряются в виртуальном пространстве. Только тогда оно достигнет своего настоящего адресата.

Он набрал текст.

Даже если я улечу на крыльях зари, даже если волны унесут меня на другой конец света, и там рука твоя будет направлять меня. И там она поддержит меня.

Он отправил имейл, заплатил за свое время, вышел из кафе и быстро смешался с толпой. Через каждые несколько минут он оглядывался. Раньше он никогда так не нервничал — его успокаивала мысль, что Господь идет рука об руку с ним. Возможно, осознание того, что это задание — последнее, играло с ним такие шутки.

Только это — и Лара будет его.

Только это.

Как давно он не видел ее, как давно не прижимал к своей груди. Иногда он с трудом представлял себе ее лицо, даже с Божьей помощью, и приходилось доставать из бумажника помятую фотографию. Тогда он вспоминал ее. И каждый раз чувствовал острую, почти невыносимую боль в сердце.

Но сейчас нужно сосредоточиться не на Ларе, а на месте, в котором он находится.

Звуки вокруг пугали его. Шорох шин по асфальту, резкие гудки автомобилей, грохочущая музыка, льющаяся из колонок музыкального магазина, музыка, вырывающаяся из микроавтобуса с затемненными стеклами, голоса, клацанье каблуков по тротуару, стук человеческих сердец, шорох одежды.

Он закрыл уши руками и взобрался в автобус. Взревел мотор. С заднего сиденья доносилось бесконечное «тынц-тынц-тынц» — кто-то в наушниках слушал музыку. Он обернулся и встретился с застывшим, мертвым взглядом огромного черного мужчины, на лбу у которого был вытатуирован египетский крест анк. Сатанинский знак. Мужчина разговаривал сам с собой. Таймон Корт быстро отвернулся, закрыл глаза и постарался отключиться от всего, кроме мерного движения автобуса. Про себя он повторял молитву.

В Центральном парке он почувствовал себя лучше. Он свернул с дорожки и углубился в заросли деревьев, удаляясь от запахов и звуков сточной канавы, от мужчины с сатанинским знаком на лбу. И они называют это городом! Да как они смеют! Есть только один город — Град Господень.

Но вы приступили к горе Сиону и ко граду Бога живаго, к небесному Иерусалиму и тьмам Ангелов, к торжествующему собору и церкви первенцев, написанных на небесах, и к Судии всех Богу, и к духам праведников, достигших совершенства, и к Ходатаю нового завета Иисусу, и к Крови кропления, говорящей лучше, нежели Авелева (Евр., 12:22–24).