Код Бытия - Джон Кейз

– Приятно познакомиться, – произнес чех.

– Франц здесь… Кто ты, Франц? Министр внутренних дел?

– Пока нет, – ухмыльнулся Яначек.

Он вытащил из кармана визитную карточку и швырнул в лужицу пива. Ласситер с удивлением прочитал, что его новый друг – шеф уголовного отдела службы пражской полиции.

– Разве это не великая страна? – широко улыбаясь, воскликнул Риордан. – Мне здесь очень нравится. Давайте закажем еще по кругу.

Детектив замахал официанту столь энергично, словно всходил на корабль, отчаливающий от пирса, на котором рыдало безутешное семейство.

Бар заполняли люди средних лет в темных костюмах. Они стояли небольшими группами, обсуждая что-то на полудюжине языков. Казалось, все присутствующие курят, и в зале стоял запах дешевого табака и дорогих напитков.

– Полный сбор! – кивнул в сторону коллег Риордан. – ФБР, Секретная служба, КГБ и даже эти вонючки из канадской конной полиции. Представляешь? Конная полиция, Скотленд-Ярд! Жандармы… Никогда раньше не видел жандармов.

– Свиной рай, – заметил Яначек, закуривая сигарету.

– Франц у нас – хиппи, – расхохотался Риордан.

Подали пиво, и Ласситер отпил немного прямо из бутылки. Напиток оказался великолепным, но попал в рану на губе, и Ласситер поморщился. Яначек усмехнулся:

– Что с вами случилось?

– Упал, – пробурчал Ласситер.

– И серьезно ушибся? – с ухмылкой поинтересовался Риордан.

– Какой-то парень вломился в мой номер.

– И что потом?

– Он сопротивлялся аресту.

– Ему удалось убежать? – спросил Яначек.

– Увы.

– Плохо, – глубокомысленно заметил Риордан. – Но что это мы все о тебе да о тебе? Ты, наверное, до смерти хочешь узнать, какого дьявола я тебя вызвал?

– Ты просто здорово набрался, – смеясь, предположил Ласситер.

– Если подходить к этому вопросу сугубо технически, то я заступил за точку кипения. Ну и что? Главное, что Франц и я выступаем по одной теме.

– По какой же? – поинтересовался Ласситер.

– Висяки.

– И что это за зверь?

– Нераскрытые преступления, – пояснил Яначек.

– Мы не можем раскрыть их, потому что нет улик, – добавил Риордан.

– Или хуже того – мотивы отсутствуют, – вставил Яначек.

– Это очень серьезная проблема, – сказал Риордан. – Что делать с висяком? Надеяться, что в один прекрасный день он сам собой разрешится?

– Понятия не имею, – ответил Ласситер. – Как поступаешь ты?

– Над этим-то и работает наша секция, – пожимая плечами, ответил Риордан. – Приходится обращаться к истокам, допрашивать одних и тех же людей и надеяться на признание. Или использовать новые технологии вроде ДНК-анализа. Но как правило, висяк остается висяком, и это страшно угнетает.

Ласситер потряс головой, как бы желая прочистить мозги, а Яначек ощерился в волчьей улыбке.

– Итак, – произнес Ласситер, – вы говорили о деле моей сестры и…

– Вообще-то о деле твоей сестры мы не говорили, – перебил Риордан. – Это дело раскрыто. Нам остается только найти убийцу. – Он опустил голову и тихонько буркнул: – По новой.

– В таком случае почему я здесь? – спросил Ласситер.

Риордан начал его раздражать.

– Я уже подошел к самой сути… Ну да ладно. Во время дискуссии кто-то задал вопрос о серийных убийствах.

– Очень интересный вопрос, – вмешался Яначек. – В подобных случаях мы часто имеем труп, но не имеем очевидных мотивов.

– Верно. Серийный убийца убивает потому, что убивает, – пояснил Риордан. – Вот и все.

– Действует как бы из научных соображений. Чистый эксперимент, – добавил Яначек. – Думаю, большая часть висяков – серийные убийства.

– Одним словом, парень из аудитории – тот, что спросил, – потребовал привести пример. И Яначек… Давай, Франц, рассказывай.

Наклонившись вперед, чех начал:

– Случай, который я привел в качестве примера, произошел четыре месяца назад. В августе. Семья, живущая в прекрасном районе Праги. Преступление квалифицировалось как поджог и убийство. Два трупа.

– Теперь послушай, – вмешался Риордан, – жертвами оказались маленький мальчик двух – двух с половиной лет и его мать. Ночь, они спят, дом поджигают, и тот сгорает дотла.

– Преступник использовал особые горючие вещества, так что ничего не осталось, – сказал Яначек. – Немного костей и зубы. Мы заподозрили мужа, но…

– Ни другой женщины, ни другого мужчины, ни страховки, – добавил Риордан.

– Ни долгов, – закончил Яначек.

– Счастливое семейство, – сказал Риордан.

– А где же был муж? – полюбопытствовал Ласситер.

– На игре «Спарты» в соседнем городе, – ответил Яначек, двигая ладонью так, будто стирал со стола невидимое пятно.

Риордан тяжело откинулся на спинку стула.

– Звучит знакомо, не так ли?

– Да, – ответил Ласситер. – И когда, вы говорите, это произошло?

– Первого сентября.

Ласситер попытался припомнить даты в паспорте Гримальди.

– Я проверял, – заметил Риордан. – Он въехал в Чехию накануне.

Некоторое время все трое молча пили пиво, наконец Ласситер поднял голову и сказал:

– Это может быть простым совпадением.

– Бесспорно, – согласно кивнул Риордан.

– Вдруг это тот редкий случай, когда…

– И вы в это верите? – поинтересовался Яначек.

– Нет, – ответил Ласситер.

Яначек удовлетворенно кивнул. После непродолжительного молчания Ласситер спросил:

– Нельзя ли устроить так, чтобы я поговорил с мужем?

– С Иржи Рейнером? Но он не говорит по-английски, – усмехнулся Яначек.

– С вашей помощью, естественно.

Яначек немного подумал:

– С какой целью?

– Ну для начала… Я хотел бы узнать, была ли какая-то связь между его женой и Кэти или между детьми. Одним словом, попробовал бы найти точки соприкосновения.

– Где?

– Пока не знаю.

– Все это проблематично, – пожал плечами Яначек. – Иржи еще… не обрел душевного равновесия. Доктора пичкают его лекарствами – седативами. Медики опасаются попытки самоубийства. И не без основания. – Светлые глаза чеха уставились на Ласситера. – Многие на его месте не захотели бы жить. Он потерял все: жену, ребенка, дом. – Яначек развел руками.

– Что же, – ответил Ласситер, – я просто подумал…