210 по Менделееву - Александр Смоленский

Тем временем мисс Рэдсон извлекла из кармана пальто небольшую связку ключей и отперла сначала калитку, а затем и парадную дверь дома.

– У вас даже свои ключи? – поинтересовался Игорь, машинально отметив, что на связке болтается оригинальный черный брелок в форме совы с двумя зелёными глазками. И добавил: – Вот как вам доверяют.

– У Люсиновых я всегда пользовалась полным доверием, – подтвердила прислуга. – Они нередко оставляли мне ключи, когда надолго отлучались из дома. Ведь так или иначе, кому-то надо было присматривать за хозяйством. А сейчас ключи мне тоже необходимо иметь при себе – чтобы не напрягать мальчика.

Женщина распахнула дверь перед социальным чиновником.

– Проходите в дом, сэр.

Затем домработница провела Свиридова через просторную гостиную и узкий коридор прямо на кухню, где сразу же принялась выгружать продукты.

Проходя по первому этажу, гость успел мимолётом заметить, что убранство дома не то что убого, а скорее, кондово старомодно. В гостиной стояли два потертых плюшевых кресла и такой же диван. Старомодный телевизор был водружен на массивный чёрный комод, на окнах висели когда-то тёмно-зелёные, но уже выцветшие шторы. Для Свиридова стало очевидным, что Вадим Люсинов купил особнячок, построенный в типично английском стиле, что называется, на корню, то есть со всем содержимым, и ничего не стал менять в его убранстве.

«Эх, Вадим, Вадим, неужели ради этой сомнительной роскоши стоило бросать успешную карьеру, записываться в предатели и отщепенцы?!» – с нескрываемой грустью подумал Интеграл.

– Мисс Рэдсон, я бы хотел поскорее познакомиться с Антоном, – сказал Свиридов, нетерпеливо поглядывая за тем, как прислуга суетится между холодильником и плитой.

– Мистер Скиннер, позвольте сначала приготовить ребенку завтрак. Да и вас накормлю заодно, за столом и познакомитесь. Антон любит по утрам яичницу и тосты с вишневым джемом или мёдом. Вы не станете возражать против такого меню?

– Нет, нет, благодарю вас, я уже завтракал. Но вот от крепкого кофе не откажусь.

– Кстати, я тоже, – улыбнулась в ответ дама, которая на какие-то минуты превратилась в хозяйку. – Вы знаете, сэр, с тех пор, как бедную жену господина Люсинова поместили в лечебницу, Антон будто язык проглотил. Сидит в своей комнате дни напролет у компьютера и молчит. Со мной разговаривает редко, да и то чаще жестами. Мне кажется, мальчик очень напуган. Его ведь тоже допрашивали! Просто ума не приложу, что с ним делать?

– Не мудрено, что парнишка не в себе после пережитого. Вполне возможно, он впал в аутизм, – высказал предположение Игорь.

– Я не поняла, что вы сказали?

– Аутизм, мисс Рэдсон, это такое психическое заболевание, когда человек замыкается в себе и совершенно отключается от внешнего мира. Своеобразная защита от агрессивной окружающей среды. В наше время такое явление всё чаще наблюдается у детей из неблагополучных семей.

– Откуда вы обо всём знаете? – поднося гостю чашку с ароматным кофе, спросила старая служанка.

– Профессия обязывает. Работники службы социальной опеки обязаны знать такие вещи, – улыбнувшись, объяснил Свиридов.

– Вы, как я погляжу, действительно профессионал! – восхищенно воскликнула женщина. – Знаете, о чём я сейчас подумала? Если Лиза надолго останется в лечебнице, то деваться некуда. Придётся определять Антона в приют для детей-инвалидов. Я ведь долго не выдержу. Годы, знаете ли, не те уже. Совершенно не могу спать не у себя дома, то есть оставаться здесь на ночь. А вы представляете, как страшно, наверное, мальчику ночевать одному в пустом особняке?

– Представляю. Так что насчёт приюта вы абсолютно правы!

Свиридов себя ненавидел в эти минуты. Так сочинять милейшей старушке! Да кто он после этого? Правильнее сейчас было бы не флэшку искать как одержимый, а ребенку хоть как-то помочь. Надо срочно что-то ей сказать, успокоить, подумал Игорь. И продолжил:

– Непременно займусь проблемой устройства мальчика. Кстати, нам, социальным работникам, порой приходится оставаться на ночь у своих новых подопечных. Это, с одной стороны, помогает глубже изучить атмосферу в доме, побеседовать с ребенком, понаблюдать за ним, а с другой стороны, составить для опекунского совета подробный отчёт.

– Так долго? – удивилась прислуга.

– Что «долго»? – не понял Свиридов.

– Простите меня, сэр, но как вы не понимаете? Мальчику помощи ждать неоткуда. А решение вашего совета, как я понимаю, – дело не завтрашнего дня. То, что вы можете остаться здесь хотя бы на пару дней, просто замечательно. И лишний раз характеризует вас с положительной стороны. Я приготовлю вам гостевую спальню на втором этаже.

– Ну и отлично! Премного благодарен. Кстати, где находится комната Антона?

– Естественно, здесь же, на первом этаже, вторая дверь слева по коридору. Он, между прочим, отказался выходить к завтраку, – объяснила пожилая женщина.

– Ну что ж, мне отступать некуда. Если гора не идет к Магомеду, тогда… – Свиридов встал. – Словом, я зайду к нему сам.

Комната подростка оказалась крохотной, с одним окном, выходящим на задний дворик. У правой стены стояли кровать и платяной шкаф, а прямо у подоконника – письменный стол с компьютером. Там же находился музыкальный центр. Над ним, в отличие от гостиной, новомодный телевизор. По всей видимости, родители ни в чём не отказывали сыну. Жалели парнишку.

Антон сидел спиной к двери, уставившись в экран монитора. Пальцы мальчика шустро бегали по клавишам. Он не мог не слышать, как кто-то вошёл, тем более что Свиридов намеренно с шумом закрыл за собой дверь, но никак не отреагировал, усиленно продолжая делать вид, что увлечен компьютерной игрой.

Гость громко кашлянул, и лишь тогда Антон ловко развернул кресло, очутившись лицом к лицу с неизвестным мужчиной.

Игоря удивило, что паренёк вовсе не выглядел напуганным или робким, скорее, наоборот. Его карие глаза излучали сейчас откровенную неприязнь к постороннему человеку, а плотно сжатые губы придавали Антону вид ожесточенный, даже злой. В пристальном взгляде подростка легко читался немой вопрос: «Зачем пришли, если вас не звали?»

Тем не менее Интеграл не стушевался и уж тем более не ретировался.

– Здравствуй, Антон! Извини, что отрываю тебя от занятий. И ради бога, не напрягайся так! Я давний приятель твоего отца… – как можно мягче обратился к подростку Игорь по-русски.

В ответ парнишка лишь замотал головой, что, очевидно, означало: «Ничего не хочу слышать, я вам не верю».

– Вот, взгляни на фотографию, и ты поймешь, что я не обманываю тебя. – Интеграл достал из кармана пиджака снимок и протянул Антону.

На фото в обнимку стояли в воде по пояс и улыбались два сокурсника – Вадим Люсинов и Игорь Свиридов. Снимок был сделан на пляже.

Антон недоверчиво взял снимок в руки и довольно долго рассматривал его.