Тугая струна - Вэл Макдермид

Тони, ссутулившись, сидел в кресле, глядя, как в искусственном камине пляшут огоньки синеватого пламени. Он сжимал в руке стакан пива, который налил, как только они с Кэрол добрались до ее дома. Он пробовал отказаться ехать к ней, но Кэрол не слушала возражений. Он только что пережил шок, ему нужен был кто-то, с кем можно было бы поговорить. Ей же требуется обсудить с ним своего поджигателя. Дома ее ждал кот, которого нужно было покормить. Его дома не ждал никто. Из этого логически вытекал пункт их назначения, находившийся в часе езды от Лидса по автостраде и до окраины Сифорда.

С момента прибытия он почти все время молчал. Он сидел, устремив глаза на огонь, а в его уме прокручивалась воображаемая пленка с записью смерти Шэз Боумен. Кэрол оставила его одного и рискнула объединить упаковку куриных грудок из холодильника, пару нарезанных луковиц, банку готового яблочного сока и яблочный соус. Результат она отправила в духовку, добавив туда же несколько картофелин. Оставив все на маленьком огне, она прошла готовить постель для гостя. Она понимала, что сейчас вряд ли имеет смысл чего-то ждать от Тони.

Кэрол налила себе в высокий стакан джина с тоником, бросила туда два ломтика замороженного лимона и с этим стаканом вернулась в гостиную. Ни слова не говоря, она устроилась в кресле напротив, дав креслу уютно поглотить ее и поджав под себя ноги. Между ними на полу растянулся Нельсон, похожий на длинный черный каминный коврик.

При появлении Кэрол Тони поднял на нее взгляд и выдавил из себя слабую улыбку.

— Спасибо за покой и тепло, — сказал он, — он очень уютно расположен, твой дом.

— Да, отчасти из-за этого я его и купила. Другая причина — вид из окна. Я рада, что тебе тут нравится.

— Я… Я все время пытаюсь представить себе, как все это произошло, — сказал он, — сам процесс. Как он связывает ее, как засовывает в рот кляп. Как мучает ее, зная, что ей не уйти живой: все зная, кроме того, что было ей известно.

— Что бы это ни было.

Он кивнул:

— Да. Что бы это ни было.

— В тебе, наверное, всколыхнулось все то, прежнее? — тихо сказала Кэрол.

Он тяжело вздохнул.

— Еще бы, — сквозь сжатые зубы процедил он. Он взглянул на нее. Из-под сдвинутых к переносице насупленных бровей блеснули его внимательные глаза. Он снова заговорил, неожиданно быстро и оживленно, словно желая прогнать воспоминания, едва ли не столь же мучительные, как реальность. — Ты детектив, Кэрол. Ты слышала выступление Шэз, ты была среди ее оппонентов. Представь себе, что ты — не одна из нас, критиков, а наоборот, находишься по другую сторону барьера. Представь себе, что ты опять начинаешь свою карьеру и тебе еще предстоит многое доказывать. Не мудрствуй, говори сразу. Какой будет твоя первая реакция? Что бы ты стала делать?

— Я бы захотела доказать, что права, а вы не правы.

— Да, да, — поспешил согласиться Тони, — это ясно. Но что бы ты стала делать? Какими были бы твои шаги?

Кэрол отпила из стакана и задумалась.

— Я знаю, что бы я стала делать. Я бы сколотила маленькую команду — сержант и два-три констебля — и быстренько пробежалась по каждому из дел. Заново опросила друзей, членов семьи. Попыталась бы выяснить, действительно ли пропавшие девочки были фанатками Джеко Вэнса, присутствовали ли они на его встречах со зрителями. А если да, то кто сопровождал их. Опросила бы их спутников, что те там заметили.

— Для таких действий у Шэз не было ни времени, ни команды. Вспомни, каково это, когда ты молод и очень чего-то хочешь, — упорствовал Тони.

— Ну, если говорить, что бы я тогда сделала… Если помощи ждать неоткуда, приходится рассчитывать только на собственные сильные стороны.

Тони одобрительно кивнул:

— Какие?

— Красноречие и дотошность. Ты знаешь, что это главное. Знаешь, где собака зарыта, нужно только найти доказательства. Я? Я бы потрясла дерево и посмотрела, что упадет.

— Итак, что бы ты сделала? Конкретно?