Обвинение в убийстве - Грегг Гервиц

Дебуфьер захлопнул верхнюю дверцу, заглушив пронзительные крики, и открыл дверь холодильника. Тело женщины, втиснутое в нижнее отделение, дрожащее и обнаженное, тоже было испещрено мелкими ранками. Она судорожно сжала пальцы ног.

Дебуфьер нагнулся и дотронулся до ее шеи острым концом карандаша. Он навалился на карандаш всей массой своего огромного тела. Раздался душераздирающий крик.

Роберт встал в полный рост. У него дрожали руки. Он вытащил пистолет и направил его на замок, но прежде чем Тим успел отреагировать, Митчелл схватил его за запястье и сказал хриплым шепотом:

– Нет. Пулей его не откроешь.

Пот крупными каплями стекал с висков Роберта:

– Мы не уйдем отсюда.

– Нет, – кивнул Тим. – Не уйдем.

Он повернулся и щелкнул пальцами, его голос перешел в громкий шепот:

– Десятисекундный инструктаж, парни. Сосредоточьтесь. Я звоню 911. Мы взрываем дверь. Нейтрализуем Дебуфьера, но стараемся оставить его в живых. Обеспечиваем безопасность жертвы. Потом думаем о собственном положении.

Митчелл покопался в сумке со взрывчаткой и вытащил нож. Вслед за ним как по волшебству появилось взрывное устройство. Митчелл зажал его зубами, вытащил пластину взрывчатки и покатал ее между ладоней. Он работал быстро и профессионально.

Перед тем как включить сотовый, Тим вышел в кухню, чтобы волну не поймал Митчелл. Натянув футболку на трубку, он произнес скрипучим голосом:

– Срочно нужна «скорая» по адресу Лейнард-стрит, 14132. В подвале. Повторяю: в подвале. Пожалуйста, срочно вышлите «скорую». – Он захлопнул телефон, выключил его и вернулся обратно.

Крик достиг невероятной высоты, стал тоненьким и дрожащим.

– Господи, о Господи, пожалуйста, прекратите!

Роберт переминался с ноги на ногу, словно приплясывая на горячих углях. Его лицо раскраснелось от ярости и возбуждения:

– Давай, давай, давай, давай…

Пока Тим тянул по коридору провода, Митчелл собрал взрывное устройство и прилепил его к двери. Преследуемые криками женщины, Роберт и Митчелл вслед за Тимом пошли по коридору. Митчелл сжимал в кулаке пульт. Тим передал ему концы проводов.

Роберт тяжело дышал, его ноздри трепетали:

– Ну же, ну же, ну же…

Тиму пришлось говорить в полный голос – его заглушали крики женщины:

– Теперь слушайте. Нужно все сделать правильно. Я войду в дверь пер…

– Пожалуйста! Пожалуйста! О Господи, пожалуйста!

Роберт выхватил провода у Митчелла и прикрепил их к батарейке. У Тима осталось время только для того, чтобы открыть рот, иначе легкие могли разорваться от взрыва. Дом подпрыгнул, пыль от штукатурки наполнила воздух. Роберт уже был на ногах и бежал по ступенькам с пистолетом наготове.

– Черт! – В ушах у Тима звенело. Он бросился за Робертом, но тот исчез в тумане пыли. Тим услышал хлопки выстрелов и изо всех сил налег плечом на распоротую дверь с неровными краями. Митчелл следовал за ним по пятам.

Роберт пронесся по лестнице, не касаясь ступенек и подняв пистолет. Дебуфьер широко распахнул дверь холодильника и спрятался за ней, пользуясь ею как щитом. Кусок штукатурки, отлетевший от взрыва, упал на ступеньку, и Роберт споткнулся. Дебуфьер вскочил, проворный, как кошка, и набросился на Роберта. Они сплелись в бесформенный ком напряженных мускулов. Тело Роберта закрывало Дебуфьера, и Тим не мог выстрелить. Тим продолжал спускаться, когда Дебуфьер добрался до Роберта, который так и не успел встать на ноги, выбил у него пистолет, обхватил его огромными ручищами и швырнул в Тима.

Плечо Роберта угодило в бедро Тима, и тот колесом прокатился по последним ступенькам лестницы. Пистолет со стуком отлетел в сторону, ударившись о бетон. Плечо и бедро Тима мгновенно онемели. Он попытался встать на ноги, но приземлился на колени. Толстая нога Дебуфьера появилась в поле его зрения, и он сильно и резко ударил его в коленку, намереваясь сломать ногу, но попал по бедру. Дебуфьер взвыл. Его кулак поднялся, и Тим почувствовал страшный удар по голове и увидел яркую вспышку света. Он услышал, как ботинки Митчелла простучали по лестнице у него за спиной, и взлетел в воздух. Руки Дебуфьера сжимали плечи Тима, его ноги болтались в воздухе – марионетка под безжалостным взглядом кукольника.

Тим двинул ему головой в подбородок и с удовлетворением услышал треск. Сжимавшие его руки расслабились – всего на мгновение, и Тим почувствовал под ногами землю. Когда голова Дебуфьера вернулась назад, Тим повернулся и, в лучших традициях «зеленых беретов», нанес Дебуфьеру сильный и быстрый удар в пах. Свинец в его перчатке, казалось, тянул вперед кулак, придавая ему сокрушительную силу. Его костяшки впечатались в тазовую кость Дебуфьера, наступила секунда идеального равновесия и тишины, а потом мир снова ожил: Роберт вопил, из металлической коробки холодильника доносились пронзительные крики, трещали кости Дебуфьера, возвещая о том, что его таз раздроблен.

Животный рев Дебуфьера отразился от бетонных стен и вернулся в середину комнаты, многократно усилившись. За полуоткрытой дверцей холодильника на секунду показалось лицо до смерти испуганной жертвы. Дебуфьер стоял согнувшись, одно колено было на полу. А веки так широко раскрылись, что были видны полоски белков над зрачками.

Митчелл прогрохотал по последним нескольким ступенькам, но Роберт уже нашел свой пистолет и стоял в полной боевой готовности, прищурив один глаз.

Дебуфьер поднял руку:

– Нет, – сказал он.

Пуля оторвала его указательный палец и исчезла в голове сквозь появившуюся дырку на переносице. Его тело рухнуло, стукнувшись о бетон, и кровавая лужица начала растекаться под головой с неспешностью густого масла.

Роберт выпустил еще две пули в кровавое месиво его головы.

– Черт возьми, Роберт. – Тим прохромал к холодильнику и распахнул дверцу. Лицо женщины смотрело на него в ужасе; сломанные кусочки грифеля виднелись в некоторых из ран. Он увидел дырки в боках холодильника, которые Дебуфьер просверлил для вентиляции. Вокруг шеи у женщины был закреплен пояс, плотно затянутый под подбородком, чтобы она не могла выбраться из дыры. Один ее глаз был проколот; из него вытекала мутная жидкость и скапливалась на нижнем веке.

Она плакала:

– О нет! Теперь он не один. О Господи, я не могу больше.

– Мы пришли сюда, чтобы вам помочь. – Тим протянул руку к ремню, но она закричала и повернула голову к его руке, щелкая зубами. Митчелл и Роберт стояли за спиной Тима и молчали.

– Я вас не трону. Я судебный… – Тим остановился, сообразив, что его присутствие здесь незаконно. – Я освобожу вас и помогу вам.

Ее лицо расслабилось; на лбу появились складки. Она плакала голосом, без слез. Тим медленно дотянулся до ремня и, видя, что она не пытается сделать движение в его сторону, ослабил его.