Одержимость - Питер Джеймс

Узкая дорога за стадионом «Челси» привела в район современной застройки. Алекс наклонилась к пассажирскому окну, чтобы прочесть номера домов. Она надеялась, что он не будет возражать против ее визита во время ланча.

Номер 38 представлял собой небольшой дом на две семьи с аккуратным садом. Паркуя перед домом свой «мерседес», Алекс чувствовала легкое смущение. Прошла по короткой дорожке, нажала кнопку звонка. «Пожалуйста, будь дома, – думала она, – пожалуйста, будь дома».

Священник сам открыл дверь. На нем были чистые, аккуратно выглаженные джинсы и старый пуловер, в руке он держал элемент конструктора лего. Он показался ей моложе, чем она помнила.

– Здравствуйте, – нерешительно произнесла она, не зная, как к нему обратиться. Преподобный? Мистер?

– Джон Оллсоп, – любезно подсказал он, чувствуя ее затруднение. Он и сам смотрел на нее, стараясь вспомнить. Его правый глаз чуть дернулся. – Миссис Хайтауэр, верно?

Она кивнула.

– Очень рад вас видеть. Как поживаете?

Такой любезный прием стал для нее неожиданностью, и она даже на мгновение растерялась.

– Спасибо, хорошо. – Она кивнула и тут же спросила себя, почему сказала так.

– Хорошо. – Он переминался с ноги на ногу и смотрел на игрушку в руке; она даже подумала, не швырнет ли он ее в воздух, как жонглер. – Хорошо.

– Я хотела спросить, не уделите ли вы мне немного времени?

– Конечно. Входите.

Она последовала за ним в узкий коридор. Пол в гостиной был усыпан кирпичиками лего, а в середине стояло сооружение, похожее на недостроенный кран.

На его лице появилась виноватая улыбка.

– Ужасная это штука. Слишком сложная для меня. Подарил сыну на день рождения. Никогда не пробовали?

Она отрицательно покачала головой.

– Выглядит неплохо.

– Это мой сын потрудился.

Они прошли в крохотный кабинет в задней части дома. Хозяин показал Алекс на кресло. Она села, огляделась. Мебели в комнате было немного, и, в отличие от кабинета Филипа, здесь царил безукоризненный порядок. У стены стоял самодельный книжный шкаф с религиозной литературой; книги имели такой вид, будто ими пользуются каждый день. На полке над электрокамином обнаружилось несколько окаменелостей и фрагментов керамики.

– Вы увлекаетесь археологией?

– Да. – Его лицо оживилось. – Все это из раскопок, в которых я участвовал.

– Как интересно. – Она постаралась придать своему голосу хотя бы искру энтузиазма.

– Как ваши дела? Я был у вас дней десять назад, да?

Она кивнула и ответила:

– К сожалению, не очень хорошо.

– У вас трудное время. Сын был вашим единственным ребенком, верно?

– Да.

– И насколько я понимаю, у вас разлад с мужем?

– Да.

– Иногда, – мягким голосом сказал он, – смерть ребенка может сблизить супругов.

Она отрицательно покачала головой и печально улыбнулась:

– У нас хорошие отношения, но я боюсь, мы больше никогда не сойдемся.

Вдруг она вспомнила, что Оллсоп в прошлый раз упомянул о недавней смерти жены, и покраснела: ей не хотелось его смущать.

– Как вы справляетесь с воспитанием сына?

– Нормально, – ответил он с грустью. – Люди считают, что священники легче переносят утраты, но мы испытываем все человеческие чувства.

– Но у вас есть вера.

– Она временами подвергается суровым испытаниям, – снова улыбнулся он. – В особенности когда сын съедает ваши проповеди.

Она усмехнулась.

– Как продвигается ваша книга?

– Вы об этом помните! К сожалению, медленно.